Страница 80 из 88
— Я ничего не думаю, — сказал Лео и вернул мне тетради. — Просто показываю, чему ты должен научиться раньше всего и перво-наперво.. И вот что. Твой отец хотел передать тебе со мной свой жертвенный нож, но я отказался передавать. У тебя есть свой.
— Мой? Жертвенный нож? — я что-то обалдевал всё больше.
— Здесь, — Лео указал на мой карман, и я вынул скальпель, завёрнутый в носовой платок.
Почему-то славно его рукоять в ладонь легла. Даже тепло по руке пошло — будто Дару нравилось. Моя команда наблюдала, будто за спектаклем каким-то.
— А почему этот старый скальпель лучше, чем нож Шельда? — спросил Лэрик. — Вообще скальпель не очень удобная штука, по-моему..
— Сними платок, Валиен, — сказал Лео.
Я снял. Провёл пальцем по лезвию. Почувствовал, что Дару прямо сильно нравился этот скальпель, до удивления. Понял: резать им — правильно и хорошо.
— Чувствуешь, не так ли? — Лео тоже коснулся лезвия пальцем, и оно снова на миг вспыхнуло тёплым красным светом. Светом моей крови, понял я. — Это скальпель Марбелла, — сказал Лео. — И Сэдрик тоже держал его в руках. А ещё мы с тобой оставили на нём след обмена Силой. Хороший инструмент. Постарайся его сберечь.
Я кивнул и хотел снова завернуть скальпель в платок, но Лео протянул мне плоские ножны из тёмной кожи.
— Платок ненадёжен. А вот в этих ножнах когда-то носил стилет Марбелл. Не думаю, что на них след его Дара, но они удобны.
Удобны, правда.
— Некромант не ходит без ножа, — сказал Лео. — Большая часть обрядов творится через кровь и боль. Не забывай. А вот это я взял для тебя у Шельда. Это будет хорошо, мне кажется.
Он вынул что-то маленькое, поправил мои волосы — и накинул на мою шею тонкую тёмную цепочку. Первая-то мысль у меня была, что это амулет какой-то.. ведьмовской.. ну а как? — но вот нет! Я взял подвеску в руки — и меня так отпустило славно.
Мир на душу сошёл. Вот правда.
Это было очень-очень старое Око Господа. Я даже не представляю себе, насколько древнее: серебро совсем почернело, зрачок — из седой зеленоватой бирюзы, а сама форма.. я только в Историческом музее видел что-то в этом роде. Чуть не времён чуда с нерукотворным образом.
Моё Око у меня с шеи законоучитель содрал, тогда ещё. Чуть не удушил меня цепочкой, порвалась на моё счастье. И оно теперь пропало, конечно.. Как это Шельд угадал, что я без защиты, да? Почувствовал..
Я поднял взгляд на Лео.
— Да, — сказал Лео. — Вещица фамильная. Принадлежала, как говорят, родоначальнику дома Лунных Снов.. только уже много лет хранилась в семейном сейфе, Валиен. Я думаю, предки Шельда и позабыли про это Око.. а сам Шельд вспомнил, потому что у него какие-то особо сложные и странные отношения с Господом. Благословлять тебя он не посмел, но передаёт тебе пожелание удачи. Удачи.. в его духе. Большее, что может желать человек без судьбы.
У меня прямо горло перехватило. И моя компания смотрела понимающе.
— Надо же, — сказал Лэрик. — Оказывается, Шельд не настолько ведьмак, как можно подумать, да?
— Настолько, — сказал я. — Просто.. он сильно лучше прочих.
— Отвлекитесь от Ока, мессиры и леди, — сказал Лео. — Мне нужно успеть рассказать тебе хотя бы самое необходимое, Валиен. Ты хорошо помнишь молитву, которая отпускает духа на лоно Господне?
— Конечно! — удивился я. — После слов: «И раскрой небеса» — надо вставить: «И освободи бедную душу от наброшенных пут, и исцели от нанесённых ран, и дай силы преодолеть и злую волю, и козни ада, и удары предательские». Я не забуду, ты не думай.
— Я не думаю, что ты забудешь, — как-то грустно и странно сказал Лео. — Я хочу, чтобы ты запомнил ещё один вариант. Формулу, которой можно отпустить вампира.
Ну вот как гром среди ясного неба!
— Ты что⁈ — заорал я. — Не тебя же⁈
И, кажется, все ровно это и подумали. А Лео улыбнулся.
— Ну что ты, Валиен.. не меня, конечно. Просто.. всякое может случиться. Понимаешь, Сумерки Заозерья закрыты от меня. Я спрашивал у Оуэра.. и наш милый страж в своей неповторимой манере сказал, что не ходит туда, потому что там противно. И я не понимаю, почему Оуэру противно в Сумерках. Вообще-то он обычно любит общество вампиров.
— Говорят, — сказал Лэрик, — что можно уложить вампира, если отрубить ему голову могильным заступом.
Лео неожиданно хихикнул.
— Это правда, принц, — сказал он. — Вся беда в том, что могильного заступа запросто может не оказаться под рукой. Не такая уж это распространённая вещь.. вдобавок я тяжело себе представляю вампира, который будет стоять и смотреть, как вы убиваете его лопатой.
Теперь уже улыбались все.
— Немного серьёзнее, мессиры, — сказал Лео. — Запоминай, Валиен. После слов «и раскрой небеса» ты скажешь: «И верни душу сию из Сумерек в мир сей, проводив дорогами смертных». Проще, да?
Я кивнул.
— Ну вот, — удовлетворённо сказал Лео. — А дальше Господь разберётся, что делать с этой душой..
— А Шельд мне говорил, что вампирам можно верить в любом случае, — сказал я. — Что дети ночи как вестники Божьи..
Лео вздохнул — и я снова увидел, как тень проходит по его лунному лицу.
— Отчасти.. отчасти Шельд прав.. — медленно сказал он. Мне показалось, что ему тяжело говорить. То ли больно, то ли даже стыдно. — Мы служим Предопределённости, это верно.. И всё-таки.. случается.. как и среди людей. К сожалению. Редко, но.. Поэтому, на всякий случай, пожалуйста, не забывай эту формулу.
Не знаю, как другим, а мне стало очень не по себе. Будто холодом подуло. Потому что мне уже казалось, что дружить с вампирами — совершенно правильно, природно правильно.. Огорчило это меня и даже испугало.
— Пойми правильно, Валиен, — продолжал Лео. — Позвать меня в зеркало из Заозерья ты, скорее всего, не сможешь. Мне представляется, что зеркала там закрыты, но и открытое.. видишь ли, мы, вампиры, принадлежим земле, в которой лежат наши тела. Это нечто вроде сумеречной присяги.. и без приглашения мы не пересекаем границ. А приглашать меня в Заозерье местный клан не спешит. Честно говоря, я даже не знаю их Князя.. Лэндел, Князь Девятиозерский, тоже разговаривал со мной лишь несколько раз и был любезен ровно настолько, чтобы не рычать сквозь зубы. Сумерки Озёрных королевств не слишком почтительны с Сумерками Святой Земли.. и мне это кажется странным.
— Ну.. они же нам чужие, ты говоришь сам.. — сказал я, и вдруг меня осенило. — А остальные? Ну вот взять перелесцев.. Ты перелесского Князя знаешь?
Лео улыбнулся: