Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 59 из 81

Глава 35

Артём

- Яшин, встречай соседа, - гаркает надзиратель и открывая передо мной двери камеры СИЗО. – Такой же отшибленный, как и ты. Заходи, Абашев, не стесняйся, в шикарные апартаменты.

Ухмыльнувшись, он подталкивает меня, чтоб не тормозил.

Потирая запястья от наручников, я бросаю взгляд на парня, который лежит на койке, прикрыв лицо кепкой.

- Гор? – брови ползут на верх, когда узнаю в нем своего друга. – Пуля-дура, тебя-то как сюда занесло?

- Хан, ты что ли, - приподняв кепку, щурится на меня Егор. – Твою девизию. Место встречи изменить нельзя.

Он привстает, и мы приветствуем друг друга крепким рукопажатием. Несмотря на неприглядное окружение и не самые лучшие обстоятельства рады друг друга видеть.

- И горе и в радости, - ржу и даю кулачка ему в плечо. – Ну, рассказывай. За что загремел?

- Я жестко влип, брат, - растирает затылок он и строит измученную мину. – Полный алес.

Нахмурившись, опускаюсь на корточки напротив него и киваю:

- Конкретнее.

- Наркоту подбросили при осмотре в аэропорту.

- Чего блять? – встряхиваю головой. – На хрен ты им сдался?

- Угу. Я только тут допёр чё к чему, когда мне популярно объяснили, - он кусает напряженную костяшку.

- Можешь и мне тоже объяснить, а то я ни хрена не догоняю.

- Я же к Алке летал в Москву…

- Ну.

- Спалился. Родакам сразу доложили. Мамка истерику устроила, её хахаль принял меры – сразу с самолета и перехватили меня. Се ля ви.

Он хлопает в ладоши и нерадостно изгибает губы. В глазах друга нескончаемая боль. А я даже не знаю, что сказать - молча охреневаю.

- Теперь либо принимаю их условия, либо срок, - угрюмо продолжает Егор. - Посиди, говорят, подумай.

- И что надумал?

- Да я не хочу статью. Лучше отслужить. Может реально перебешусь…

- Они тебя на службу отправляют?

- Только так. Чтоб подальше от Алки. И чё кипишуют, она всё равно меня не помнит, хоть убей! Сложно стучаться в закрытые двери, когда знаешь, что тебе вряд ли откроют…

С досады и злости он пинает металлическую ножку койки.

- Понимаю, - киваю я. – Срок ни за что мотать глупо, а вот на благо стране послужить – можно. А Аллу надо отпустить, брат…

В знак поддержки хлопаю его по плечу, чтоб понял правильно.

- Пусть она восстанавливается спокойно. Твои порывы не доводят до добра.

- Отпустить… - вымученно протягивает Егор, как будто босыми ногами по раскаленным углям. – Как? Скажи. Лучше б мы тогда оба прикончились в аварии.

- Не загоняйся так, - серьезно смотрю на друга. Хотя прекрасно понимаю его эмоции. Взять и отказаться от любимой девочки – убийственно сложно. Но иногда только это поможет спасти вас обоих.

- Ладно, всё, - встряхивает головой Яшин, собирая растрепанные чувства в охапку. – Я уже решил. Так тому и быть.

- Всё правильно, - поджимаю губы и хлопаю его по плечу.

Егор переводит фокус внимания на меня:

- Только не говори, что ты из-за Лизы сюда залетел, - приподнимает бровь он.

Я сдавленно ржу и шаркаю ботинком по казенному полу.

- Да блядь, реально? Проклятые бабы… - взвывает друг и гогочет. – Долбанная любовь-морковь, чтоб её! Нахрена мы в них влипли, а? Ходили бы щас свободные, куражились, никаких забот…

- Во-во, идиоты, - угораю я. – Нам же проблем мало.

От смеха побитые ребра болезненно стонут. Менты неплохо так приложились.

- Ну так что в итоге? – успокоившись, спрашивает Яшин.

- Разбил ебало её дружку Заславскому, - только говорю его фамилию и содранные костяшки зудят. - Домогался до неё, мразь.

- Слушай, таких лучше сразу хлопать. Их никак не исправишь.

- И на него найдется управа. Мы тут все под одним небом ходим, - Утыкаюсь взглядом в глухой потолок и разочарованно вздыхаю. - А грех на душу брать не хочу, знаешь.

Опускаюсь на койку и растягиваю ноги. Как же неудобно.

- Прокурор щас навесит, - присвистывает Егор.

- Да уж, - тяжко вздыхаю, а прикрыв глаза, вспоминаю гневную физиономию Заславского-старшего. – Мой харчок в лицо он точно не забудет.

- Со всей любовью ты к нему…

Егор ржет. Я тоже невольно заливаюсь, хотя капец, как хреново.

Закрываю глаза, борясь с накатывающим гнетущим чувством. Мысли сумасшедшими лошадьми скачут в полупьяном мозгу. За себя я вообще не переживаю, а думаю о родных. Как там Лиза? Сестры будут в шоке, если загремлю. Опека же набросится на них похлеще голодных волков.

Черт, допрыгался ты, братец, и как теперь будешь разруливать?