Страница 51 из 81
Глава 30
Лиза
Голова трещит.
Прежде чем открыть глаза, давлю пальцем на пульсирующий висок.
- М-м, - простонав, переворачиваюсь на бок.
Дневной свет раздражает глаз, и я щурюсь. Отворачиваюсь от окна на другой бок и утыкаюсь в мужское тело.
Меня как будто ошпаривает, и я резко дергаюсь в сторону.
- Гера! – сильно расширяются мои глаза, а головная боль сразу уходит на второй план. – Ты что делаешь в моей постели?!
Прикрываюсь одеялом, потому что я голая! Стоп. Что?
Сердце панически мечется в груди, как и мои безумные от происходящей картины глаза.
В ужасе таращусь на Заславского, который лежит, раскинув руки на моей кровати. Пах прикрыт, и я боюсь даже предполагать, что он тоже без трусов.
Черт! Что происходит!
Мысли бьются в истерике. Не может чтобы я переспала с Герой! Нет!
- Доброе утро, детка, - сонно улыбается парень и тянется ко мне рукой за лаской.
Я отстраняюсь, выпустив наружу невидимые шипы.
- Что. Ты . Делаешь. В моей. Кровати! – выделяю каждое слово и срываюсь на последнем.
Клянусь, у меня сердце инфаркт схватит, если он мне сейчас всё не объяснит. Меня уже трясет.
- Ты чего такая дикошарая, - протерев глаза, приподнимается Гера, и тут я вижу, что он голый даже внизу.
Твою мать. Закрываю глаза и судорожно мотаю головой, отказываясь верить.
- Мы ведь с тобой не спали, - боюсь открывать глаза. Жду отрицательного ответа. Сердце сильно колотится о ребра, и его стук отдается в ушах.
- Нет, не спали.
Фух. Меня отпускает.
Но на секунду…
- Мы занимались более интересным делом, - уточняет Гера и ударяет тем самым в солнечное сплетение.
Я не могу вдохнуть. Внутренности сжимаются.
- Нет, - сдавленно отрицаю то, на что намекает парень. – Почему я ничего не помню? Мы пили вчера, потом у меня закружило голову…
- Да. Я увел тебя в комнату. Ты попросила остаться… Не помнишь?
- Нет, - выдыхаю, напрягая мышцы лица. Я роюсь в памяти, но там как будто все перечеркнуто. – Я не могла…
- Ты сама меня поцеловала. Потом понеслось.
- Я поцеловала? Тебя? – глаза рискуют вывалиться из орбит.
- Ну да.
Я запрокидываю голову к потолку, потому что готова выть от происходящего ужаса. Это сон, это сон, это сон…
Но ощущение реальности бьет похлеще ремня. Мы с Заславским лежим голые в одной кровати, и он утверждает, что мы занимались любовью. Аид, если ты есть, забери мою грешную душу себе!
Я напилась и изменила Артёму? Но я даже не помню факта измены!
Стыд накрывает с головой, я заливаюсь краской и действительно готова сквозь землю провалиться.
- Получается ты воспользовался мной? – вдруг осознаю я. – Я была пьяна. Ты же знал, что я люблю Артёма! А тебя – нет!
- Ну… Получается, мы трахались без любви, - цинично отвечает он. Хмыкнув, сбрасывает с себя одеяло и натягивает на себя трусы. Я отворачиваюсь окну и слышу язвительный вопрос. - Тебе не понравилось?
- Ты… Ты… - задыхаюсь. – Я не помню ничего!
- Да ладно тебе. Выпила всего бокал и не помнишь.
- Вот именно! – цепляюсь я за слова и начинаю кое-что подозревать. - Меня бы не унесло с одного бокала! Ты мне что-то подсыпал, Гера?
Парень смотрит на то, как я гневно вздуваю ноздри и снисходительно улыбается.
- Моя хорошая, - слишком ядовито использует ласковое обращение Заславский, у него аж скулы сводит от напряжения. - У тебя есть какие-то доказательства, чтоб обвинять меня? Ну потрахались, кайф, че раздувать? А-а-а… Или ты планировала остаться в глазах Артёма белой и пушистой? Не выйдет, милая. Он уже всё знает.
- Что… - сердце пропускает удар.
Гера подбирает с пола футболку и надевает её, пока мой взгляд застывает в одной точке, а следом и целый мир в одночасье замирает в моменте.
- Я отправил ему видео-доказательство. Так что зря он не верил.
- Видео…
Каждое слово рушит потолок надо мной сильнее, и я вот-вот задохнусь под завалами.
- Мы поспорили на тебя. Выиграл я, - гордое физиономия Геры ровняется с моей растерянным.
Его признание плескает чем-то мерзким в лицо.
- Что значит поспорили, - шевелю одними губами.
- Ну, способна ли ты на измену, - ведет плечом Заславский и улыбается. – Проверку Артёма ты не прошла. Но я не осуждаю… Можем в принципе замутить, ну или просто трахаться без любви.
Его острый цинизм, не замечаемый мною до этого дня, штырями врезается моё и без того раненное сердце.
- Гера! – меня прорывает. Из глаз выпрыскивают слёзы. – Замолчи!
Он смотрит как-то бездушно на мое раздавленное существо. Вздыхая, качает головой. Присаживается на край кровати и проводит ладонью по трясущемуся подбородку.
- Се ля ви, детка. Не плачь. Лучше оденься, позавтракаем где-нибудь.
- Иди ты к черту! – огрызаюсь и шлепая его по ладони.
Он прицокивает. Усмехается.
- Ты же был моим другом! Зачем ты всё испортил!
- Испортила всё ты, когда начала встречаться с Артемом, - журит прищуренным взглядом. – И другом я никогда не был тебе. Сама давала повод быть для тебя чем-то большим.
- Я?
Он встает и засунув руки в карманы, смотрит на меня сверху вниз.
- Да. Хватит прикидываться дурочкой. Снимай уже шкуру овцы. Тут больше не перед кем играть.
- Что? Ты с ума сошел меня обвинять?!
- Не. Я в трезвом уме и при памяти, - по-дьявольски лыбится он.
А мне так противно – от него, от себя, от всей ситуации.
- Тебе кофе сделать? – как ни в чем не бывало спрашивает он, застегивая часы на руке. – Я через полчаса убегаю.
- Исчезни, - шиплю я. – Из моей комнаты.
Заславский мрачнеет, делает шаг ко мне, и склонившись, хватает за одеяло, которое прижимаю к груди. Я вскрикиваю. На его гневный взгляд, мой наполняется страхом перед ним. Впервые я считываю с Заславского угрозу для себя.
- Из твоей комнаты? – рычит он, вздувая ноздри. - Ты наверно забыла, детка. Это моя квартира, и ничего твоего здесь нет.
Он резко отпускает меня, и я валюсь на кровать. Быстро подбираюсь и сжимаюсь, глядя на Германа исподлобья.
- Ты сам мне предложил помощь с жильем. А сейчас этим же упрекаешь? Ведешь себя как подонок.