Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 9 из 73

Вайс, не говоря ни слова, рванул к запылённому «Фордику»:

— Джесс, за старшего! — крикнул он своему подопечному.

Карл взгромоздился рядом, и машина рванула на юг. Вскоре они были на месте. Соседний участок был ниже по склону. Его только расчистили под работы. Земля вокруг была мокрой и чёрной. Из трещины в земле била тонкая струя нефти. Нефть вытекала из земли сама, и растекалась по глине тёмной, блестящей лужей. Плевалась в небо, будто пыталась замарать его своей чернотой.

Вайс подошёл ближе. Появились новые трещинки. Земля прорвалась сильнее и выбросила вверх коричнево-чёрный фонтан. Геолог потрогал одну из луж пальцем, понюхал.

— Ооо! Высший класс… Лёгкая, Карл, очень!

Билли выпрямился и посмотрел на холмы вокруг. На его устах играла улыбка:

— Карл, похоже, под нами миллионы баксов. Десятки миллионов…

Карл жадно и молча глядел на фонтан, что периодически опадал, а затем опять начинал взлетать ввысь.

— Сейчас же готовим трубы. Ставим обваловку, чтобы не растекалась. И мне нужна дополнительная четвёртая буровая бригада, нет ПЯТАЯ. Надо срочно закреплять все, пока пласт не выдавило ещё сильнее! — уже вошёл в режим начальника Билли Вайс, — И нужно проверить другие участки!

22 мая 1920 года. Кабинет Соколова, Бронкс.

Утренние газеты уже трубили о расстреле преступников, которых перевозили в кортеже агенты Бюро. Люди Ротштейна, после того как я передал ему оперативную информацию от Глена Диксона, сработали на удивление быстро и даже красиво. Я мысленно сделал себе зарубку насчёт Александроса — главы личной гвардии Арнольда. Опасная фигура… Очень опасная…

Сам Диксон ещё вчера вышел на связь, позвонив из телефонной будки. Он коротко намёками сообщил мне о том, что мафиози Александроса убили обоих гангстеров. Бюро расследований потерь не понесло, от чего Глен, судя по его тону, испытал большое облегчение. Сам законник уехал в этот день громить мелких бутлегеров в Гленс-Фолс и в кортеж не попал.

«Молодые турки» так и не стали теми, кто захватит практически весь криминальный мир Нью-Йорка и создаст «Комиссию Пяти семей». Интересно будет посмотреть вживую на поведение Аль Капоне. В моём мире он отлично вписался в рамки рвущейся к верхам молодёжи, быстро стирающей устои, которые заложили «Усатые Питы». Впрочем, уже скоро я увижу Аля в Мичигане.

Нефтяные поля Бербанка окончательно сдались на милость Билли Вайса. Первые поставки «чёрного золота» уйдут на неделе по прямому контракту через компаньонов нефтяника Барни Макбрайда. Сейчас приходилось много возиться с юристами, чтобы подготовить выход акций «Соколов Ойл» на рынок Уолл-Стрит. Нужно завершить эту работу до доклада Вайса с оценкой потенциала месторождения, который планируется подготовить для топливных компаний и в Геологическую службу. Я уже ощущал, как сотни тысяч долларов в ближайшее время потекут на счета моей компании прямо из недр Оклахомы.

Помнится, за десять лет своего существования, добыча нефти в Бербанке принесла десятки миллионов долларов. И к этому тоже надо быть готовым. Использовать эту возможность по максимуму до того, как Великая Депрессия подкосит экономику.

М-да. Много дел — много головной боли. Нужно было как-то разгрузить мозги…

Я встал и прошёлся по кабинету к большому резному ящику радио. Включил его и прокрутил тумблер до…

«– Это „Русская волна Нью-Йорк“! И с вами я, ведущий Денис Лепцов! Как я обещал ранее, сегодня у нас состоится премьера романса, который, будем надеяться, заставит трепетать Ваши сердца! Итак, композиция „Вернуться бы…“ в исполнении Александра Сашко!»

Послышался треск пластинки, транслируемой в эфир. А я улыбнулся своим мыслям. Лепцов настолько отдавался своей работе, что сам умудрился, без моего участия пригласить одну из главных звёзд русской эмиграции в Штатах к записи романса.

Раздался мелодичный перелив фортепиано. Вступила скрипка, и тенор Александра разлился по кабинету:

Вот снова вечер, свечи тихо тают,

И за окном — чужая мгла.

Мой старый дом мне огоньком мигает,

Где липа у крыльца росла.

Те ветви тихо и знакомо

Скрипели под напором ветерка.

Теперь мне не дойти до дома —

А в сердце горечь и тоска.

Покинул я его навечно,

Сказав: «Прощай, люблю тебя».

Но в сердце бьётся бесконечно:

«Вернусь, вернусь, там ждут меня!»

И если б кто спросил случайно,

Зачем мне жить, коль дом вдали —

Я б тихо молвил: 'Жду отчаянно,

Когда вновь вспыхнут те огни'

Я улыбнулся своим мыслям, представляя, как сейчас эта композиция доносится из приёмников, установленных в заведениях района на деньги моего «Общества гражданской взаимопомощи Бронкса». А учитывая ажиотажный спрос, звучит она не только в Нью-Йорке.

Что же, пора было в путь. Дорога до Траверс-Сити в штате Мичиган неблизкая. Но я хотя бы увижу вживую Великие Озёра!

(Небольшое отступление: романс можно не искать — это скромное творение автора)

23 мая 1920 года. Траверс-Сити, штат Мичиган.

Мой бронированный «Паккард», шурша по дорожке колёсами, подъехал к трёхэтажному особняку в готическом стиле. Шпиль башни, пристроенной к дому словно донжон, возвышался над лесом и водной гладью Траверс-Сити залива.

Небольшой тихий курортный городок, расположившийся на северо-восточном берегу озера Мичиган, являл собою яркий образец благопристойности и чистоты. Дорогие коттеджи, малое количество высоких зданий. Масса поместий семей, ведущих свой род от первых переселенцев и маститых политиков Штатов.

Здесь доживал свой век истеблишмент Америки. Прекрасная рыбалка, отличная охота в густых лесах, чистый воздух. Из Траверс-Сити на катере можно было добраться до выхода в озеро Гурон. А оттуда махнуть западнее и попасть в озеро Верхнее.

При этом климат бухты Траверс был намного мягче для костей престарелых магнатов, банкиров и политиков, чем слияние трёх озёр выше.

Особняк построил один из компаньонов Джонни «Лиса» Торрио. Подробностей я не знал, но подозреваю, что владельца поместья с «Лисом» связывали делишки по поставкам виски из Канады. Великие Озёра уже становились одной из главных точек контрабанды алкоголя.