Страница 3 из 56
Она уже представляла, как коза вонзит свои рога в мягкий пушистый бок ее собаки, но Калачик не дал маху. Справившись с первоначальной оторопью, он оскалил зубы и проворно отскочил в сторону.
«Ах, вот ты как! — читалось на его морде. — Не слушаться! Ну, я тебе покажу!»
И дальше началась потеха. Коза наступала, собака нарезала вокруг нее петли. Коза шла в атаку, собака увертывалась от острых копыт и рогов. Пару раз Калачику удалось изловчиться и цапнуть козу за ноги, так что животина в итоге решила, что будет безопасней удалиться в сарай, куда она, мелко семеня ногами, и убежала, крича при этом весьма пронзительным и противным голосом. Было ясно, что никакой дружбы у них с Калачиком не получится.
— Что это за диво? — прошептала Оленька, когда немного пришла в себя.
Ей ответила Катюша:
— Ты же помнишь, что нам обещали прислать козочку? Так вот это она.
Видимо, коза приехала, пока Оленька копалась в дальнем углу своего участка. Поглощенная своими делами, она прошляпила такой волнительный момент.
— Ее привез знакомый той женщины, с которой мы договорились о покупке. Сама она не смогла приехать, но сказала, что козочку нам прислала просто чудесную.
— Так это была козочка? — не поверила своим ушам Оленька. — Та самая молочная козочка, которую вы купили у ее хозяйки, чтобы она давала нам молоко?
— Ага! — мрачно подтвердила Светлана. — Та самая! Удойная, сил нету. Хозяйка так и выразилась: замучаетесь доить.
— Кажется, она была права. Замучаемся.
— А не могло произойти ошибки?
— Никакой ошибки нету. Знакомый хозяйки передал нам козу из рук в руки. И что интересно, пока он находился рядом, коза вела себя прилично. Мекала, конечно, но чтобы устраивать такую корриду, нет-нет. Но стоило тому человеку отчалить, как началось.
— Я хотела ее погладить, а она меня боднула, — пожаловалась Катюша. — А когда Света попыталась угостить ее сухариком, укусила уже ее.
— Я видела вашего Феодора..
— О-о-о! — хором застонали в ответ обе подруги. — Он хотя бы жив?
— Жив, но что с ним случилось?
— Бедняжка! Коза схватила его за шкирку и так трепала, что мы думали, у бедняги все кости рассыплются внутри. А потом она мотнула головой и зашвырнула Феодора так далеко, что мы даже не поняли, куда именно.
Видимо, как раз вскоре после приземления кота Оленька и столкнулась с Феодором, что несколько объясняло его очумелый вид.
— И что мы будем с ней делать?
— Не знаю. Пусть пока стоит в сарае. Калачик ее туда загнал, спасибо ему за это огромное. Иначе, боюсь, нам бы с ней было не совладать.
— Но ведь ее требуется доить.
— О нет! — энергично помотала головой Светлана. — Доить ее я не буду!
— Может, у нее только характер скверный, а молоко вкусное. Надо бы его попробовать.
— Ни за какие коврижки, — решительно сказала Светлана. — Мне еще моя жизнь дорога! Сейчас позвоню хозяйке и потребую, чтобы забирала свое животное назад!
Она удалилась в дом, и вскоре оттуда донеслись ее крики. Затем Светлана появилась и сама. Выглядела она чрезвычайно разгневанной.
— Представляете, эта наглая баба посмела мне заявить, что продала нам замечательно кроткое и нежное создание и что это мы чем-то посмели разозлить козу. И повесила трубку. А когда я попыталась ей перезвонить, то сказала, что не примет назад животное, которое может быть теперь заразным. Я ей говорю, что, кроме кур, у нас животных нету, а она все равно не хочет. Мошенница!
— Она с самого начала знала про нрав своей козы, — сделала заключение Катя. — Потому с такой охотой и спихнула ее нам. Правильно мне другие тетки на рынке говорили, что хорошую козу никто не продаст. Надо было их слушать!
— Но что же нам делать?
— Прежде всего отдохнуть. Пока что коза находится под присмотром Калачика, она особого вреда никому не причинит. А потом мы что-нибудь придумаем.
— Что, например?
Светлана загадочно помолчала, а потом спросила у Оленьки:
— А когда к тебе обещал заглянуть Слава?
— Через неделю, вряд ли раньше. А зачем тебе?
Светлана не ответила на вопрос, а вместо этого погрузилась в задумчивость, а потом неожиданно произнесла:
— Жаль, что Давид уехал.
— Это тут при чем?
— Как некстати племянник у него женится. До чего же не вовремя! Чуть подвинуться во времени, и поехала бы эта коза в Краснодар в качестве свадебного угощения.
— Света! — поразилась добрая Катюша. — Ты что? Ты готова принести живое существо в жертву?
— Конкретно это живое существо? Да!
И Светлана потерла руку, на которой отчетливо виднелись следы козьих зубов.
— Кусается-то как!
Оленьке тоже стало жаль строптивую козу, и она предположила:
— Может быть, это она поначалу такая дикая, а потом нам удастся с ней как-то подружиться?
Но Светлана не хотела больше дружить с козой.
— Если с самого начала дело не заладилось, то потом будет только хуже. Пошли выпьем чего-нибудь успокаивающего!
С расстройства Светлана даже забыла о своей неизменной приверженности к здоровой пище и приготовила вместо своего излюбленного травяного чая настоящий шоколад. Зная ее увлечение всем натуральным, Давид в подарок привез сушеные какао-бобы, которые Светлана самолично обжарила и истолкла в ступке. Теперь она потчевала подруг шоколадом собственного изготовления, и они с тоской вспоминали травяной чай.
И как он мог им когда-то не нравиться! Как глупы они были, когда роптали и отказывались пить, называя чай мерзкой бурдой. Теперь они бы его выпили за милую душу, потому что поданный им шоколад был еще хуже. Светлана не добавляла в него ни сахара, ни молока, ни тем более сливок. И в сваренном ею шоколаде хорош был только его запах.
— Именно такой шоколад и пили инки.
— Желудки у них, небось, были покрепче наших. Света, будь человеком, дай хоть ложку стевии.
— Пейте так! Когда распробуете, вам понравится. Я же пью!
— Ты и салат из листьев одуванчика ешь, а он горький, как желчь!
От пытки натуральным шоколадом подруг спас лай Калачика.
— Там что-то случилось. Наверное, коза рвется к выходу.
Увы, коза уже не просто рвалась к выходу, она давно к нему прорвалась. Хлипкая оградка из тоненьких досочек не вызывала у нее никакого почтения. И сейчас коза очень активно хозяйничала на участке у Оленьки, с упоением поедая свежие молодые почки и веточки у недавно выкопанных из земли с таким трудом растений.