Страница 42 из 174
— Понимаешь, Клай, — сказал он тоном человека, которого оглушило или контузило, — я пуговицы-то сам отдал. Ординарцу и отдал, Лейну. Со старого мундира. Он попросил, сказал, что с парадной формы оборвал и потерял.. спросил, нет ли у меня лишних.. И порезался, да. Вчера.
Поднял на меня больные глаза от этой мерзости на столе.
— Верили? — спросил я.
Норфин кивнул. Ему впрямь было больно, по-настоящему больно. Он не ожидал. Глядя на него, я представил, что бы со мной было, если бы.. и мне стало холодно.
Индар выдал сквозь зубы со странным выражением, я бы сказал — с жалостью, если бы жалость не смешивалась в таких пропорциях с брезгливым презрением:
— Диктатор.. железный маршал.. Фронтовая дружба, детские пелёночки.. куда полез, слабак сопливый..
Рэдерик наблюдал с совершенно безмятежным лицом. Либо не понял, либо был согласен с Индаром. Зато Барна это потрясло.
— Как же, ваше превосходительство? — пробормотал он. — Нельзя же..
Я приоткрыл дверь и крикнул:
— Ординарца Лейна — к маршалу!
Не сомневался, что услышат, — услышали. Лейн прибежал и замер навытяжку у стола Норфина — даже не глянул, что на столе лежало. Явный простец, обычный парень лет тридцати, не воевал, наверное, — при маршале же.. Я смотрел на него и не мог понять.
— Лейн, — сказал Норфин, — смотри сюда. Твоя работа?
Лейн взглянул — и отшатнулся.
— Никак нет, — пробормотал он, мотая головой. — Не знаю. Не делал. Не знаю.
— Кто делал? — спросил я.
— Не могу знать! — выпалил Лейн. Смотрел на меня с ужасом.
Я подошёл к нему ближе и взглянул в лицо:
— А если я разверну острие порчи на того, кто её создавал? Мне уже случалось так разворачивать. И тогда с тем, кто заклял эти штучки, случится именно то, что должно было произойти с твоим маршалом. Ты знаешь, что именно, кстати? Хочешь попробовать?
Лейн, белый, как бумага, отступил назад. А я сделал шаг вперёд.
— Это ж не порча! — выпалил Лейн. — Это — чтоб его высокопревосходительство согласились! Чтобы согласились отпустить мессира Дингла! Это его жена, жена его просила!
— Что за бред? — сказал Норфин ошарашенно. — Дингла из дома Одинокой Сосны, что ли?
— Да! — обрадовался Лейн, даже попытался улыбнуться. — Это его жена, понимаете, ваше высокопревосходительство! Плакала! Мессир, говорит, маршал отпустит мужа — и мы в Заболотье уедем..
— Кто этот Дингл? — спросил я.
— Да франтик придворный, — так же ошарашенно сказал Норфин. Он честно пытался понять смысл в дикой ерунде, но не получалось. — Просто какой-то.. у него морда сильно изменилась, наши его сгрябчили за связь с адом. Чернокнижник, наверное. Сказал бы спасибо, что не прибили..
— Консультант моей леди по потокам жизненных сил, — сказал Индар. — На его работу не похоже, он бы сработал через материализованное проклятие. Леди Ихара? Хм.. не знаю.. ты же видишь, лич..
— Да, — сказал я. — Это порча на смерть. На долгую смерть. Да, Барн?
— Точно, — сказал Барн. — Прям шкурой же чувствовалось.
— Да, — сказал я. — Просто убить — и пуговиц бы хватило. Можно было бы и волос с мундира снять, например. Но тут имели в виду лицо.. кожа, кровь.. Изуродовать перед смертью, я бы сказал. Да, Барн?
— Точно, ваш-бродь, — Барн поёжился. — Вот как-то этак, да. Вроде, чтоб шкура слезла с лица.. или вроде чесотки, аж до костей.. пакостная такая смерть, ваше превосходительство, грязная. Это уж и мы понимаем. Когда оно дымом выходит — это уж мы чувствуем, на что заговорили.
— Элегантно, да, — кивнул Индар. — Стиль — группы моей леди.. но не Дингла. И какая, заметь, целенаправленная, узко специальная порча.. кто-то из диверсантов делал.
— Заплатила она тебе? — сказал Норфин. — Жена этого Дингла?
Лейн зажмурился.
— Заплатила, — ухмыльнулся Индар. — Много. Он таких денег никогда не видел. За порчу платят щедро.. интересно, поверил в эту чушь или врёт от ужаса, слякоть..
— Несомненно, — согласился я. — Огромную сумму.
— Тарл! — рявкнул Норфин. — Стр-ражу сюда!
— Нет! — выдохнул Лейн, но это уже абсолютно не играло роли.
Потом мы просто наблюдали.
Как охрана Норфина увела его ординарца. Как Норфин давал распоряжения жандармам и офицерам, предполагая раздобыть жену Дингла живой. Как отправил дознавателей в тюрьму, допрашивать самого Дингла. Норфин взял себя в руки: распоряжался чётко, холодно и грамотно. Закончив, отослал всех, кроме нас, — и пошёл смотреть в окно, на серую стену, увитую плющом, и кусок солнечного неба.
Я подумал, что он, видимо, впервые так влетел. Когда кто-то из очень ближнего круга, кого он давно знает, привык, привычно доверял..
— Если они поймают Ихару, диктатор, надо думать, ещё немало интересного узнает, — кривясь, сказал Индар. — И о себе, и о своих людях, и об этом.. ординарце. Если леди будет говорить.
Я завернул приманку.
Норфин обернулся.
— Вы, значит, честно отработали, — сказал он печально и устало.
— В вашем окружении делят власть, — сказал я. — Мы здесь лишние, от нас попытаются избавиться.
— Вам-то меня спасать не очень выгодно, — сказал Норфин. — Если я хоть в чём-то разбираюсь.
— Мы здесь, чтобы охранять вас, — сказал я. — Это приказ государыни. Мы именно для этого здесь. Охранять вас.
— А этот? — Норфин кивнул на Рэдерика. — Зачем забрали его от матери?
— Мы многого не знаем, мессир, — сказал я. — Это очень мешает работать. Вот например. Нам всем очень хотелось бы узнать, в чём смысл его пребывания там. Как вы это видите. Это важно.
Норфин думал. Ему мучительно не хотелось говорить с нами на эту тему, но он, похоже, начинал понимать, что придётся. Мы ему уже показали, что могло произойти, не будь нас при его дворе. Видимо, он всё прикинул и сделал вывод.
Потому что через некоторое время всё-таки заговорил.
— Мы не получили письма от Иерарха Святоземельского, — сказал он через силу. — И послы Святой Земли крутят и вертят. Отговариваются, что нужно время, мол, письмо идёт долго.. Письмо-то долго, а телеграмма — быстро! Нет, просто не хотят. Тянут время, тянут.. чего ждут?
— Смерти твоей, дубина, — вздохнул Индар. — Не исключаю, кстати, что к порче именно Святая Земля и приложила руку.
— У них есть кандидат, да? — спросил я. — У Святой Земли?
Норфин пожал плечами.
— Аж несколько, на выбор, — усмехнулся Индар. — С кем в цене сойдутся.
— Ну да, — сказал я. — Кому впрямь убрать вас очень выгодно, так это святоземельцам. Вы непредсказуемый, неуправляемый и замаранный. А они выберут чистенького.