Страница 42 из 86
Вдавила ручку в лист, поставив точку и вручила капитану. Он забрал, но уже начал читать другую объяснительную. Когда капитан взглянул на меня почерневшим взглядом, в которых отражалось предупреждение, я поняла, что последние строки его впечатлили. Особенно подача. Его взгляд был тяжелым, но я выдержала, невозмутимо смотрела на него и молчала. Как было и приказано.
— Интересно, — тихо, угрожающе протянул Рассаширский, — и как бы я разбирался в том, что произошло, — он обвел всех нас взглядом.
— Она на меня напала, — выпалила зачинщица конфликта. — Мы просто шли. А Стоун на меня набросилась. Со спины.
— Со спины? — он прищурился, — уверена, Зарлиц?
О, точно! Я никак не могла вспомнить фамилию девицы.
— Да, — кивнула та, не моргнув глазом.
— Ни слова не говоря? — его тон стал вкрадчивым, он склонил голову чуть набок и сверлил девушку немигающим взглядом.
— Н-нет, — уже не так уверено проговорила Зарлиц.
— Кхм, — кашлянула другая.
Все взгляды скрестились на ней. А она, выпучив глаза, смотрела на Зарлиц.
— Во-от, — протянул он, — курсант Лиеса утверждает, что драка случилась, потому что курсант Стоун нахамила, назвала вас неповоротливыми идиотками, которые заняли всю дорогу. И в ходе словесной перепалки первая ударила Зарлиц по лицу, а потом бросилась и на нее. И Лиеса сбила с ног Стоун, защищаясь. А курсант Тонийская утверждает, что Стоун толкнула Зарлиц плечом, проходя мимо и выругалась в грязной форме в адрес Зарлиц. И в результате словесной перепалки Стоун бросилась с кулаками на Зарлиц. Как сложно выкрутиться из ситуации, когда не договорились о том, что будете врать. Курсанты! — последнее слово он просто прорычал. Девушки опустили головы. Но еще сложнее соврать тому, кто видел, как случилась перепалка. Стоун в госпиталь. Побои зафиксировать, о нападении сообщить дежурному с указанием каждой участницы. Вам троим три наряда вне очереди. Инцидент будет доведен до руководства, уж я постараюсь, чтобы вам влепили выговор с занесением в личное дело. Стоун, ты еще здесь?
— Уже ушла, — поднялась я и выскочила из кабинета, лишь краем уха, услышав:
— Все свободны, кроме Зарлиц.