Страница 66 из 73
Начался разговор о том, кому какие бабы нравятся, и каждый старался поделиться своими лучшими достижениями. Почему-то чем старше становились мужики, тем больше у них ценился размер жоп. Постепенно хвастовство перешло во враньё, потому что жоп таких размеров, я уверен, даже среди орчих не найти. Это уже не женщины, а слонихи какие-то… Так и хотелось посоветовать фантазёрам «поурезать осетра».
Тем временем жилистый взялся показывать, кто в парной хозяин, и плеснул на камни полный ковш. Пар ударил в потолок, дедок крякнул и сполз пониже. Пузатый поддержал приятеля вторым ковшом, и оба уставились на меня в ожидании. Я сидел и ощущал лёгкое тепло. Огонь до сих пор считает меня роднёй, а банный пар ему седьмая вода на киселе, так что старания соседей пропадали зря.
— Крепкий, зараза, — уважительно протянул пузатый, утирая красную физиономию. — Слышь, а давай к нам? Работёнка есть. Правда, поишачить придётся: кобыла у нас сдохла, хабар до места на своих двоих потащим. Зато платят без обмана.
— Что за хабар?
— Какой надо, такой и хабар, — отрезал жилистый и покосился на приятеля. — Заказчик к ночи обещался прийти. Кстати, парни, не то чтобы я хотел выбраться из этого райского местечка, но пора закругляться: он ждать не любит.
Они переглянулись, приняли мировую ничью, сняли с лавки веники и приступили к завершающей процедуре, охаживая друг друга по спинам с чувством и оттяжкой. Зрелище получилось эпическое. Голые волосатые мужские задницы подпрыгивали в клубах пара в такт ударам.
В глубине души Алиса издала страдальческий звук.
«Ты бы хоть глаза закрыл… Меня сейчас вырвет».
«А ты не подсматривай. Или тебя от качества местной еды воротит?»
«И от того, и от другого…»
Даму следовало выручать. Я потянулся к ковшу, от души плеснул на камни и, не дав пару осесть, плеснул ещё раз.
— Прохладно как-то стало, — задумчиво сказал я в пустоту. — Суховато.
Третий ковш стал последней каплей в прямом смысле слова. Жилистый закашлялся, пузатый захватал воздух ртом, и оба, подхватив веники с бельём, ретировались в предбанник, бормоча о психах, которым жар костей не ломит. Дедок испарился ещё раньше.
Следующий час прошёл в блаженной тишине. Я разлёгся на полке, подкидывал воду по мере надобности и наслаждался заслуженным отдыхом. Периодически дверь приоткрывалась, внутрь заглядывала чья-нибудь голова, убеждалась, что клиент не сварился, и исчезала. Видимо, хозяин велел проверять. Покойник в бане подпортит репутацию заведения похуже клопов.
Алиса, оскорблённая банными нравами, легла спать, оставив мне единственную порцию ужина. В моей душе воцарился редкий покой.
А потом одна из теней в углу дрогнула. Гарвин выступил из неё уже в поклоне.
— Господин, на постоялый двор прибыл агент Лиги. Осмелюсь доложить, весьма сильный. Такого бы молодого и амбициозного на работу взять…
— Посмотрим, — отозвался я, поднимаясь с полки.
«Длань Владыки» раскрылась, и в ладонь легло пространственное кольцо, где дожидалась своего часа вся моя экипировка, включая трусы. Вышел в предбанник, оделся и под галдёж входящих банных новобранцев принялся ретироваться.
— Нифига тут накочегарили… У меня чуть глаза не лопнули! — заорал самый быстрый любитель бани.
Пять минут спустя я стоял на крыше постоялого двора и слушал, как тени нашёптывали, указывая на очередную цель.
«Охота на Лигу. Что может быть лучше во время путешествия?»
— мысленно произнёс я и улыбнулся.
Алиса, видимо, так и не уснула, потому что ответила незамедлительно.
«Загибай пальцы, сейчас перечислю…»
«Еду не считаем»,
— сразу предупредил я её.
«Эй, так нечестно!»