Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 48 из 174

Глава 11

Остаток дня прошёл довольно тихо.

Судя по карте Индара, никаких вспышек недоброй активности на территории Резиденции Владык не происходило. Мы ещё раз прошлись по жилым покоям короля, где теперь жил маршал, обошли кольцевую анфиладу, прогулялись по двору — всё было тихо.

Но у меня на душе кошки скребли, а Рэдерик, семенивший за нами, старался всё время держать Барна за руку. Я чувствовал, как он напрягается и нервничает, — а интуиция у этого мальчика казалась просто чудовищной.

Едва ли не заменой Дару.

И как себя ведёт его интуиция, мне страшно не нравилось.

Он, например, сказал Барну, когда мы оглядывали двор:

— А можно мне спать около тебя?

Барн, который уже успел привязаться к принцу-бастарду, как к сводному братишке, удивился:

— А где ж тебе ещё спать-то, ваша светлость? Только, наверное, сходить бы тебе к мамочке..

— Не хочу! — отрезал Рэдерик.

— Может, вы попробуете объяснить, что вас беспокоит, мессир? — спросил я.

Рэдерик мотнул головой:

— Я не знаю. Просто не хочется.

— Я пойду прогуляюсь, лич, — вдруг сказал Индар. — Его высочество.. у него есть какое-то странное чутьё. Предположу, что это какие-то остатки королевского чуда, если дом Золотого Сокола им когда-то владел. Мне хочется взглянуть.. на разное. Скинь цепь.

— Ты рискуешь, — сказал я.

— Мы с тобой уже проверяли Резиденцию, — сказал Индар с досадой. — Не учуяли демонов. Похоже, гончих нет поблизости — а на тех покоях, куда я собираюсь, ты своими руками устанавливал щиты.

— Ты серьёзно рискуешь, — сказал я. — Может, вместе?

И Барн истово кивнул: он тоже думал, что вместе надёжнее.

— Красивый фарфоровый манекен, который ты на себе таскаешь, слишком приметен для моих целей, — фыркнул Индар. — А наша прелесть там и подавно ни к чему, пусть рассказывает принцу сказки. Успокойся, мы оба не впервые замужем.

— Мне не нравится, — сказал я, но черкнул пальцем на стене размыкающий значок.

Индар отвесил вдребезги иронический поклон и очень демонстративно, прямо-таки красуясь, ушёл в стену — и оставил нас с Барном в странном расположении духа.

Дело даже не в том, что я понимал ценность Индара для нашей миссии, хотя его ценность была несомненной. Дело в том, что..

Ну да.

Я начал относиться к нему, как будто он из нашей команды. И тревожился за него самого, а не за будущий успех. При том что моё отношение не стало так уж намного лучше, чтоб не сказать сильнее: сейчас я гораздо лучше понимал, что гад он законченный. Как минимум убийца. А ещё я был совершенно уверен, что Индару не придёт в голову просто смыться, оставив нас выживать самостоятельно.

Не доверие. Что-то другое.. понимание, быть может.

Странные существа люди.

Индар пропал надолго.

Норфин прислал к нам посыльного с приглашением поужинать. Спохватился. Я, скрепя сердце, согласился — и успокоился в освещённой электрическими свечками роскошной и мрачной столовой, куда нас проводили. Уставший и задёрганный ворохом валящихся со всех сторон неприятностей Норфин обрадовался, когда я предложил проверить пищу на ядовитость, предложил впредь и завтракать, и обедать, и ужинать вместе — и вообще честно старался играть в короля.

Но есть королевский паштет вилкой и ножом ему в голову не пришло. Маршал поступил как в походе — отрезал ломоть, чтобы положить его на хлеб. Совершенно этим не смущался. Барну понравилось.

Рэдерик сидел рядом с Барном, не торопясь и с непринуждённым изяществом кушал вилкой и ножом кусочек этого паштета и выглядел потенциальным королём без всяких игр.

— Бабу эту, жену Дингла, ведь не нашли, — говорил Норфин мрачно. — Их городская квартира брошена.. видно, говорят, что собиралась в спешке. А так-то ведь не должна бы, да? Если ждала, что проклятие подействует..

— По-моему, всё правильно, — сказал я. — Она ждала бы, если бы впрямь рассчитывала, что вы отпустите её мужа. А вашей смерти ожидать ей никакого резона. И очень интересно: эта порча — её собственная идея, или она выполняла чьё-то поручение..

— Не получится узнать пока, — буркнул Норфин. — И Иерарх Святоземельский молчит. И их дипломаты молчат. Я уж начинаю думать, что Святая Земля и впрямь в этом замазана. Зато из Заболотья пишут — чтоб оно сгорело — там у них целая война. Знамёна с папоротником, сепаратисты, еретики гадовы.. по-хорошему, надо туда людей посылать.. а я не уверен, что у нас есть столько верных в войсках. Тоже там.. настроеньица.. В столице тоже не всё спокойно. Перестанешь сильно прижимать — тут же выползают на улицы.. и начинается.. орут всякое, пишут гадости..

— А газеты выходят? — спросил я.

Норфин неопределённо покрутил в воздухе ножом.

— Дриз со мной на связи. Пишут то, что разрешаю.. демоновы дети. Так и норовят лишку сболтнуть, тоже ещё те подонки. Главное — сидим в Резиденции Владык, как на пороховой бочке, непонятно, откуда ударят. Ждём у моря погоды.. письма от Иерарха. Не напишет же, скотина..

— А что говорят ваши советники? — спросил я.

— Вэгс что-то недомогает, — сказал Норфин с такой досадой, будто Вэгс заболел ему назло. — А Хаут пытается разобраться с банкирами.. эти финансисты — такая фантастическая сволочь, что непонятно, как их земля носит..

Похоже, Норфину вообще некому было пожаловаться. Это и понятно: потерявший уверенность теряет власть, дать слабину — значит, позволить себя сожрать. В конце концов, думал я, у любого из его посыльных генералов ровно столько же прав на странную должность диктатора, что и у Норфина. А постоянно держать спину прямой в таких условиях — задача для нечеловечески сильных. Оттого, я думаю, Норфин и не позвал на ужин свою команду, и жаловался мне, чужаку, который не может претендовать вообще ни на что. И в интонациях страшного маршала было что-то детское. Усталая беспомощность. Ощущение, что вот-вот всё навернётся с грохотом — и непонятно, как держать, чем предотвратить.. Я по-настоящему сочувствовал Норфину, но не мог ему помочь.

Защитить его от яда и порчи мог. А от той миссии, которую он на себя взвалил, — нет.

В конце концов ужин съели — и нужно было расходиться, но Норфин ощутимо не хотел остаться один. А я при всём желании не мог предложить ему свои услуги: у меня были слишком серьёзные планы на эту ночь.

И в паузу, в довольно, надо сказать, неловкую паузу, в столовую Норфина вошёл Индар.

Я не успел среагировать — он сделал жест церемониймейстера: к вам гости, мессиры! — и отошёл от двери. Тут же мы все услышали стук каблучков — и в столовую Норфина влетела Лисса.

Рэдерик чуть подался назад.