Страница 31 из 56
Глава 9
Некоторое время подруги помялись на улице. Дом не выглядел обжитым. Ни в одном из окон не горел свет. Ворота были на замке. И лезть в чужое домовладение женщинам как-то не улыбалось. Не про одну Анну Вольфовну по поселку ходили слухи, про трех подруг люди тоже поговаривали всякое. Нет, ничего такого, за что их могли бы линчевать, но лично подкидывать дровишек в костер соседских сплетен никому из подруг не хотелось.
— Ну что? — произнесла Катюша. — Делать-то нечего, полезем через забор?
Забор был новенький, из профлиста.
— Ага! Сейчас! С твоим весом только заборы и штурмовать.
Катюша покраснела. Она вела неуклонную борьбу с лишним весом, которого у нее хватало в избытке. Под руководством Светланы борьба шла с переменным успехом. Иногда победа оказывалась на стороне Катюши, иногда нет. Вес то уменьшался, то вновь полз вверх. Но обычно на весах он колебался возле трехзначной отметки, а с таким весом соседские заборы не седлают.
— Что люди скажут, если увидят, как три пожилые дамы сидят на чужом заборе? Ни за что!
— Тогда зайдем с тыла.
— Это можно!
Не все соседи отгораживались от других и от улицы глухими заборами. Были и такие, кто по устоявшейся привычке все еще жил, как говорится, душа нараспашку. Рядом с нужным домом как раз и обитал такой сосед. И сейчас на цыпочках, стараясь не шуметь в темноте и не привлекать к себе излишнего внимания, подруги одна за другой процокали по чужому участку, а потом перемахнули через невысокий заборчик, отделявший один участок от другого, и оказались на территории облюбованного ими дома.
— И теперь чего? Дом тоже закрыт на замок. Ломать будем?
— Стучим, — распорядилась Катюша. — Андрей там, я уверена.
— А если он не один? Если вместе с ним похитители?
— Нет там с ним никакого похитителя!
— Откуда ты знаешь?
— О-о-о! — многозначительно протянула Катюша. — Уж будьте уверены, я его натуру хорошо изучила. Знаю, как у него психика работает. Он там. Прячется.
Она несколько раз стукнула в дверь, а когда ничего не произошло, повысила голос:
— Андрей, если не хочешь, чтобы все вокруг немедленно узнали, что ты жив, здоров и просто тут прячешься, лучше открывай! Или мы позовем следователя. Он как раз мечтает обнаружить твое мертвое тело. А тут такой сюрприз ему будет! Тело, но живое!
Двум сыщицам не верилось особо, что угроза Катюши возымеет успех. Но результат был налицо.
Не прошло и минуты, как входная дверь приоткрылась и знакомый голос произнес:
— Заходите. Только тихо и быстро!
Подруги протиснулись через узкую щель. На пороге стоял их хороший знакомый.
— Андрей! Вы живы!
— Ну да, жив, конечно.
Андрей Георгиевич был румян и аккуратно причесан. Более того, он был тепло одет, ни о каком лоскутном одеяле не шло и речи. На нем была фланелевая рубашка, домашние брюки и уютные меховые шлепанцы. Сыщицы обступили его со всех сторон.
— Вы тут чего делаете?
— Вы тут, а там ваша мама с ума сходит.
— Выкуп готовится вашим похитителям платить. Где они хоть?
Андрей Георгиевич сделал досадливое движение рукой, словно отметая от себя все вопросы.
— Тут, кроме вас, никого нет! — ахнули подруги. — Никто вас и не похищал!
Катерина торжествовала.
— Я же вам говорила. Он все разыграл!
— И как вам не стыдно! — накинулась Светлана. — Ваша мама там места себе не находит, переживает.
— Маму я предупредил. Как только я добрался сюда, сразу же ей сообщил, что со мной все в порядке. В доме есть компьютер, с его помощью я и связался с мамой.
— Так она знает, что вы тут?
— Неужели вы думаете, что я позволил бы ей сходить с ума, думая, что я погиб?
— Ей поступило требование о выкупе за вас.
— Знаю. Она мне сообщила об этом. Но я его не посылал.
— А кто?
— Понятия не имею.
— Эдуард?
— Пожалуй, он мог. Ему всегда нужны деньги. Он мог воспользоваться ситуацией и назначить моей маме выкуп за мое возвращение. Ха-ха! Он же не знал, что меня никто не похищал. И сел в лужу! Ха-ха-ха!
— Нет, не мог! — возразила Катюша, которой стало обидно. — Его маме также пришло сообщение с требованием о выкупе. И если за вас просили два миллиона, то за него уже целых пять.
— Ого! Ставки-то растут!
— Юлия Давыдовна сейчас в полной прострации. Отдаст деньги и останется на старости лет ни с чем.
— Повторяю, это не я устроил!
— Юлия Давыдовна утверждает, что ее сына выманили из дома именно вы.
— Не звонил я ему. Не писал. Ничего не слал. Как бы я сумел? Девки меня голым из бани выкинули. В воду кинули. Вот заразы! Сговорились за моей спиной против меня. Четверо против меня одного! Несправедливо! Так со мной поступить, а ведь сколько я для каждой из них добра сделал!
— В самом деле? — Оленька не скрывала своей иронии, но Андрей Георгиевич ее не почуял.
— Очень, очень много они от меня всякого хорошего видели! — убежденно кивнул он головой и тут же перешел к ругани: — Неблагодарные твари! И главное, я ведь чувствовал, что дело жареным пахнет. Когда они все вчетвером у меня на даче нарисовались, даже хотел деру от них дать. Чувствовал неладное! Но они как-то сумели меня улестить. Я и остался. И вот результат. Очутился полумертвым в водоеме.
— А тут в пустом доме почему от всех прячетесь?
— Потому! Пусть бабы почувствуют тяжесть своего проступка. Может, совесть у них взыграет.
— Хотите, чтобы они помучились, думая, что убили вас?
— Хочу! И любой бы на моем месте хотел! Стервы чуть было совсем меня не ухайдокали! Скинули в водоем, в котором я чуть не утонул. Хорошо, что очнулся, на берег кое-как выбрался и там, на бережку, забылся. Видимо, холодная земля помогла мне отойти от теплового шока, так что я даже подмерзать начал. Встал и пошел куда глаза глядят. Сначала без толку блуждал, ничего не соображал, как пьяный был, потом мысли стали проясняться. Вспомнил про бункер у старой чудачки на участке, туда залез, думал согреться, но куда там. К тому же я быстро понял, что там мне не укрыться, там меня вычислят в два счета. А мне уже захотелось поквитаться с моими подружками. Тогда я про этот дом вспомнил, забрался сюда и теперь тут живу. Хорошо, тепло, главное, свет не включать и в окнах не светиться. Никто и не поймет, что дом обитаем.
— Мы-то поняли.
— Вы не в счет, вы мои друзья. Мы же друзья с вами?
И так как подруги молчали, он просительно взглянул на них:
— Ну что вам стоит! Поможете мне? Подыграете?
Светлана прищурилась, как бывало с ней всякий раз, когда она задумывала не совсем честную игру.
И подруги ее совсем не удивились, когда услышали от нее: