Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 34 из 174

Глава 8

— Жаль, что товарищи ваши вас не дождались, — говорил Норфин несколько даже печально. — Надёжные парни. Они, по всему, в вашей науке не слишком продвинулись, но всё-таки вот зеркальный телеграф настроили. А главное — звёзды эти самые нарисовали в самых опасных местах. В первую ночь в замке очень было плохо.. так и мерещилось, что прямо из стен полезут. А сейчас ещё ничего. Самую Резиденцию они, говорят, прикрыли, как сумели. Пока мы в городе разбирались, они тут пытались.. Хуже всего, что ведь проклятия кто-то спустил, представляете? Ваши ребята тут закололи шесть штук. А я вот думаю: а вдруг у них ещё есть? Я городской склад опечатал, охрану приставил, но вы ж сами понимаете..

— Хорошо, что закололи, — сказал я. — И хорошо, что склад охраняют. Плохо, что не дождались. Я на них рассчитывал.

— Ну вот, мы сами думали, что они останутся, — сказал Норфин. — Но вот буквально вчера вечером с ними связались через зеркало. Они же у вас одарённые.. ну вот, Валор им сказал, что в Синелесье рук не хватает. А передо мной извинился. Он же так красиво умеет извиняться.. любезный такой.. Мол, к вам едет Клай, он настоящий профессионал, а ребята на базе вот так нужны — завалы разбирать. Что ж мне делать.. пришлось согласиться. С Валором поди поспорь — не таковский.

Барн вздохнул у меня за плечом.

— Пожалела Куколка людей для мессира маршала, — мрачно сказал Индар. — Пожалела.

— Некромантов всегда не хватает, — сказал я в пространство. — Даже таких условных и слабеньких, как Барн и те ребята. А у вас ещё и перебили одарённых, уцелевшие подались в бега.. мы хлебнём.

— Уж понятно, что хлебнём, — сказал Норфин. — Видишь, Клай, я ничего не скрываю. Я тебе прямо и откровенно, как своему. Мы, конечно, воевали, но мы с тобой солдаты, дело подневольное. Я не то чтоб ненавидеть — я вашему побережью уже и на ноготь не враг. Ты же понимаешь?

— Я понимаю, — сказал я и не соврал. Я понимал, кому мы были враги и кому мы сейчас враги.

Норфин смотрел на меня, приподняв брови и холмики морщин на лбу. Не выглядел грозным диктатором — выглядел как очень замученный пёс очень крупной породы. Наверное, злобный, но смертельно усталый. Будто бился с десятком волков.. да уж наверное бился.

— Вельможам привычно, — говорил он с тоской. — Их с детства учили. А я даже не понимаю, за что хвататься. Меня учили другому. Меня рвать учили. Рвать врагов короля.. а видишь, как оно вышло..

— А Дайр и Гилор не годятся для дипломатической работы, мессир, — тихонечко заметил Вэгс. — Мессир Гилор с Клаем поссорился на вокзале..

— Ах, какой ты шустрый.. они не годятся.. А кто годится? Ты годишься? Разорвёшься? Они хоть верные..

И тут мне в голову пришла совершенно безумная идея.

— Мессир Норфин, — сказал я, — я найду человека, который годится. Перелесца, аристократа, с отличным образованием, опытного.

— Лич, ты окончательно чокнулся, — ласково сказал Индар. Он всегда соображал очень быстро.

Норфин взглянул уныло и скептически:

— Где ж ты возьмёшь? Мне не найти. Высшая знать частью разбежалась, частью побили их. Если кого поймать и силком притащить — много они наработают..

— Диктатор дело говорит, — ухмыльнулся Индар. — Тупой-тупой, но это и он понимает.

— А вот я найду, — сказал я. — И тащить его силком не надо. И я надеюсь, что вы будете с ним любезны, мессир, вежливы согласно титулу и опыту. Позвольте мне хотя бы попробовать?

— Что ж делать, — вздохнул Норфин. — Я уже на всё согласен.

— Отлично, — сказал я. — Тогда мы, с вашего позволения, мессир, пойдём и попробуем осмотреть Резиденцию. Найдём лазейки, которые нужно заделать, поставим защиту.

— Иди, конечно, — сказал Норфин. — Тебе провожатых дать? Резиденция — штука такая.. тут с непривычки самое оно — заблудиться.

— Я сам разберусь, — сказал я. — Спасибо. Только скажите, куда вы нас поселили.

— Рядом с королевской спальней, — сказал Норфин уныло. — В апартаментах камергера.

— О! — ухмыльнулся Индар. — Камергера, значит, тоже — того? Ах, бедняжка Лэрик! Туда и дорога..

— Ладно, — сказал я. — Я понял. Разрешите идти?

— Иди, — сказал Норфин. — Иди-иди.

— Дам знать, когда закончим, — сказал я. — Честь имею.

Щёлкнул каблуками, то же самое догадался сделать и Барн. Мы вышли — и я чувствовал спиной взгляд Норфина. Гораздо, гораздо более дружелюбный, чем я ожидал.

Мы вышли в тот самый солнечный зал — и оттуда, через другую дверь, я попал в галерею с портретами и бронзовыми девами. Там я и остановился, чтобы устроить совет: моих людей аж подмывало поговорить.

— Надо было провожатого-то взять, ваш-бродь, — сказал Барн. — Заблудимся же!

— У нас есть, — сказал я.

— Лич, — сказал Индар нежно, — тебе что, по дороге сюда напекло голову? Ты что ж, решил, что я, внезапно, буду пахать на этого борова, узурпатора и плебея? Я? Ты ничего не перепутал, а, башка ты фарфоровая?

— Какой же ты, барон, стал вежливый, — сказал я ему в тон. — Я прямо наслаждаюсь твоей любезностью. Конечно, дохлый аристократишко, ты будешь пахать. На борова и на государыню. По крайней мере, пусть они все так думают. А на самом деле мне просто нужно как-то легализовать при этом дворе твои горелые кости и будущую фарфоровую морду — и я просто не знаю, как это сделать, чтобы твой будущий скелет тут же не разобрали по косточкам и винтикам.

— Я ж его враг номер один, — ухмыльнулся Индар. — Как ты, я хотел бы знать, меня легализуешь? Они ведь тут думают, что я убит с концами, а узнают, что ещё трепыхаюсь — впрямь разберут по косточкам. Диктатор меня ненавидит, аж кушать не может.

— И что тебя в этом радует? — спросил я. — Осознай: ты получишь тело сегодня-завтра — и что мы будем делать?

Индар понял — и сразу помрачнел. И Барн опечалился.

— А ведь и впрямь, — сказал Барн. — Пока он дух — его ж никому, кроме нас, не видно..

— Можно, конечно, всё оставить так, как есть, — сказал я. — Но ты же хочешь тело, Индар?

Индар переплёл пальцы и сжал зубы — будь живым человеком, скрипел бы зубами и кости сам себе переломал бы. Ему страшно хотелось, ему так хотелось, что он даже не мог сделать равнодушный вид, хоть и пытался. У него было хорошо с самообладанием, но тут вопрос стоял о жизни и смерти. Даже больше.

О душе.

— Надо думать, — сказал Индар через силу, — ты уже прикинул, что делать, мессир мудрец?

— Да, — сказал я. — Я ещё тогда прикинул, когда разговаривал с Ричардом. Ты ведь слушал?

Индар кивнул.