Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 80 из 108

Глава 38

В просторном холле толпятся люди. Все они — приглашённые почётные гости. Среди них немало

тех, кого я знаю лично: мой отец с матерью, свёкры, Паша Державин с женой, коллеги с работы,

хорошие знакомые и друзья Ляпина, с которыми мне довелось познакомиться лично. Кто-то

пришёл, чтобы искренне поддержать нас, как например Державины, а кто-то явился на

мероприятие, потому что так положено по статусу. В их числе мой отец. Он с гордостью

принимает похвалу от знакомых «за талант и воспитание дочери», и только малому кругу людей

известно, как на самом деле он рьяно противился моему участию в конкурсе. Мама же исполняет

идеальную роль жены — незаметно присутствует рядом и смотрит на всех свысока. Она всегда

учила меня подобному — быть идеальным приложением к успешному мужу. Только у меня так не

вышло. Муж стоит рядом, а всё внимание гостей украдено мной.

Беспокоит ли это Захара? Не думаю. Он ободряюще сжимает мою руку, вежливо отсеивает самых

навязчивых, переключая внимание на себя, и делает всё, чтобы я чувствовала себя спокойнее.

Ведь только он чувствует мелкую дрожь моих пальцев в своей ладони, для всех остальных на

моём лице идеальная маска спокойствия.

Тимур тоже в нашей компании, рядом с дедом и матерью. Его мать красивая женщина, но с

грустным взглядом и натянутой неживой улыбкой. Она совсем не похожа на своего позитивного и

вечно взбалмошного сына. Несколько раз я пересекаюсь с её сыном взглядом. В зелёных, вечно

искрящихся глазах, нет ни капельки тепла для меня, как было прежде.

Среди гостей есть и Добролюбов. Правда, он явился на мероприятие без Ксюши. Сегодня его

украшала другая длинноногая дива — белокурая нимфа с бронзовой загорелой кожей. Она гораздо

скромнее рыжей змеи. Только стоит губки «уточкой» и помалкивает, хлопая глазами. Где же сама

рыжая змея, я не задаюсь вопросом. Мне плевать, главное, что не рядом.

Альберта Марковича приглашают на очередное интервью журналисты. Не знаю, как он их

выдерживает в таком количестве, но одного короткого взгляда ювелира хватает, чтобы понять —

выдерживать нам придётся вдвоём. Отпускаю руку Захара и осиротело иду к микрофонам.

Вопросы банальные до оскомины. Я уже выучила их все наизусть и отвечаю в большинстве

случаев на автомате, а когда мы наконец расходимся, нас приглашают на презентацию конкурсных

экспонатов.

Открывает церемонию награждения прошлогодний чемпион — мой кумир, Альбер Маркович Ляпин. В

прошлом году его изделие «Слеза Ангела» заслужило почётное первое место, и он по традиции

выступает первым. Я нервничаю настолько, что практически не слежу за выступлением. Все

украшения расхваливают так, что в них просто невозможно не влюбиться. Наверное, это тоже

своеобразный пиар ход, причем не столько для украшения, которое демонстрируется с нескольких

экранов, столько для его создателей. Лауреатов озвучивают по традиции снизу вверх. Первым

идёт третье место. Я уже тщеславно готова услышать своё имя, как называют Ларису Филимонову

и её колье «Золотой ландыш». Я знаю эту женщину. Ляпин представлял мне её, как одну из

лучших дизайнеров в ювелирном деле. На втором месте — Золотов Михаил — главный конкурент

бренда Ляпина. Пока мужчине вручают награду, на моих глазах появляются слёзы. Я совсем падаю

духом, понимая, что мне, абсолютному новичку в ювелирном деле, получить наивысшую награду

просто нереально. Ляпин, что сидит справа, тоже напряжён. Мне стыдно даже голову повернуть к

нему — я не оправдала его ожиданий.

Внезапно меня притягивает к себе Захар, шепчет что-то, но я не разбираю. Только чувствую

его тёплое дыхание на щеке и крепкое переплетение наших рук.

— Так и будешь, сидеть, Грушевская?! — возмущённо спрашивает Захар, пронзая меня горящим

взглядом. — Или всё-таки пойдёшь и получишь заслуженную награду?

Только в этот момент до меня доходит, что назвали моё имя. Я смотри на Захара полными слёз

глазами и не верю в происходящее. Первое место?! У нас с Альбертом Марковичем?! На моём

эскизе, что я придумала во время собеседования?!

Нет! На главном украшении новой коллекции… Которое только что получило громкое признание…

С восторженным писком бросаюсь мужу на шею. Он обнимает в ответ, смеётся над моей

несдержанной реакцией, но практически сразу отстраняется со словами:

— Иди, Лисён. Ждут.

Я киваю, оглядываясь. На мне столько взглядов! Отец смотрит изумлённо, мама смахивает

скупую слезу, свекровь светится от счастья, Паша показывает мне два больших пальца вверх, а

его Вика улыбается своей голивудской улыбкой и аплодирует со всем залом.

Я принимаю руку Ляпина и мы вместе выходим на сцену. Ювелир гордо расправив плечи первым

высказывает слова благодарности, затем подключаюсь и я. В голове дикая путаница, но я

стараюсь говорить именно то, что мы обговорили с пиар-менеджером. Только в конце всё-таки

отклоняюсь и говорю отдельное спасибо своему мужу. Если бы не он, я бы сейчас не стояла на

большой сцене с наградой в руках…

Позже нас ждёт фуршет. Мы с Ляпином в центре внимания, принимаем поздравления. Я и не

думала, что настолько устану. Когда мы, наконец, добираемся до нашей компании, я уже похожа

на выжатый лимон. Захара нет. Он отошёл от остальных из-за телефонного звонка. Я

оглядываюсь, чувствуя, как щемит в груди. Снова думаю о том, с кем он может сейчас

разговаривать. Хотя буквально двадцать минут назад бросалась ему на шею и благодарила за

всё, что он для меня сделал.

— Как я тобой горжусь, Алиса! — Меня обнимает свекровь. — Поздравляю!

— Спасибо! — растроганно обнимаю в ответ.

Мне приятно слышать такие слова от близких людей. Я невольно перевожу взгляд на маму, но

она продолжает стоять позади мужа и просто мне улыбается. Отец не подходит. Смотрит

сдержанно и ни слова не говорит. В его поведении можно оценить только одно — во взгляде

сейчас нет презрения и недовольства.

Тут ко мне подходит Вика. Обнимает с поздравлениями, ободряюще улыбается.

— Я влюбилась в этот кулон, — признаётся Державина. —Может приобрету себе такой в подарок!

— Ты главное — не торопись, дорогая, — вклинивается Павел. — А то мне снова придётся

гадать, что тебе подарить на Новый год, — с этими словами он подмигивает жене.