Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 35 из 174

— Помнишь, я попросил, чтобы твою голову лепила Глена? Знаешь, кто такая Глена? Да я понимаю, что не представляешь. Так вот. Глена — очень хороший скульптор, но она вообще не умеет лепить похоже. У тебя будет средневековой красы лицо, Индар. Как у эльфа на миниатюре в древней рукописи. Но ни грана сходства — я тебе обещаю.

— Вот как?! — воскликнул Индар.

Он очень обрадовался. Настолько обрадовался, что расслабился. И Барн ухмыльнулся:

— Что верно, то верно. Мы уж прямо и знаем, когда видим: лепила Глена. Если вышел писаный красавец.

— Именно, — сказал я. — Поэтому имя Индара из дома Сирени мы пятнать служением диктатору не будем. Хорошая мысль?

— Бездна адова! — рассмеялся Индар. — В твою пустую голову иногда залетают порядочные мысли!.. но кто же я буду? Абы кто — не годится на роль старого аристократа. Тут, конечно, полно всяких выскочек и отщепенцев, но если ты из дома Лебеды какой-нибудь, как этот армейский дуболом, то вряд ли сможешь кого-то консультировать по дворцовому этикету.

— А вот это должен придумать ты сам, — сказал я. — И подумать хорошенько. И простор для воображения у тебя огромный. Вот смотри: Фогель не слышал твоего голоса, поэтому поставит тебе говорилку, но тембр может оказаться любым. Лишь бы не совсем козлетон — чтобы у народа уши не вяли.. Глена слепит тебе очень красивое и никому не знакомое лицо. И всё это мы выдадим за издержки: мол, взяли типовую куклу, первую подвернувшуюся, чтобы вселить туда дух хорошего человека и нашего союзника. Некогда и некому было подгонять сходство.. ну или труп просто не сохранился.. сгорел, например..

— Сгорел.. — Индар задумался. — Послушай.. а вот есть у меня идея, — сообщил он задумчиво. — Был такой.. Нэрш из дома Сосновой Горки, барон Залесский. Конечно, для меня не имя.. но всё-таки. Сравнительно древний род. Приблизительно мой ровесник. К тому же его обожала вдовствующая королева, так что при дворе он постоянно ошивался, в её свите. Скорее всего, примелькался Норфину.

— А его родственники? — спросил я. — Жена, дети, братья с сёстрами? Родители, если живы?

— В том и прелесть, — ухмыльнулся Индар, — что вдовец, бездетный. Последний в роду. Подыскивал себе девицу из приличной семьи. И вздумал разговаривать на эту тему аж с домом Тумана, на дочь Нагберта глаз положил. По самой идее понятно, до какой степени был неумён, но ведь нам и не нужен его могучий разум, верно? Простец, конечно.

— Это дочка того Нагберта, у которого дорогой домик сгорел? — спросил Барн.

— Хорошая память, ягнёночек, — одобрительно сказал Индар. — Того самого. Вот Нагберт — воистину.. предки получили титул аж от Сэлберта Золотого Сокола, сынка Ричарда и вашей Магдалы. Дар в роду приблизительно столько же. Богат.

— Слышу зависть в голосе, — сказал я.

— Нет, им я быть не могу, — с некоторым даже разочарованием сказал Индар. — Я даже не знаю, жив ли он. Но дело не в этом. Я говорил о Нэрше Залесском. Его, видишь ли, по дороге в имение атаковал летающий страж. По ошибке, надо думать, — ухмыльнулся он. — Так-то старшие стражи были как раз идеей Нагберта, такое забавное совпадение.. В общем, Нэрш сгорел до угольков, даже от мотора практически ничего не осталось. Интересно, что случилось с барышней и жива ли она.. впрочем, неважно. Пока Нэрш кажется мне самой толковой кандидатурой. Но я, конечно, подумаю ещё.

— Думай, — сказал я. — Только быстрее, времени у тебя не больше двух дней. А пока — покажи мне Резиденцию.

— Пойдёмте, — сказал Индар.

Почему-то этот разговор привёл его в превосходное расположение духа.

Он с удовольствием показывал нам Резиденцию. Вёл себя как проводник, который скучающим зевакам показывает достопримечательность, — просто резвился и развлекался, я удивился, когда увидел, что Индар так может.

— Чтобы немного сориентироваться на местности, прекраснейшие мессиры, — говорил он благодушно, — вам надобно понять, как устроена Резиденция Владык, любимый замок короля Ричарда. Когда-то это была настоящая крепость, город в городе. Тут проживал весь королевский двор, все самые ценные, которые должны быть всё время под рукой: королевские собутыльники, королевские девки, канцлер, маршал, егеря — плюс всякая мелочь. Поэтому жилых помещений здесь — как крысиных дыр, и всяких тайных лазов, отмычек, приспособлений для подслушивания и подглядывания — на каждом шагу. Тебе повезло, Клай: я здесь рос и знаю почти всё. Ненавижу это осиное гнездо, но ориентируюсь хорошо.

— Прямо рядом с королём жил в детстве? — заинтересовался Барн. — Ничего так устроился, ваша светлость.

Индар скривился.

— Я был товарищем по детским играм прекраснейшего государя Рандольфа, — сказал он, и его скулу дёрнула судорога. — Тебе бы не понравилось, ягнёночек.

— Кстати, о детях, — сказал я. — Начнём с них. Проводи меня туда, как следует закроем детей — а потом уже займёмся всеми прочими.

Индар не стал спорить.

— Смотрите-ка, — говорил он по дороге, — забрал баб с детьми в донжон. Мы с вами находимся в центральном флигеле, именно королевском — в бывшем донжоне. Он сильно перестроен, конечно, но суть.. центр замка. Галереи его связывают со службами и с апартаментами аристократов ближнего круга, что расположены в кольцевом корпусе. В крепостной стене практически. Там несколько роскошных покоев.. и те, что когда-то принадлежали отцу, а потом мне. А выше — жилые помещения для гвардейцев. Там, я думаю, сейчас расквартирована вся эта банда.. Дом Лебеды, дом Череды, дом Осота, бездна адова.. сорняки на нашей дворцовой клумбе.

Барну очень понравилось про сорняки на клумбе, а я подумал, что его собственное имя дома звучит здесь, в Перелесье, до смешного аристократично. То-то ж, стоит мне его представить, перелесцы начинают обращаться к нему «мессир» и резко меняют тональность.

У нас на побережье имя дома мало что говорит о статусе.. если, конечно, ты точно не знаешь, что дом Штормового Ветра — мессир канцлер, а дом Лунных Бликов — один мой знакомец со времён пивнухи, студент-недоучка и карманный воришка.

А здесь цветы, деревья — чаще всего в имени древнего какого-нибудь дома.. Наверное, тоже есть исключения, но пока мне в глаза не бросилось.

Между тем мы по галерее дошли до большого и довольно светлого круглого зала с высоким сводом. Зал был так же роскошно и странно обставлен, как кабинет Норфина, украшен резьбой, канделябрами и гобеленами с какими-то зелёными, синими и золотыми чудищами в дремучих лесах — только мебель здесь стояла нормальная, человеческая, на которой мягко сидеть, а пол сплошь застилали мохнатые шкуры.