Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 27 из 72

Склад загорелся. Тушить было некому. Другая серия взрывов мин прошла вдоль ограды и накрыла запасную позицию у ворот. Один пограничник погиб, ещё двоих ранило. Чернов с поваром вытащили их под огнём. У одного была разбита рука, второй получил осколок в живот. Чернов сразу потащил его в санчасть.

— Мне нужны люди! — крикнул он мне. — Я не успеваю!

— Возьми легкораненых! Нечем мне тебе помочь.

Людей не было даже для того, чтобы переносить раненых.

У брода тем временем положение тоже ухудшилось. После гибели расчёта тяжёлого пулемёта противник подтянул второй и поставил его дальше по течению. Беляев не видел новую позицию. Одновременно несколько групп боевиков вошли в воду выше и ниже поста. Юлдашев доложил:

— Нас обходят с севера. Человек десять уже на нашем берегу. Дорога к заставе под огнём.

— Отходите.

— Не можем. Между нами и вами работает пулемёт. Если выйдем из окопов, положат всех.

— Сколько вас?

— Я и четверо пограничников. Один ранен.

— Боеприпасы?

— К пулемёту две ленты. Автоматных достаточно.

— Оставайтесь на месте. Не давайте им вывести тяжёлое оружие из воды.

— Понял.

Позиция у брода оказалась отрезана. Боевики прошли выше, заняли заросли между ней и заставой и теперь простреливали тропу. Помочь Юлдашеву я не мог. Резерв Громова держал старое русло, Соколов отбивал атаки из посёлка, у ущелья Колесников заканчивал с передовой группой. У нас не осталось ни одного свободного человека.

На дальнем берегу снова заработали двигатели. В свете осветительной мины я увидел лодки. Теперь они шли не к старой переправе, а ниже, почти напротив заставы. В первой лежали длинные ящики. Во второй темнела труба миномёта или безоткатного орудия. За лодками в воду заводили мулов.

— Рахмонов, что у переправы?

— Первую атаку отбили. Они уходят ниже по течению.

— Вижу. Переноси огонь.

— Не достанем. Мешает изгиб берега.

Это противник тоже знал. Лодки двигались по мёртвой зоне, прикрытые камышом и высоким берегом. Если они выйдут на нашу сторону, тяжёлое оружие окажется у заставы. Я посмотрел на КПП. За замаскированной амбразурой по-прежнему было тихо. КПВТ смотрел на посёлок, а не на реку, и развернуть самодельную установку мы не могли. Для лодок он был бесполезен, зато с дороги приближалась группа Рушана. Между домами уже мелькали люди, а за ними слышался автомобильный двигатель. Они дождались, пока нас свяжут боем на всех направлениях, и только теперь пошли к заставе.

— Самохин, вызывай Кострова, — сказал я.

— Уже. Связи нет.

— Тогда продолжай.

Я сменил короб на ПКМ и ствол, затем проверил остаток БК. У меня оставалось всего двести пятьдесят патронов. Рядом Соколов заряжал магазин, вытирая кровь с рассечённой щеки.

— Что будем делать с Юлдашевым? — спросил он.

— Пока ничего. Он держится.

— А если не удержится?

Я посмотрел на реку, где под прикрытием миномётов шли лодки, затем на посёлок, откуда приближалась группа Рушана.

— Если не удержится, всем нам хреново придется. Тогда они тяжёлое оружие на наш берег доставят и заставе звиздец…

Договорить я не успел. Со стороны КПП раздалась первая короткая очередь КПВТ. Грохот прокатился над заставой и ушёл к реке. Через секунду пулемёт выстрелил снова. Между крайними домами вспыхнула машина. Люди Рушана бросились в стороны. Сюрприз сработал. Но почти сразу над посёлком хлопнул гранатомётный выстрел. Реактивная граната прочертила темноту и ушла в сторону КПП.