Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 17 из 73

Взяла в руки лист бумаги и карандаш, и быстрыми, но лёгкими касаниями стержня к поверхности набросала портреты главных героев моего видения. Девочка получилась очень нежной, доверчивой и доброй. Женщину я видела одинокой. По-женски. Не чувствовала она мужской любви и заботы уже очень давно, и страдала из-за этого, а смыслом жизни для неё была как раз эта маленькая девочка.

Жизнь мужчины видела смутно. Как серый лист, как будто для него все померкло или он сам заставил себя забыть, и лишь короткие мгновения жизни цвели яркими красками, но их было так немного…

Я с улыбкой покидала гостиницу, ведь теперь я знала, кого мне искать. Деревенька Крес была небольшой, по-любому жители знают людей, изображенных на листах моей рукой. Я продвигалась через рыночные ряды к площади деревушки. Там больше всего собиралось зевак, которые могли что-то видеть, но, к моему огромному счастью, я увидела женщину, именно ту, что во сне искала девочку.

Ребёнка рядом с ней не было, неужели пропажа уже случилась?

Взгляд женщины был устремлен вниз, к земле, в нем не горело ярких искр жизни, а она сама словно затухала. Проходящая мимо старушка, посмотрев ей в лицо, заохала, да заахала. А удаляясь, качала головой.

Я неспешно двинулась в сторону женщины, внимательно наблюдая за ее действиями. Но она как будто и не шевелилась вовсе, стояла и смотрела в одну точку.

— Здравствуйте! Могу я с вами поговорить? — подойдя почти вплотную, обратилась к женщине.

Она подняла голову и обвела меня будто невидящим взором. Я уже думала, что она промолчит, но все же услышала тихий ответ:

— О чем нам говорить? Я вас не знаю.

Она хотела уже отвернуться и отойти от меня, но я схватила её за руку, чтобы удержать, и тихо проговорила:

— Я — Артелика Ваури, и сегодня я видела вашу дочь.

Я понимала, что произношу страшные слова для женщины, потерявшей ребёнка. Ведь если мы не сможем её отыскать, то я только зря подарила ей надежду. Но интуиция подсказывала, что я не зря это делаю. Это нужно и важно.

После моих слов женщина резко вскинула голову, а на её лице отразилось боль, она будто выплевывала слова, смотря на меня практически с ненавистью:

— Не смей говорить про мою дочь! Ты ничего не можешь о ней знать! Её не могут найти уже полгода! Все твердят, что она погибла, и ты заявляешься и говоришь, что видела её! Да как ты смеешь говорить об этом мне⁉ — её слова были резкими, рассекали воздух, глаза загорались все больше, было ощущение, что женщина не в себе. Внутри все завибрировало от моих эмоций, но что-то подсказывало, что я должна быть хладнокровной в данной ситуации.

— Эва, подожди, не кипятись, — к нам подошёл мужчина-работяга. — Я слышал, вы назвались Ваури? — а дождавшись моего кивка, продолжил: — Эва, если она Ваури, то действительно могла видеть твою дочь. Услышь меня, мне же ты веришь, — мужчина сжимал женщину в руках, не давая ей распаляться, говорил, смотря ей прямо в глаза, чтобы она усвоила ту информацию, что он пытался ей донести.

Эва обрела более осмысленный взгляд, посмотрела на мужчину, сжимавшего её в руках.

— Что в ней особенного, Сэм? Она же ничем от других не отличается, — горечь в словах, от неё становится не по себе.

— Ваури — древний род провидиц. Ты можешь ей не верить, но хотя бы выслушай, что она скажет тебе, — мужчина вновь кивнул мне, а я достала из кармана лист, на котором были нарисованы увиденные лица. Развернула, чтобы люди, собравшиеся вокруг, могли увидеть, что на них нарисовано.

— Ох, да это же наша Эвочка, — заговорила пожилая женщина за моей спиной. — Рядышком с ней как раз малышка Мила, а вот мужчину я впервые вижу.

За спиной поднялся гвалт, кто-то сдавленно ойкнул, заворчав, что он тоже посмотреть хочет.

А мужчина, названный Сэмом, приблизившись, долго всматривался в очертания лиц.

— Увы, но я тоже не знаю этого мужчину, — удивлённо и немного разочарованно зазвонил его голос.

Уже после к нам подошла Эва, но как только её взгляд коснулся портрета мужчины, она вскрикнула, но быстро зажала рот рукой, переводя шокированный взгляд с меня на лист бумаги.

— Эва? Ты его узнала? — тут же отреагировал Сэм.

Остальные жители молчали, заинтересованно ожидая ответ.

— Я-я… — она начала заикаться. — Простите, леди Ваури, я могу поговорить с вами наедине?

— Конечно, ведь именно с таким предложением я к вам изначально и подошла, — спокойным голосом ответила женщине.

Она смутилась.

— Простите за недоверие, я не хотела слышать слова, причиняющие боль. Ведь уже долгое время дознаватели не могут её найти и постоянно твердят, что шансов нет.

Эва говорила быстро, а сама потянула меня за руку в сторону боковой улочки.

— Я не слышала о вашем роде. Но, если вы можете что-то рассказать, я буду вам очень благодарна.

Эва вела меня по узенькой улочке, завела в домишко, совсем небольшой, но каменный и красивый.

— Мне кажется, дознаватели даже и не искали её, мне нечем оплатить их работу, а они и не спешат её выполнять. Выгоды же никакой…

Её тихие слова породили мурашки на теле.

— Не совсем так, они искали, но не тщательно, — не знаю, почему, но была уверена в своих словах. — Я сейчас могу сказать точно, что ваша дочь жива.

Эва от моих слов встрепенулась, даже как-то в доме светлее стало.

— Расскажите, что знаете, и… Где вы видели того мужчину, что был нарисован возле нас? — женщина говорила не совсем уверенно, будто она не хотела задавать этот вопрос, но осмелилась.

— Я сегодня утром, на рассвете, приехала в Крес. Думала отдохнуть немножко, да дальше отправляться в путь. Но стоило мне лечь в гостиничном номере, как я провалилась в видение, где и увидела, видимо, события полугодовалой давности, — пересказав сон женщине, я почувствовала её смятение.

— Но там, в вашем сне, не было ведь мужчины, что вы нарисовали на листе бумаги, и дочери моей не было, — она с недоверием смотрела мне в глаза.

— Не было, — я кивнула, соглашаясь. — Именно поэтому, стоило мне осознать сон, я провела практику, где пыталась понять, к кому и с какой информацией мне идти. В своём втором видении я увидела вас и мужчину, увозящего девочку. Этого мужчину. — Пальцем указала на лист, где изобразила его.

От моих слов Эва покрылась мурашками, а потом резко осела и заплакала, обняв себя руками.

Я, не думая о последствиях, кинулась утешать женщину, истерика которой набирала обороты.