Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 3 из 96

Сентябрем 1919 г. помечено объявление дежурного генерала штаба Главнокомандующего Вооруженными силами на Юге России № 195, посвященное организации выставки в честь первой годовщины «со дня смерти великого русского патриота, основателя и верховного руководителя Добровольческой армии генерала Михаила Васильевича Алексеева», в котором говорится: «Эта выставка должна ясно и наглядно показать русскому народу, когда после первых же дней революции все покатилось по наклонной плоскости в пропасть, а при захвате власти большевиками все окончательно разрушилось, Добровольческая армия, совместно с Донскими и Кубанскими казаками, по зову своих Великих Вождей Генералов: Алексеева, Корнилова, Каледина и др., крайне малочисленная в первоначальном своем составе, но весьма сильная, могучая русским духом, глубокою и горячею любовью к своей истерзанной Родине, мужественно встала на защиту поруганного Отечества»

[3]

[РГВА. Ф. 40213. Оп. 1. Д. 40. Л. 164.]

.

Вот слова приказа главнокомандующего А. И. Деникина № 2641 от 1 ноября 1919 г.: «В борьбе за спасение замученной Родины от ига преступных насильников вот уже два года бесконечным потоком льется кровь и русского офицера и русского солдата. В первое время существования Добровольческой Армии ее небольшие, но крепко спаянные части творили легендарные подвиги и жили дружной семьей, от генерала до солдата, без необходимости мер принуждения, без применения дисциплинарных взысканий. Умирая рядом за общее великое дело, офицеры и солдаты одинаково встречали друг в друге взаимную поддержку, уважение и доверие…»

[4]

[РГВА. Ф. 40213 (Приказы Главнокомандующего ВСЮР). Оп. 1. Д. 1714. Л. 25.]

.

Прекрасно понимал суть дела генерал П. Н. Врангель – и умел выразить ее в словах. В своем выступлении по случаю образования Русского Совета (инспирированного им антисоветского правительства) он сказал, что Белое движение «безграничными жертвами и кровью лучших сынов» вернуло к жизни «бездыханное тело русской национальной идеи». А вот что говорит об этом его приказ № 3130 от 13 мая 1920 г.:

«В случае перехода нашего в наступление мы, на пути к достижению заветной цели – уничтожения коммунизма, можем войти в соприкосновение с повстанческими частями Махно, Украинскими войсками и другими противо-коммунистическими группами.

В борьбе с главным врагом Святой Руси – коммунистами нам по пути все те русские люди, которые, как и мы, честно стремятся свергнуть кучку насильников – большевиков, обманом захвативших власть.

Приказываю: – Всем начальникам при соприкосновении с указанными выше противобольшевистскими группами сообразовывать свои действия с действиями этих групп, имея в виду нашу основную задачу – свергнуть коммунизм и всемерно облегчить и помочь Русскому народу воссоздать свое Великое Отечество»

[5]

[РГВА. Ф. 40213 (Приказы Главнокомандующего ВСЮР). Оп. 1. Д. 1714. Л. 178.]

.

Эти слова невольно приводят на память строки философа Ивана Ильина, главного теоретика белой эмиграции, который писал про «рыцарственное движение» белогвардейцев и про его духовную силу, которая проявлялась «не в бытовом пристрастии к родине, а в любви к России как подлинно религиозной святыне»

[6]

[Ильин И. А. Идеология и Белое движение // Возрождение (Париж). 1926. 15 мая.]

. Да, именно так: эти люди поистине шли в бой за Святую Русь, как они ее понимали, «за дело Божье на земле».

Конкретно это «дело Божье» выражалось в освобождении Отечества от диктатуры незаконно захвативших власть большевиков, диктатуры, направленной против всей исторической России и ее биосоциальной элиты. Это во-первых и в-основных – и тут все белые силы были единомысленны и совершенно бескомпромиссны.

Во-вторых, надлежало восстановить и обеспечить территориальную целостность в полном объеме Российской империи, рассыпавшейся по национальным границам в ответ на крах самодержавия. (Исключение делалось для Царства Польского, «отпущение» коего «на волю» было принято решением Особого совещания еще царского Совета министров 12 февраля 1917 г. Правда, Николай Второй не успел утвердить этот документ, но это уже не имело значения. В марте 1917 г. независимость Польши декларировало Временное правительство, а потом и большевики в декабре того же года.)

В-третьих, владельцам частной и иной собственности, отобранной большевиками, надлежало, естественно, эту собственность вернуть, узаконивать грабеж белые не могли и не собирались. При этом, однако, как справедливо писал один из видных мемуаристов, участник Гражданской войны Н. А. Раевский: «Весь пафос Белой борьбы есть, конечно, пафос войны именно за национальное государство, а не за интересы городской и сельской буржуазии и тем меньше аристократии»

[7]

[Раевский Н. А. «Белый исход» глазами офицера армии Врангеля. Комментированное научное издание произведений Н. А. Раевского «Дневник галлиполийца» и «Русский гарнизон в Болгарии». М.: ЛЕНАНД, 2021. С. 460.]

.

Наконец, в-четвертых, все белые движения стояли за то, чтобы будущую судьбу России (включая государственный строй) определило законно избранное Учредительное собрание. Такова была вековая политическая мечта русской политизированной публики, за исключением большевиков с Лениным во главе, открыто презиравших идею «Учредилки». Но белые оставались этой идее верны, видя именно в ней воплощение принципа народоправства

[8]