Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 33 из 82

Уловив испуг в глазах пацана, я улыбнулся. Как же легко его было подловить.

— Да и собаки молчат… Ты не убил их?

— Ты чего⁈ — мальчишка тут же вскинулся, едва не поскользнувшись, — Я не убивал! Собаки спят просто!

Тут уже я округлил глаза. Уж не знаю, чем он их там опоил, но пройтись по всей деревушке, чтоб каждую собаку усыпить снотворным — это сильно. Значит, очень уж ему сюда нужно было. И так же значит, что его сюда не пускали почему-то.

Я хотел было сказать: «А во-вторых, не боишься за свою деревню-то?», но испуг в глазах пацана меня заметно отрезвил. И пусть он испугался не меня, а гнева старших, но я живо представил, как стою окровавленный на краю деревни, в утренних лучах лежат горы трупов, и этот же мальчишка точно так же со страхом смотрит на меня.

Марк, когда ты успел стать таким монстром? Опять меряешь всё своей силой, везде пытаешься припугнуть? Там, где у тебя встанут на дороге, ты проплывёшь по рекам крови?

То, что меня отпустил тот зверь, недо-оракул по имени Хвост, пагубно на меня повлияло. Я слишком пресытился своей избранностью, опять возомнил себя неизбежным возмездием… Проще надо быть, Марк, проще, и люди потянутся к тебе.

Тьфу ты, люди… Он же первушник!

— Ну ладно, спят, так спят, — буркнул я, запрыгивая в седло, — Я вот тоже спать хочу.

Отъезжая, я ещё чуял на себе проницательный взгляд, буквально прожигающий спину. Вот ведь я нулячий сын, не учёл, что мерно покачивающаяся лошадь убаюкивает не хуже снотворного.

Меня взбодрили звуки шагов, зашлёпавших по траве.

— Слушай, если поспишь в амбаре на краю, а? — запыхавшись, выдал пацан, — Там ещё пару дней никого не будет, Антград уже собрал дань… Давай, а? И еды тебе принесу!

Я скосил взгляд вниз. Мерцающие в свете луны глаза мальчишки горели надеждой.

— Чего ты от меня хочешь? — спросил я, хотя уже знал, что он ответит.

— Ты научишь… научишь меня плавать⁈

Остановив лошадь, я задумался. Деревня эта была в низине, и столицу отсюда точно нельзя было увидеть, как и Зиккурат, наверное.

Мне надо в столицу… Но если я не смогу вовремя отдохнуть, то будет ещё хуже.

— Давай так, — сказал я, — Утром, когда я высплюсь, ты мне всё расскажешь…

— Да я ничего не делал! Я просто напоил собак маковым отваром, я видел, как Минька такой для лесных пчёл варила, и я просто запомнил. Минька говорила, что я слишком умный для своих лет, хоть и бездарный!

— Да не об этом я, — мне пришлось устало отмахнуться, — Расскажешь, кому вы принадлежите. Кто у вас старшая стая… О столице расскажешь, о Зиккурате, да и вообще, где я.

— А ты не из этих земель⁈

Глаза мальчишки, к счастью, загорелись не только страхом, но и диким азартом. Ещё бы, в его возрасте да вдруг стать единственным владельцем такой страшной тайны! Да за это любой бы всё отдал!

— Издалека я, да. Приехал, чтобы стать слугой в Зиккурате.

— Ого! Я слыхал, что есть первушники, которые могут сами ездить… — пацан заулыбался, но вдруг осёкся, вспомнив о том, что у него тоже есть свои интересы, — Ну, я не знаю… То есть, не так уж и много знаю. Чего там рассказывать-то…

— А я научу тебя владеть стихией воды, — спокойно добавил я.

С лица мальчишки слетело всё веселье. Он ещё долго смотрел на меня, чувствуя подвох.

— Но ты же ветряш… — наконец сказал он, — Откуда ты знаешь, как водой владеть?

— Ну вот, — проворчал я, — А говоришь, умный. Ты сам же спрашивал, как я плавал?

— Но я… Ах, ну да.

— Тебя как звать-то хоть?

— Меня? Меня Гусяш зовут.

— Гусяш, говоришь… Где твой амбар-то?

— Амбар, он на той стороне деревни. Ой, а надо бы тихо пройти, а то ведь услышат! Старших-то нет в деревне, но всё равно, если меня поймают…

Безо всяких слов я подхватил Гусяша за руку, затянул в седло. А затем, развернув коня, пришпорил его, пустив в галоп. Не надо было даже видеть лицо притихшего пацана, чтоб почуять, как тот лучится от радости — наверняка он первый раз в жизни катался на лошади.

Пока я скакал, меня не покидало ощущение, что я впервые решаю свою проблему без крови. Как-то так получилось, что после обнуления Нулевой Мир будто бы набросился на меня с клыками и когтями, и мне только и приходилось, что выгрызать свою жизнь.

Но здесь, глубокой лунной ночью, посреди зелёной равнины, у маленькой деревушки, придерживая в седле пацана, который безо всякого страха доверил мне свою жизнь… Здесь я вдруг ощутил уже такое забытое чувство, что Нулевой Мир может быть прекрасным и безмятежным.

Где-то невообразимо далеко были все политические дрязги… Убийство прецептора, грядущая война, погибающие тысячами нули на руднике. Казалось, что это было не со мной.

Как же мне этого не хватало. Простой житейской цели, без избранности и великих предназначений. Мы просто ехали к амбару, где я мог переночевать. Через деревню ехать не стали, а обогнули её широкой дугой — а то мало ли, вдруг какие собаки уже проснулись.

Просто оказалось, что этот Гусяш совсем не уверен, что он правильно приготовил отвар. Как и не уверен, что собрал для отвара именно ту траву, что нужно. Оставалось надеяться, что с собаками всё будет нормально.

Амбар и вправду оказался хорош, и почему-то практически пуст. Внутри обнаружилось несколько тюков соломы, да куча железной утвари, висящей на стенах. Хоть Гусяш и сказал, что сюда никто не должен прийти, но на всякий случай я привязал коня к воротам. Если кто сунется, испуганная лошадь меня разбудит.

— Да мы дань-то отдали, с нашего урожая. Вот только отдали меньше, чем положено. А амбар нарочно пустым держим, чтоб господа звери думали, что у нас ничего нет, — весело махнул мальчишка, но вдруг зажал себе рот. Он заметно побледнел.

— Да никому я не скажу! — я покачал головой, правильно расшифровав его реакцию, — Мне и самому нельзя зверям попадаться, так что здесь я не задержусь.

— А как же меня научить⁈ Ты обещал!

Он надулся. Я же, окончательно сражённый сном, зарылся поглубже в колючую солому и пробурчал:

— Давай уже утром…

* * *

Это, наверное, было одно из немногих моих спокойных утр… Или утров? По крайней мере, раз задумался над этим, значит, оно и вправду спокойное.

В первый раз я проснулся на руднике среди кучи измождённых нулей, во второй раз в наполненной до краёв яме вместе с Белиаром. А это, получается, было всего лишь моё третье пробуждение после обнуления?

Встречаю его уже первухой… Неплохо, неплохо.