Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 45 из 115

— Плевать, — он отмахнулся, как от назойливой мухи. — Император переживет. Я взял отпуск. Бессрочный. Пусть в Министерстве хоть перегрызут друг друга, меня это не касается.

Он поправил плед на моих плечах.

— Сейчас у меня есть только одна задача. Ты.

Я положила голову ему на плечо. Запах гари и крови давно выветрился, теперь от него пахло только кожей и немного сандалом. Этот запах успокаивал.

— Я устала, Карден, — призналась я. — Так устала...

— Спи, — он поцеловал меня в макушку. — Я держу тебя.

Его голос был низким, вибрирующим. Он обволакивал, защищал. Я закрыла глаза. Тепло его тела грело лучше любого камина. Страхи начали отступать, растворяясь в мерном покачивании кареты. Я провалилась в сон — глубокий, без сновидений.

Проснулась я от того, что ритм движения изменился. Колеса больше не стучали по твердому тракту. Они шуршали. Мягко, вкрадчиво.

Я открыла глаза. В карете было светло — шторки были отдернуты, и внутрь лилось закатное солнце.

Карден не спал. Он всё так же сидел, обнимая меня, и смотрел в окно. Заметив, что я зашевелилась, он тут же повернулся.

— Проснулась?

— Где мы? — я села, протирая глаза. Тело затекло, но это была приятная усталость.

— Почти приехали.

Я выглянула в окно. Пейзаж изменился. Это были не суровые северные скалы и не привычные леса средней полосы. Вокруг были зеленые холмы, залитые солнцем. Воздух даже через стекло казался другим — золотистым, густым.

Но потом я увидела знакомые очертания вдали. Башни. Сердце пропустило удар.

Мы подъезжали к городу. К столице. А значит... мы ехали в Драконье Гнездо.

В груди мгновенно стало холодно. Я вспомнила замок. Высокие кованые ворота. Темный холл с мраморным полом. Лестницу, по которой я спускалась в то утро. Кабинет, дверь в который была приоткрыта... Там каждый угол кричал о боли. Там всё было пропитано её духами, её смехом, моим унижением. Я буду ходить по тем коридорам и ждать, что из-за поворота выйдет Зара.

Меня замутило. Я отшатнулась от окна, вжимаясь в спинку сиденья.

Карден заметил. Он перехватил мой взгляд, увидел, как побелели мои пальцы, сжимающие край пледа.

— Лисса? — его голос стал тревожным. — Что случилось? Живот тянет?

— Нет... — я замотала головой. Дышать стало трудно. — Карден, куда мы едем?

— Домой.

— В Гнездо? — голос дрогнул.

Он замер. В его глазах мелькнуло понимание.

— Я не могу, — прошептала я. — Я не могу туда вернуться. Там... там всё напоминает о ней. О том, что случилось. Я не смогу там жить. Я задохнусь в этих стенах.

Слезы подступили к горлу. Я представила нашу спальню. Огромную кровать под балдахином. Была ли она там? Касалась ли она моих вещей?

Карден взял мои руки в свои. Жестко, но бережно. Заставил посмотреть на него.

— Посмотри на меня.

Я подняла глаза.

— Мы не едем в Гнездо, — твердо сказал он.

Я моргнула, не понимая. — Но... это твое родовое имение. Твой дом.

— Это камни, — отрезал он. — Просто дорогие камни. Если этот дом причиняет тебе боль, значит, ему нет места в нашей жизни.

Он погладил мои ладони большими пальцами, успокаивая.

— Я не идиот, Лисса. Я понимал, что ты не захочешь возвращаться в старые стены. Я сам не хочу туда возвращаться. Тот дом — памятник моей слепоте.

Он кивнул на окно.

— Посмотри внимательнее. Мы не сворачиваем к столичному тракту.

Я снова глянула в окно. И правда. Карета свернула на боковую дорогу, вымощенную белым камнем. Она вела не к городу, а к побережью. В воздухе запахло солью и нагретыми травами.

— Куда мы едем?

— Я купил новый дом, — просто сказал Карден. — Месяц назад. Когда искал тебя. Я знал, что найду, и знал, что нам нужно место, где мы начнем с чистого листа. Без прошлого.

— Новый дом? — переспросила я.

— В "Зеленой Долине".

У меня перехватило дыхание. "Зеленая Долина". Самый теплый, самый мирный уголок Империи. Я когда-то, очень давно, говорила ему, что мечтаю жить у моря, где растут виноградники. Просто болтовня перед сном. Глупая мечта.

— Ты запомнил...

— Я помню всё, что ты говорила.

Карета начала замедлять ход. Колеса мягко зашуршали по гравию.

— Приехали.

Карден открыл дверцу и вышел первым. Подал мне руку.

Я спустилась на землю и замерла.

Перед нами стоял особняк. Не мрачный замок, давящий своим величием. Это был светлый, просторный дом в два этажа, из белого камня, увитый плющом и диким виноградом. Огромные окна в пол горели золотом в лучах заката. Черепичная крыша казалась теплой и уютной. А прямо за домом, всего в сотне шагов, шумело море. Бескрайнее, синее, спокойное.

Вокруг был сад. Не выстриженный по линейке, а живой, буйный. Кусты роз, жасмин, персиковые деревья.

— Здесь нет ни одной вещи из старого дома, — тихо сказал Карден, вставая у меня за спиной. — Ни одной картины, ни одной вазы. Ни одного слуги, который помнил бы прошлое. Всё новое. Чистое.

Я смотрела на этот дом и чувствовала, как ледяной узел страха в груди, который я носила месяцами, наконец развязывается. Здесь не было темных углов. Здесь не было кабинета с дубовым столом. Здесь пахло морем и свободой.

На крыльце открылась дверь. Вышла пожилая женщина в белом фартуке, улыбаясь так, словно встречала родных внуков.

— Нравится? — спросил Карден. В его голосе звучало напряжение. Он ждал моего ответа, как приговора.

Я повернулась к нему. Он смотрел на меня с надеждой и тревогой. Могущественный Лорд Драг, который боялся, что я не приму его подарок.

Я улыбнулась. Сквозь слезы, но искренне.

— Это мечта, Карден.

Он выдохнул. Плечи его расслабились. Он взял мою руку, переплетая наши пальцы.

— Идем домой, Лисса.

И мы шагнули к светлому крыльцу. Вместе.

35

Стоило переступить порог, как меня окутал запах.

Лаванда. Теплая, сухая, нагретая солнцем. И еще — запах свежего хлеба и накрахмаленного льна.

Я сделала глубокий вдох. Легкие, привыкшие к морозному, колючему воздуху Аскарда, раскрылись навстречу этому теплу.

— Идем, — Карден коснулся моей поясницы.

Мы поднялись на второй этаж. Лестница из светлого дерева не скрипела, ступени были широкими и гладкими. Моя рука скользнула по перилам, ощущая тепло древесины.

Коридор заливал золотой свет закатного солнца. Он падал через огромные окна, рисуя на полу яркие прямоугольники. Пылинки танцевали в этих лучах.

Карден остановился у двустворчатой двери в конце галереи. Повернул ручку.

— Наши покои.