Страница 13 из 109
— Он как пес с костью. Вцепится — не оттащишь. И упрямый как бык. Вот и Бульдог, — с теплой улыбкой объяснил Мел.
Я улыбнулась в ответ.
— Логично.
— Ну, раз вы уже прекрасно спелись на теме моего упрямства, мне нужно проводить Картер до машины, чтобы она поехала домой. На следующей неделе она вернется.
— Вернусь? — удивилась я.
— Вернешься. Каждую неделю, пока я не буду уверен, что ты способна за себя постоять.
— Пока не смогу уложить взрослого мужика одним мизинцем? — с надеждой спросила я.
— Для начала устроит, если перестанешь спотыкаться о скакалку.
Я вскинула руки.
— Это было всего один раз!
— Ага. Конечно.
Он ухмыльнулся.
Я шлепнула его тыльной стороной ладони по животу.
— Ай! Почему твои мышцы должны быть такими твердыми?
Остин только покачал головой и усмехнулся.
— Ну что ж, милая, рад был познакомиться. Буду рад видеть тебя здесь почаще. Приятно снова видеть, как этот парень улыбается, — сказал Мел и по-отечески похлопал меня по плечу, прежде чем уйти.
— Он мне нравится.
— Тебе понравится любой, кто подкалывает меня.
— Это правда, — признала я с улыбкой, пока мы направлялись к выходу.
У машины Остин открыл мне дверь.
— Езжай осторожно. И напиши, когда доберешься домой, чтобы я знал, что все в порядке.
— Хорошо, мамочка.
Остин поморщился, а я улыбнулась.
— И все-таки спасибо. Это правда очень мило с твоей стороны.
— Не за что.
Забираясь за руль, я бросила спортивную сумку на пассажирское сиденье.
— А я все равно буду тебя благодарить.
— Как скажешь, Зажигалка, — ответил он и осторожно закрыл мою дверь.
Я собиралась убить Остина.
Болело все.
Ныли даже те мышцы, о существовании которых я понятия не имела, а ходить я почти не могла. Это больше напоминало переваливание с ноги на ногу.
Мысленно проклиная Остина всеми приличными заменами ругательств, какие только могла придумать, я проковыляла вокруг стола и повернулась к классу.
Майкл, самый очаровательный четвероклассник на свете, поднял руку с таким энтузиазмом, какого мне самой этим утром отчаянно не хватало.
Знаю, у учителей не должно быть любимчиков, но Майкл совершенно точно был моим любимчиком. Этот статус он заслужил еще в первый день, когда задержался после звонка на обед, чтобы рассказать мне истории жизни всех своих одноклассников. Даже новенькой девочки.
— Да, Майкл?
— Почему вы так странно ходите, мисс Маккарти? Упали или что-то такое?
Он нахмурился, а в глазах застыла искренняя тревога.
Ну разве не любимчик?
Остальные дети захихикали.
— Хотите, я открою вам один секрет?
По классу прокатились смешки и несколько радостных «да!».
Я улыбнулась, глядя на их милые мордашки.
— Я тренируюсь, чтобы стать супергероем.
Майкл и весь класс рассмеялись над моей глупостью.
Именно этого я и добивалась.
— Ладно, может, не совсем супергероем. Но мой друг учит меня самообороне. Что-то вроде боевых искусств. Кто-нибудь из вас занимается карате или чем-то похожим?
Руки подняли всего двое.
Наверное, мне не стоило удивляться. У семей в этом районе обычно не было денег на дополнительные занятия, а финансирования таких программ катастрофически не хватало.
У меня от этого сердце разрывалось.
— Так вот, я учусь нескольким приемам, чтобы суметь защитить себя, если вдруг встречу плохих парней. Но сначала мне нужно сделать мышцы сильнее.
Рука Майкла снова взлетела вверх.
Я кивнула ему.
— А потом, когда научитесь, может, научите и нас всех!
Он выглядел таким невероятно воодушевленным, что мое сердце едва не лопнуло.
— Может быть, если я стану достаточно хороша. Но на это может уйти много времени, — сказала я с легкой улыбкой.
Его лицо тут же вытянулось.
Может, получится уговорить Остина прийти в класс и устроить какую-нибудь демонстрацию.
— Ладно, от супергероев переходим к кое-чему еще более захватывающему… книжным отчетам!
Весь класс дружно застонал.
Остаток утра тянулся мучительно медленно, а мои мышцы протестовали против каждого движения. В конце концов мне пришлось просто остаться сидеть за столом и показывать пальцем, куда нужно.
По дороге на обед Майкл остановился рядом со мной.
— Мисс Маккарти? Я думаю, очень круто, что вы учитесь защищаться.
На душе сразу стало тепло.
Вот за что я любила работу учителя — за возможность узнавать таких замечательных маленьких людей, как Майкл.
— Спасибо, Майкл. Я тоже так думаю.
Он тут же умчался из класса, явно смутившись собственных слов.
Я взяла телефон и набрала сообщение Остину.
Я: Кажется, ты меня сломал. У меня болят все мышцы, а один из учеников спросил, почему я странно хожу. Я тебя слегка ненавижу.
Я поморщилась, наклоняясь под стол за обедом, и тут телефон завибрировал.
Остин: Не в первый раз меня обвиняют в том, что после меня красивая девушка странно ходит…
У меня отвисла челюсть.
Я: Даже не знаю, что на это ответить.
Остин: Извини, ты сама напросилась. Что ты сказала классу?
Я: Что тренируюсь, чтобы стать супергероем.
Остин: Не может быть.
Я: Может. И теперь они хотят, чтобы я научила их, когда сама всему научусь. Я сказала — может быть.
Я развернула сэндвич с индейкой, открыла пачку чипсов и сделала несколько больших глотков воды.
Остин: Ты меня убиваешь. Ты слишком милая.
Не уверена, что хоть одна девушка после пятого класса мечтает, чтобы ее называли милой, но мы были друзьями — навсегда только друзьями, — так что это не имело значения.
Телефон снова завибрировал.
Остин: Не убивай меня, но сегодня вечером тебе нужно снова подвигаться.
Сэндвич выпал у меня из руки.
Я: Ты сказал на следующей неделе.
Остин: Если сегодня не разомнешь мышцы, завтра будет еще хуже. В шесть встречу тебя у твоего дома. Немного пробежимся, а потом я тебя растяну. Завтра будешь как новенькая, обещаю.
Я застонала и на секунду уронила голову на стол.
Я: Жизнь супергероя. Работа никогда не заканчивается.
Остин: До вечера, супергерой.
Я: До вечера, мастер пыток.