Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 4 из 8

Вдруг неумолимая, тяжелая волна сна накатила на него. Фил едва успел припарковать «Ауди» рядом с блестящим бампером «Феррари», выключить мотор и положить руки на прохладную кожу руля, как голова сама упала на них, и сознание отключилось…

Через минуту на парковке погас свет. От одного из бетонных столбов отделилась тень. Человек, до этого стоявший неподвижно, слившись с опорой, неторопливо сделал несколько шагов. Его движения были лишены суеты и отточены до автоматизма. Он подошел к «Ауди» и направил в темноту салона луч фонарика. Свет выхватил из мрака склоненную над рулем фигуру Фила. Тот не шелохнулся, его дыхание было глубоким и ровным.

Человек осторожно приоткрыл дверь. Щелчок замка прозвучал оглушительно громко в давящей тишине. Он тряхнул Фила за плечо, сначала легко, потом сильнее, проверяя крепость сна. Тело лишь безвольно покачнулось. Тогда человек резко обхватил Фила за плечи и, с силой откинув спинку кресла, уложил безвольное тело на сиденье, стараясь сделать его как можно менее заметным снаружи. Голова Фила неудобно свесилась набок, но человек не обратил на это ни малейшего внимания. Его задача была другой. С плеча он снял темный бесформенный рюкзак, расстегнул молнию и извлек длинный плоский сверток, замотанный в промасленную грубую тряпку. Холодный металл пистолета тревожно блеснул в свете фонарика. Человек поднес оружие к рукам Фила, с особой тщательностью прижал пальцы спящего к холодному металлу ствола, к рифленой рукояти и, наконец, к курку, не забыв и о рукавах одежды. Затем так же методично снова замотал оружие в тряпицу, поднял крышку багажника «Ауди» и сунул зловещий сверток глубже, туда, где на вычищенной пылесосом поверхности лежал пижонский чемоданчик с аптечкой, знаком аварийной остановки и огнетушителем.

Закрыв багажник, человек едва успел шагнуть в «слепую» зону камер наблюдения, как зажегся свет. Послышался рык мотора, скрип шин, затем хлопанье дверей, обрывки беспечного разговора, смех, шаги, удаляющиеся к лифту. И снова наступила тишина. Никто не заметил ни спящего в машине Фила, ни тень, прильнувшую к бетонному столбу…

Человек почему-то не уходил, хотя было понятно, что дело, ради которого он здесь появился, закончено. Из его груди вырывались свистящие, прерывистые звуки. Он прислонился лбом к шершавому бетону столба, словно пытаясь вобрать в себя его безжизненный холод. Послышался сдавленный, размеренный шепот, полный отчаяния:

– Вдох – раз, два, три, четыре. – Человек задержал дыхание и медленно выдохнул: – Раз, два, три, четыре, пять, шесть. – И опять: – Вдох – раз, два, три, четыре. – Растянутый выдох: – Раз, два, три, четыре, пять, шесть…

Сквозь стиснутые зубы он яростно прошипел:

– Ну, давай, кусок дерьма! Соберись!

Некоторое время слышались лишь хрипы, потом счет начался снова, уже с оттенком горечи:

– Вдох – раз-два-три-четыре! Выдох – раз-два-три-четыре-пять-шесть!

И снова счет. И снова.

Через несколько минут человеку, похоже, стало лучше. Руки еще дрожали, но паника постепенно отступала.

– Вот так, – произнес он ожесточенно, когда приступ закончился. – Никто не придет вытирать твои сопли. Умри, но сделай! – Это прозвучало как заклинание или девиз.

Человек достал из кармана маленький прибор, похожий на пульт, нажал кнопку, и на парковке снова погас свет. Он убедился, хорошо ли захлопнута крышка багажника и, наоборот, открыта ли дверь машины со стороны водителя. При этом он еще раз проверил, крепко ли спит Фил, небрежно ткнув его пальцем в живот. Потом снял перчатки, набрал в телефоне цифру «2» и вопросительный знак, затем букву «П» и «ок» – и отправил сообщение. Спрятав телефон, закинул рюкзак на плечо и неторопливо ушел в темноту. Через несколько секунд свет на парковке вспыхнул.