Страница 77 из 82
Глава 26
Не все дары — благо
Степные, значит, Хомяки…
Я даже не оглядывался, чтобы в который раз попрощаться со столицей. Не хотелось рисковать своей головой, потому что взгляд безумного мечника прожигал во мне дыру.
В голове раз за разом всплывали сказанные когда-то слова Хильды: «Свобода твоя до первого зверя, первушник». Эти сраные Бурые земли раз за разом доказывали мне эту простую истину. Возможно, окажись я в более спокойных краях, такого бы не случилось. Возможно, если бы Бурый Приорат не разрывался междоусобицей Приора и Настоятеля, и если бы тут царили прежние законы…
Спокойно, Марк. Разберёмся. А прежние законы сгинули ещё до того, как ты впервые в теле Перита оказался в Нулевом Мире, привязанным к столбу в горящей деревне Белых Волков.
Ларец упирался уголком в рёбра, даже сквозь ткань плаща и мою хилую кожаную бронь. Небо уже вовсю горело алым, пока мы ехали длинной вереницей всадников по низинам холмов.
Первую часть дороги звери молчали, лишь изредка переглядываясь друг с другом. По мне тоже скользили взглядами, но чаще лишь для того, чтобы убедиться — шкатулка всё ещё в моих руках. Не слишком приятно было ощущать себя всего лишь подставкой для ценного груза.
— Хом, что говорит ветер? — спросил вдруг десятник Пит, когда первые лучи рассветного солнца осветили верхушки холмов.
Я тут же уставился на спину лысого мага, едущего через пару зверей впереди. Мной немного овладела зависть — я уже видел, что тот умело управляется не только со стихией земли, но и с магией воздуха! То, как он заметал следы… Наверное, оценить это мог только другой маг, одинаково понимающий в обеих стихиях.
Он не просто замёл все следы от битвы. Он поднял пепелище от истлевших тел и, перенеся его так, что ни один уголёк не просыпался, раскидал ровными кучками по всей долине на сотни метров вокруг. Он создал совсем другие следы, будто десятки зверей разбегались в разные стороны, при этом эти следы несли нужные запахи… Он украл по частичке запахов со следов Овечки и увёл её след в другом направлении.
Откуда я всё это знал? Просто Хом всё комментировал вслух одному молодому зверю, стоявшему с ним в тот момент рядом. Скорее всего, это был его ученик.
Какой стихией владел ученик, я не знал, но тоже не отказался бы поучиться у этого мага. Да уж, владей я ещё и магией земли… Но этот лысый явно был талантом. Моё, так сказать, уважение!
— Хо-о-ом, зверьё ты пустое! — снова донёсся голос десятника, вырывая меня из размышлений. Я даже мысленно возмутился, как, мол, можно так разговаривать с таким самородком?
— Пепелище нашли. Много пепелищ. — со скукой ответил лысый самородок, — Наши следы не нашли.
Я вдруг сообразил, почему тот не сразу ответил. Наверняка блуждал где-нибудь вдалеке, прицепившись к ветру.
— Оракулы были?
— Сраные оракулы! — выругался кто-то.
— Эй, Небо не гневим! — тут же гаркнул десятник Пит, — Кто такой нетерпеливый?
— Я, мастер! — отозвался зверь далеко позади, и я с трудом подавил в себе желание оглянуться. Кончик меча Хома всё так же покачивался в сантиметрах сбоку — безумный страж ни на секунду не прерывал своего дежурства. И рука у него ни хрена не устала.
— Оракула не было, — с той же усталой тоской ответил Хом.
— Мне из тебя каждое слово тянуть, а? — не выдержал Пит.
— Даже Фадера не было. Люди отправились в столицу.
Я мысленно усмехнулся. Всё же человеки не всесильны… Может, оракул что-то почуял в особняке Фадера, о чём надо срочно сообщить Бурому Приору? А может, они действительно надеются, что Овечка всё же доберётся до столицы? Но любой мало-мальски приличный оракул сразу поймёт, что зверица уже мертва…
Скосив глаза вниз, я чуть сильнее прижал к себе ларец. Я уже видел однажды деусит в виде руды… В виде невидимой руды, если быть точнее. А что может быть в ларце?
Тут же всплыли в памяти слова Одарённого Предками. Зверь седьмой ступени жаловался, что Настоятелю зачем-то нужен его дар общения с муравьями, и что это связано с деуситовым оружием.
Мотивы Настоятеля я немного понимал. Как можно получить дар зверя? Например, убив его… Правда, шанс был не стопроцентным — всё же это Небо решало, награждать победителя даром или нет.
Зверь мог и сам отдать свой дар, добровольно. А уж у Одарённого Предками, зверя седьмой ступени, который ещё и научился сдерживать свою сил… думаю, у такого зверя с передачей дара не возникло бы проблем.
Смог бы Настоятель как-то заставить Одарённого поделиться даром? Уверен, у главы Небесного Зиккурата нашлись бы способы, ведь по силе он равен Приору. Если не сильнее…
Тут меня озарила очень нехорошая идея, и я судорожно сглотнул. Нет, Марк, не сейчас… А вдруг что-то пойдёт не по плану?
Но мысль продолжала свербить в голове, не давая покоя. У меня есть Дар Соколов, и в руках шкатулка деуситом. Могу ли я…
Я вспомнил, как обжигал мозги коррупт, если я касался его стихией земли. Помню, как ослеплял и захватывал разум ангельский аурит. Человеческий сильверит представал перед магом земли чёрной дырой.
Как ощущался деусит, я знать не мог, потому что в этот раз фортуна… ну ладно, не фортуна, а Небо обделило меня земным даром.
Но у меня есть Дар Соколов, позволяющий внушать животным мои мысли. Могу ли я…
Могу.
Я, чуть скосив глаза вниз, сначала даже растерялся. А что я должен делать-то? Ну, когда гипнотизируешь лошадь, это довольно просто — ты видишь перед собой лошадь, её глаза, и с лёгкостью ощущаешь себя этой лошадью. Срабатывает дар — и вуаля! — ты внутри лошади, полностью подчиняешь её тело.
А здесь?
Что там в шкатулке? Невидимый слиток? Или выкованный кинжал? Может, просто бесформенный кусок?
Представим, что там мышка… Пусть будет невидимая мышка, я ведь знаю простейшие свойства деусита?
Я потянулся мысленно к шкатулке, к её нутру. Потянулся с намерением завладеть мыслью… Что бы я мог видеть внутри шкатулки? Только кромешную тьму.
Сначала я тянулся сам, но в какой-то момент вдруг почуял, что мой разум летит к шкатулке, уже влекомый какой-то совсем другой силой. Будто прыгнул с утёса, уверенный, что могу летать — и тут понимаю, что сила гравитации имеет на меня свои планы. И я успел почувствовать, как эта самая шкатулка, лежащая на моих коленях, вздрогнула, будто дёрнулось внутри что-то… живое⁈