Страница 3 из 8
Он пытался. Злился на себя, запирался, давал себе слово не выходить из дома. Но чары были сильнее. Колдовская отрава в его крови звала его снова и снова, и он, как преданный пес, полз на брюхе к ногам своей тюремщицы, ненавидя ее и унижаясь. Он как будто был расколот надвое, одна половинка оставалась дома, а вторая там, у Фаины. Он терял себя и знал это, видел, как рушится семья, как страдает сын, и ничего не мог изменить. Роман тихо застонал.
…Татьяна, зажав зубами край наволочки, притворяясь, что спит, слушала, как муж мучается в соседней комнате. Что их теперь ждет? Роман не уйдет из семьи, да и не нужен он этой «паучихе». Просто позавидовала она их счастью, а может, кто-то из поселковых донес до Фаины слова Татьяны о том, что каждому человеку Бог дает столько, сколько человек может вынести. Злая она, Фаина, вот что. Живет в поселке уже десять лет, а соседи, сначала кинувшиеся к ней со своими болячками, теперь обходят ее коттедж стороной. Зато из города многие приезжают на дорогих иномарках. Очередь на месяц, так Даше рассказывала соседка, которая у Фаины работает секретаршей.
…На крыльце послышались осторожные шаги. Роман замер. Татьяна, казалось, до этого крепко спавшая, вдруг легко поднялась и пошла навстречу сыну.
– Ты где был? Опять забор разрисовывал? Вовка, ну не надо связываться с этой Фаиной! Еще какую-нибудь порчу на тебя наведет! Голодный? Мой руки и садись за стол. Весь вечер где-то шляешься, я уже хотела идти искать тебя.
– Чего это мне ее бояться? Обещала, что в кровать по ночам мочиться буду. А я ей тогда дом подожгу!
В кухне загремела упавшая посуда.
– Ты что? Ты не смей! В колонию упекут!
– Мам, я правда голодный, – услышал Роман подлизывающийся голос сына и усмехнулся: «Хитрюга. Знает, как подкатить к матери».
Снова послышался звон посуды, запахло разогретыми котлетами и картошкой.
– Сынок, я тебя прошу. Если с тобой что-то… Я же не железная… Я ее тогда убью, вот что. А ты дом подожжешь. Так все эти мучения и кончатся. Все будем наказаны. Только непонятно за что.
Татьяна хрипло засмеялась, словно закаркала, и Роман вдруг понял, что она не шутит. И Вовка, похоже, тоже не шутит. Вот до чего дошло. Он прокрался к дверям и тихо, как ему показалось, выскользнул на улицу.
Но Татьяна и Вовка звук закрывавшейся двери услышали и одновременно отвели глаза.
– Спасибо, мам! Я все доел, очень вкусно!
Вовка выскочил из-за стола, чмокнул мать в щеку и быстро поднялся на чердак, где у него была мастерская с эскизами и красками. Так… Паучиха была, кобра была. Саранча? Была. Ящерица? Нет. Нашел! Крыса. Жирная, злая, с выпученными красными глазами и длинным противным хвостом. Припала на передние лапы, словно вот-вот прыгнет. Опасная. Вовка отложил эскиз в сторону и задумался. А если правда? Если Фаина сможет сделать так, чтобы он… ну, это… в кровать? Да ладно. Если бы хотела, давно бы мать извела или его, Вовку. Только и может что мужиков к себе в постель завлекать. Она же ведьма по амурным делам. Приворот, отворот, все такое. Вот сегодняшний мужик про какую-то Наташу спрашивал. В общем, пугает, ведьма.
Вовка придвинул ближе рисунок крысы, выписывая на листок, какого цвета баллончики с краской ему понадобятся.
Татьяна сходила в подпол, взяла вилок капусты для борща на завтра и постояла, затаившись в сумраке. Сверху свисала одинокая лампа на витом шнуре, пахло старой картошкой, вылившимся из вздутой банки рассолом и какой-то химией. В углу копошилась мышь. Она вздохнула, задвинула на полке подальше бутылочку с мутной жидкостью и вышла из подпола на кухню, пробормотав: «Пугает, ведьма».
Фил гнал машину по сумеречному городу, превышая скорость, проезжая светофоры на зеленый свет. Сбоку кто-то раздраженно посигналил, когда Фил сделал опасный маневр, но он даже не услышал. Думал о том, как все сегодня будет. Фаина сказала, что видит знаки про кровь и тревогу. Неужели и правда чувствует? Фил поежился и тяжело вздохнул, вспоминая разговор. С Натальей никто не может справиться, это точно. Она только похожа на свою тезку Наташу Ростову, чем и зацепила в первую встречу Фила: черноглазая, порывистая, хрупкая. И богатая – чего уж перед собой юлить. Их отношения были похожи на взрыв: мгновенно вырвавшаяся из-под контроля стихия. Зато потом… Ревность и подозрительность Натальи стали докучать, портить сказку. Сколько еще он может выдерживать такое? Ни поговорить, ни улыбнуться клиентке, даже нельзя положить руку на спину… Он – тренер, это его работа. И это самый крутой в городе фитнес-клуб, который принадлежит Наталье.
Фил и хотел бы вырваться из этой «медовой» ловушки, но как? Наталья держит мертвой хваткой. Квартиру ему купила, машину. А сейчас начала разговоры о разводе с мужем. Мол, уедем вместе жить в Испанию. Кто же от такого откажется в трезвом уме и твердой памяти? Вот только она же и в Испании будет повелевать, как королева своему слуге. Он не слуга, он нормальный молодой мужик. И заглядываться на хорошеньких девушек никто ему запретить не может. Недавний скандал случился из-за того, что он подправил клиентке неверно напряженную спину и чуть погладил по ноге, успокаивая возникшую боль. А кто-то – да понятно кто, ведь охрана фитнес-центра с видеокамерами принадлежит Натальиному мужу Зотову, – отправил начальнице снимки этого эпизода.
В памяти совсем некстати всплыла вдруг Вероника. Юная, с горящими решимостью глазами и упругой грудью. Фил прерывисто вздохнул. Наталье через два с половиной года сорок исполнится, вот она и бесится. Ему-то всего тридцать два. И он, бесспорно, красив. Наталья не может не понимать, что девицы, пришедшие в центр подкачать тело, заглядываются на него, и это нормально. Это называется закон природы.
Фил, остывая, перестроился в правый ряд, включил поворот, и сразу показался ЖК, где у них с Натальей свое гнездышко в элитной новостройке. И где она его сейчас ждет, чтобы поговорить и помириться.
Неужели сегодня все решится? Фил опять вспомнил разговор с Фаиной. Он приехал к ней в отчаянии, но она успокоила его, как только она и умеет. Правда, потребовала, чтобы он как можно быстрее помирился с Натальей, иначе может все потерять. Странная она, Фаина. Ее брат Зотов женат на Наталье, а она принимает ее любовника. Да еще и советы дает. Может, между братом и сестрой черная кошка пробежала и Фаина так мстит? Да ему-то какая разница?
Фил нажал кнопку на пульте, и оранжевый шлагбаум, словно нехотя, пополз вверх, открывая путь на подземную стоянку. Глаза, привыкшие к вечернему полумраку, ослепили резкие неоновые лампы парковки.
Увидев издалека красный «Феррари», Фил успокоился: Наталья приехала и ждет.