Страница 81 из 86
Глава 35
— Лина, — Джордан перехватил меня в узком коридоре, по которому меня под конвоем вели в какой-то кабинет. Ощущение не очень приятное. Никто ничего не говорил, не объяснил, пришли два огромных незнакомых мужика, приказали следовать за ними и повели. А потому я обрадовалась Джордану так сильно, что едва не расплакалась. — Джордан, — схватила его за руку, осмотрела с ног до головы и бросилась на шею. — Ты в порядке! — Да, отчаянная моя, — в его голосе звучала улыбка. — Все хорошо. Тебе помогли с ранами? — отстранился, оглядел меня уже умытую, переодетую и абсолютно здоровую. — Да. Пока Сокол тащил меня, я отдыхала, организм восстанавливался. Как только оказалась в той комнатушке, сама себя и полечила. — Кот, вас ждут. Не наобщались еще, что ли? — немного нервно и раздраженно заметил один из здоровяков. Кот бросил на него взгляд, но ничего не ответил. — А куда меня ведут? — шепнула Джордану на ухо, когда мы вновь двинулись по коридору. — На допрос, — улыбнулся Джордан. — Меня уже заставили писать краткий отчет о произошедшем. С тебя отчет просить не будут, лишь рассказ. Сами все запишут, к отчёту прикрепят, к личному делу приложат, заявку на оформление новых документов отправят. Я лишь настоял, чтобы мне разрешили присутствовать при разговоре. Чтобы тебе не было так страшно. Я подарила ему благодарную улыбку, переплела наши пальцы в замок и решительно настроила себя на долгий, полный не очень приятных подробностей моей жизни разговор. Если я желала остаться в Доринае, то мне придется выложить все то, что я давно спрятала в самый далекий и темный уголок души. Джордан знал о том, что мне пришлось пережить. А потому я была рада, что он будет рядом, когда меня будут расспрашивать обо всем. Разговор оказался даже простым. Я удивилась. А потом поняла, что сложные разговоры, где приходилось врать, увиливать, скрывать неприглядные подробности остались в той стране, что я всегда считала своей. А здесь я сухо и без эмоций рассказала о своем непростом детстве, об обучении и суровых наказаниях. О ненависти отца к собственной дочери. О том, как я старалась стать лучше, угодить, научиться всему в совершенстве, но и этого всегда было недостаточно. О скитаниях после побега. О встрече с Аурикой и Сэндроном, об открытии лавки, о работе, о помолвке и о новом побеге в академию. Мне задавали уточняющие вопросы, все записывали, переспрашивали… Но передо мной сидел седовласый мужчина в очках. Он не выказывал ни неприязни, ни раздражения. Он был словно врач, который писал историю болезни. И мне оказалось легко открыться ему. Почему-то он внушал доверие. Но в какой-то момент он все таким же будничным тоном задал вопрос, который застал меня врасплох: — Убивали когда-нибудь? Я замерла, замешкалась, но ответила все же честно: — До сегодняшней погони — никогда. Сегодня, — отвела взгляд, пожала плечами, — возможно. — Насколько метко вы метаете ножи? — Метко. Много тренировок. Я упражнялась с детства. А потом… Работа на кухне — это всегда работа с ножами. Я отлично ими владею. — То есть, при желании вы могли убить каждого, кого ранили сегодня, — то ли спросил, то ли заключил он. Но взгляд мужчины был вопросительным. — Думаю, да. Если бы цель была такой, — кивнула я. Очень хотелось взять Джордана за руку в этот момент. Но он стоял за спиной, незримой поддержкой, окутывал своим запахом и придавал уверенности. — Значит, убивать вы не хотели, — протянул он, склонился к каким-то бумагам, что-то полистал, прочитал, беззвучно шевеля губами. Побарабанил пальцами по столу. — Из отчётов ваших спутников выходит, что и ненавистного отца вы не убили. Хладнокровно запустили свое оружие, применили магию, но лишь ранили? — он приподнял брови. — Я не знаю. Честно говоря, я не целилась. Но если не убила… — я сцепила руки в замок на своих коленях. Прикрыла глаза и сказала то, о чем думала уже много раз с момента, как отправила в полет свой стилет. — А я рада, что не убила. Пусть живет. Надеюсь, что у него будет много проблем и все последствия его действий его настигнут. Я хочу, чтобы его наказали. Быстрая смерть разве наказание? Я так не думаю. И еще. Я не хочу быть его убийцей. Не хочу. Хочу отправлять ему весточки о том, как я счастлива. О том, что его план растоптать меня и уничтожить — не сработал. И я просто не хочу стать такой, как он. А если бы убила его… Чем же я тогда лучше? Я лишь отплатила ему его же монетой. Он предал меня за то, что я одаренная. И девчонка. Я предала его за то, что он никчемный, жестокий и несправедливый отец. Вот и все. — Допустим. И что же вы хотите делать в нашей стране? Чем планируете заниматься? О, вижу вашу растерянность. Давайте так, чем бы вы занимались, если бы вам предложили выбрать самостоятельно. Без ограничений. — У меня была лавка сладостей, — пожала я плечами. — Я ее любила. Она дарила удовольствие и радость не только мне, но и горожанам. Это делало меня счастливей. — А служба? Не хотите доучиться? Поступить на службу? — прищурился он. — Нет. Никогда не хотела. — Но у вас заметные успехи. Вы хорошо подготовлены. Могли бы построить карьеру, — настаивал он. — Вы спросили, чего бы я хотела. Я хотела бы заниматься кулинарией. Военное дело — это не то, к чему у меня лежит душа. Это был жест отчаяния. Вынужденная мера. — Шпионаж — это так здорово, — хитро улыбнулся мужчина, — Троус отметил, что в вас есть потенциал. — Это вы мои муссовые пирожные и воздушные десерты не пробовали, — открыто улыбнулась в ответ. — Что ж, — наконец, улыбнулся мужчина, отчего в уголках его глаз собрались лучики морщин, — буду рад попробовать. Все необходимые клятвы были принесены. Ваши документы будут готовы в течении двух недель на имя Линнея Стоун. Уверены, что не хотите вернуть свое прежнее имя? — я мотнула головой. Мужчина кивнул, что-то отметил в бумагах. — Пока вас под опеку берет Джордан Киссинджер. Поможет оформить подъемные и устроиться. — Киссинджер? — я развернулась и с удивлением взглянула на Джордана. — Уже и сам отвык, — улыбнулся он. — Ты не против пожить какое-то время у меня? Думаю, будет удобнее и безопаснее, чем искать тебе временное жилье. Я кивнула. Мне предстояло начать жизнь с чистого листа. А я думала лишь о том, что мой капитан Киссинджер, а не Рассаширский. А ведь я уже привыкла к его старой фамилии. Даже примеряла однажды к своему имени…
* * *
Едва мы вышли за пределы территории части, которая буквально была врезана в скалу, как Джордан открыл портал, взял меня за руку, и через мгновение мы оказались у большого бревенчатого дома.
Я огляделась, набрала полную грудь воздуха и прикрыла глаза.
— У вас тут даже воздух другой, — улыбнулась Джордану. — Такой насыщенный, густой, я никак не могу надышаться.