Страница 31 из 108
Глава 16
Дом встречает нас затаившейся тишиной и тусклым светом в холле, который предусмотрительно
оставила для нас Полина, прежде чем уйти отдыхать. Я первая сбрасываю с ног туфли,
переобуваясь в более удобную обувь, и ухожу наверх. Как бы удручающе это не звучало, но мне
нечего сказать своему мужу, несмотря на его поддержку на вечере. Наглая Ксюша и её
требовательные не лишённые иронии вопросы перебили все положительные эмоции, которых и без
того было мало. Поэтому лучшее, что я сейчас могу сделать, это просто молчать.
Прошло меньше недели, когда мы с мужем возвращались домой вместе. Последний раз был не
менее напряжённый — после юбилея Захара, но именно сейчас наш совместный приход кажется мне
неправильным. Потому что от прежних нас ничего не осталось. Лишь глянцевый фасад с гниющим
фундаментом.
Что будет дальше? Как я узнаю, что Захар всё-таки пренебрёг моими чувствами и пошёл
«развеяться»? Или же мне лучше этого не знать?
Пока в голову лезут мучительные вопросы, я переодеваюсь. В спальню входит муж. В первое
мгновение я вздрагиваю от неожиданности, а уже в следующее — расправляю плечи и бросаю на
него вопросительный взгляд. И плевать, что я в одном нижнем белье. Захар прекрасно знает моё
тело, вплоть до количества родинок на спине.
— Я за сменной одеждой, — объясняет он свой визит, но при этом нагло скользит по моему телу
взглядом.
Беру сорочку с халатом и скрываюсь в ванной, а когда возвращаюсь, готовая ко сну, в комнате
никого нет. Ложусь спать, и долго смотрю на подушку Захара. Непривычно всё это… Знать, что
муж дома, но не в нашей постели. В какой комнате он сейчас?
Я закрываю глаза, стараясь отбросить лишние мысли, и просто уснуть. Завтра мой первый
рабочий день. Мне лучше думать только об этом.
Утром просыпаюсь рано. Принимаю душ, надеваю чётный костюм, состоящий из юбки-карандаш и
жакета в цвет. Под него ярко-красный топ. Наношу неброский макияж. Окинув себя в зеркале, с
удовольствием отмечаю, что мне идёт образ деловой леди, и, прихватив сумочку спускаюсь вниз.
Захар в столовой. Завтракает, как обычно листая новости в планшете, но как только слышит
мои шаги, поднимает внимательный взгляд на меня.
Киваем друг другу в качестве приветствия. Я ухожу к кулеру, и наливаю себе воды, а с
кухонной зоны раздаётся скромное воркование домработницы:
— Доброе утро, Алиса Петровна. Что будете завтракать?
Я невольно усмехаюсь, услышав столь привычный вопрос. С него начинается практически каждое
моё утро. Как день сурка. Пора бы немного изменить сценарий.
— Ничего не буду. Пусть Михаил приготовит машину.
— Не нужно машины, — встревает Захар, откладывая планшет, и поднимается из-за стола. — Я
отвезу тебя.
Я напряжённо хмурюсь, оставляя стакан рядом с кулером, и боковым зрением вижу, как Полина
шустро сбегает из кухни.
— Зачем такие трудности? — спрашиваю сдержанно, не глядя на мужа.
— Какие трудности? Я могу отвезти свою жену на работу, что здесь такого? — взгляд мужа
наоборот прикован ко мне. Я это чувствую каждой клеточкой. — К тому же, мне по пути.
— Я собиралась уехать пораньше.
Захар смотрит на часы, берёт со стула пиджак и направляется к выходу:
— В таком случае поехали.
Здоровый кроссовер мужа уже ждёт нас во дворе. Я молча забираюсь на пассажирское место и
жду, пока Захар отбросит на заднее сиденье свой дипломат и пиджак. Он случайно задевает моё
плечо рукой, и я невольно отшатываюсь.
Муж замирает.
— Прекращай себя так вести, Алиса, — произносит раздражённо. — Я, в конце концов, не
монстр.
О, на этот счёт у меня большие сомнения, но возражать смысла не вижу.
— Я всего лишь отстранилась, чтобы тебе было удобнее, — бурчу, отворачиваясь к окну.
Муж шумно выдыхает и в следующее мгновение машина резко срывается с места.
— Замечательно, — цедит сквозь зубы.
— Что ты от меня хочешь, Захар? — не выдерживаю. — Чтобы я вела себя, как ни в чём не
бывало?
— Я хочу, чтобы ты доверяла мне, как прежде.
— Серьёзно? — ошарашенно хлопаю глазами. — Ты считаешь это возможным?
— Заметь, это не моё отношение к тебе изменилось, а твоё ко мне.
Молчу, снова отворачиваясь к окну.
— Знаешь, я уже жалею, что поговорил с тобой открыто, — раздражённо чеканит муж.
— Ты имеешь в виду, что лучше было бы изменить мне в тихую?
— Я думал, что между нами полное доверие и взаимопонимание, — игнорирует мой вопрос. —
Ошибался.
Я не успеваю ничего ответить. Звонит телефон Захара. Я вижу на дисплее магнитолы, через
блютус, что звонок от Державина. Муж не отвечает по громкой связи. Достаёт телефон из
кармана и разговаривает с другом большую часть пути. Прерывает разговор только, чтобы
высадить меня у ювелирного дома:
— Подожди минуту, — просит Пашу. — Алису на работу привёз, — берёт с заднего сиденья мою
сумочку, отдаёт мне и прощается: — До вечера.
Я быстро выскакиваю на улицу и слышу:
— Да, сегодня первый день. Скоро задвинет половину известных ювелиров страны, вот увидишь.
Я закрываю дверь, чувствуя, как к сердцу крадётся тепло. Муж действительно в меня верит, а
вот я в него — больше нет. Не жду, когда хромированный кроссовер сорвётся с места.
Поднимаюсь по крыльцу и вхожу в вестибюль здания, но готова поспорить, что муж уехал, только
когда за моей спиной сомкнулись двери.
Оказавшись в кабинете, я с волнением сажусь на пока ещё чистенький от работы стол и пытаюсь
его немного оживить. С краю стоит коробка с канцтоварами и я принимаюсь её разбирать:
настольный ежедневник, подставка для карандашей и ручек, папка с листами бумаги, флеш-карта
и много других мелочей, которым я тоже нахожу место. Не замечаю, как летит время. Вот уже
девять часов, справа от меня оживает стационарный телефон. Я чувствую себя, как пришелец с
другой планеты, не иначе. Мне до сих пор не верится, что я смогла выгрызть для себя
настоящую работу!
Осторожно поднимаю трубку:
— Алло.
— Алиса Петровна, через пятнадцать минут Альберт Маркович собирает утреннее совещание в
переговорной.
— Спасибо, я скоро буду, — поспешно отвечаю я и подлетаю, как ужаленная.
Что мне необходимо с собой взять? Понятия не имею! Хватаю новенький блокнот, ручку,