Страница 3 из 26
Я тяжело вздохнула и нагнулась над молодым человеком, от стеклянного взгляда которого мурашки бежали по спине. С мертвецами я никогда не сталкивалась и век бы еще их не видела. И внимательно разглядывать не хотелось, но пришлось.
Никаких увечий на нем видно не было, подозрительных пятен и признаков страшных инфекций-болезней — тоже.
— Как думаешь, от чего он помер? — спросила Эля, тоже внимательно разглядывая паренька.
Я пожала плечами.
— Не знаю. Он за горло хватался, когда в лавку влетел. Может, просто конфеткой подавился? — предположила с надеждой.
— Ну тогда тем более нельзя стражам правопорядка сообщать о том, что мы у себя в лавке труп нашли! — решительно произнесла Эля, тряхнув копной рыжих волос. — А то со стороны будет выглядеть так, будто к нам за помощью пришел человек, а мы даже помочь откашляться ему не смогли! Ну и кто какие травы у нас будет покупать? Разве что курительные смеси для похорон.
— Ну... переквалифицируемся в похоронную лавку тогда, — мрачно предложила я. — Глядишь, там лучше дела пойдут.
— Ди, ну что ты такое говоришь! — всплеснула руками Эля.
Я снова вздохнула, нервно комкая ткань своего простенького платья. В этом мире в таких преимущественно ходили травницы и всякий простой люд, местная одежда напоминала мне странную смесь из средневековой одежды и платьев Викторианской эпохи моего мира. Я предпочитала одеваться попроще, не привлекая к себе особого внимания, а вот Эля, напротив, любила выпендриться яркими красками. Она и сейчас щеголяла ярким желтым платьем, в котором любила прогуляться до рынка. Эля жевала пирожок с капустой, судя по вкусному аромату, и не отрывалась при этом от разглядывания трупа. Отменный у нее аппетит, однако. У меня вот желание обедать напрочь пропало, и я покачала головой, отказываясь от протянутого пирожка.
Мне сейчас сильно беспокоила вся эта ситуация, мне было не до еды.
— Ну и что с ним делать? Не оставлять же его тут в качестве новомодного декора.
Эля задумчиво потерла подбородок, а потом самодовольно прищелкнула пальцами.
— О, слушай, есть у меня одна отличная идея!
Я с сомнением посмотрела на подругу, нервно подергивая себя за кончик пышной каштановой косы.
Эля и отличные идеи — это понятия были немножко не совместимые. Точнее, совместимые, но так... местами. Редкими и не всегда адекватными.
Но делать было нечего: в окошко было видно, что к лавке приближаются люди.
— Ладно, сделай что-нибудь с... этим... А я пока покупателей обслужу, — бросила я подруге и поспешила встать за прилавок.
— Сейчас я всё сделаю! — уверенно произнесла Эля, показывая мне большой палец.
Мой левый глаз нервно дернулся.
В лавку вошла миловидная женщина средних лет и маленький ребенок с большой сосулькой в руках. Сосульку он облизывал, как леденец, и с интересом глазел по сторонам.
— Добрый день! Что вам будет угодно? — улыбнулась я.
Женщина поздоровалась и попросила внушительный набор травяных чаев, я поторопилась найти всё нужное и расфасовать по бумажным пакетикам.
Я вообще заметила, что местные жители очень любят всякие бодрящие травяные чаи или что-нибудь такое. И кофе любят, но пьют реже, так как он достаточно дорогой, простые люди им балуются нечасто. Лако́р — страна вечных снегов и морозов, здесь все фрукты и овощи являются либо тепличными, либо привозными, а штуки вроде кофе доставляют из далекого жаркого Тиро́ля и в первую очередь уходят к аристократам, чтоб им там всем икалось на их деньгах.
Коренные лако́рцы болеют редко, их морозами и ледяными ветрами пробрать тяжело. Так что всякие травяные сборы от простуды здесь популярностью не пользуются. Я этого поначалу не знала, потому здорово ошиблась, когда в первое время делала ставку на продажу всяких антипростудных трав и зелий, логично размышляя, что раз тут круглогодично снег и холод, то желающих испить целебное зелье у меня отбоя не будет. Как бы не так!
— Мам, я хочу что-нибудь вкусненькое! — заканючил тем временем мальчишка с сосулькой в руках, дергая женщину за рукав.
— Это не кондитерская лавка, милый, — с теплой улыбкой покачала головой женщина. — Сейчас мы с тобой отправимся на рождественскую ярмарку и возьмем тебе там что-нибудь вкусненькое.
— Ура, вкусненькое! — глаза малыша загорелись чистым восторгом.
Я улыбнулась. Надо мне тоже будет добраться до рождественской ярмарки... Полюбоваться на красивые огонечки, съесть имбирный пряник, выпить горячий айлино́р, похожий на глинтвейн из моего мира... Может, так и новогоднее настроение появится, а? А то пока из новогоднего у меня была только одинокая гирлянда при входе в лавку. И то, хорошо, что я на ней еще не висела от безысходности.
Посетители ушли, а я еще некоторое время занималась взвешиванием трав и их расфасовкой. Из подсобки не доносилось ни звука. Кажется, Эля вышла через черный ход, чтобы не привлекать внимание к лавке с главной улицы. Вот и хорошо. Надеюсь, она действительно знает, что делает.
Подруга вернулась через несколько минут, сияя, как начищенная золотая монета.
— Ну вот и всё! — громко заявила она, довольно хлопнув в ладоши и плюхнувшись в скрипучее кресло у окна с видом победителя. — Я решила нашу проблему, Ди!
— Ты избавилась от трупа? — восхищенно произнесла я, счастливо глядя на подругу.
— Именно!
Я облегченно выдохнула.
— Ну, хвала небесам! А куда ты его дела?
— Подкинула в соседнюю лавку, к нашим конкурентам, — широко улыбнулась Эля.
Ч-ч-ч-что?!!
— Здорово я придумала, да? — подруга прямо-таки светилась счастьем.
Нож выпал из моей ослабевшей руки, я нервно сглотнула, шумно втянула носом воздух и перевела взгляд на окно. С улицы донеслись чьи-то вопли ужаса.
Глава 2. Первый пошел
Внутри меня похолодело всё, что могло похолодеть, и упало то, что каким-то чудом до сих пор стояло. Я ведь лапала это тело... а если у местных следователей есть возможность проверить мои отпечатки каким-нибудь магическим образом?!
Всё, мне конец. Я закончу своё существование в темницах этого холодного, не особо гостеприимного мира. На каторгах. В кандалах. Черт его знает, как наказывают местных преступников. Особо не интересовалась.
Ну, вот и узна́ю на живом примере. Наглядно, так сказать.