Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 26 из 145

Денис вытащил из пластиковой стопки чистую пятидюймовую дискету, положил черный квадрат прямо перед клавиатурой и прилепил рядом плотную черную наклейку: сначала на носитель запишут эталонный срез, а уже потом закроют прорезь защиты от записи. Алексей кивнул, подтверждая правильность хода. Если неизвестная программа действительно умела менять файлы в базе и подчищать следы, доверять только жесткому диску было самоубийством. Они решили вести двойной след: быстрый рабочий снимок на винчестере и холодный, эталонный срез — на физическом носителе. Денис выхватил шариковую ручку и корявыми печатными буквами вывел на бумажной наклейке дискеты: `ILLYA-777 WATCH`.

Затем они сверили время, готовясь к синхронизации логов. Алексей открыл последнюю запись лога BinkleyTerm, Денис посмотрел на красные цифры электронных часов в правом верхнем углу панелей Norton Commander, а затем перевел взгляд на потертые наручные «Электроника», лежавшие возле паяльника на краю стола. Разброс между системным таймером материнской платы и наручными часами составлял ровно сорок две секунды. Алексей коротко ругнулся, ударил по клавишам и вписал высчитанную поправку прямо в строку комментария создаваемого файла. В их детективном расследовании каждая секунда превращалась в улику. Если новое письмо материализуется между двумя отметками, они будут точно знать, какой из таймеров врет.

Для калибровки ловушки они прогнали пустой, холостой цикл. Алексей тщательно, проверяя каждую букву, вписал в батник прямые пути к директории почтовой базы. Команды копировали не всю папку целиком, а конкретные критические узлы архитектуры JAM: сам текстовый массив сообщений, файл индексов и файл заголовков — `messages.jhr`, `messages.jdx` и `messages.jdt`. Батник фиксировал их размер и контрольные суммы. Следом в созданный подкаталог WATCH001 падал свежий, обрезанный по времени срез `BINKLEY.LOG`. Логика капкана была железобетонной, опирающейся на фундаментальные принципы операционной системы. Если Илья отправляет новое письмо, объем индексного файла `messages.jdx` неизбежно меняется. Если при этом в логе звонилки нет записи о соединении, а тоссер не фиксирует обработку внешнего архива — факт локальной генерации трафика будет доказан с математической безупречностью.

Система отработала тестовый прогон. Файлы остались нетронутыми. Утилита `fc /b` побайтово сверила массивы данных до и после мнимого полла, выдав на черный экран короткую успокаивающую строчку: `FC: no differences encountered`. Алексей позволил себе шумно выдохнуть. Созданная ими ловушка выглядела топорно, представляя собой нагромождение костылей командной строки, но она работала. Это были те законы машинной логики, которым сисоп еще мог безоговорочно доверять.

Он нажал F2 во встроенном текстовом редакторе, сохраняя итоговый вариант файла `catch.bat`. Денис сидел рядом, замерев и не сводя напряженного взгляда с командной строки. В полумраке душной комнаты, насквозь прокуренной и пропахшей сладкой химической персиковой жвачкой, толстые стекла его очков холодно отражали зеленоватое свечение текстового курсора.

Алексей ударил по клавише Enter.

Жесткий диск коротко, сухо заскрежетал, отрабатывая первую боевую итерацию. Командный файл слежки активировался, снял эталонные контрольные суммы, зафиксировал нулевую отметку состояния файлов ноды и перевел систему в режим глухого ожидания.

С этой секунды поинт 77.777 официально перестал быть забавным глюком или странной аномалией маршрутизации. Два технаря молчаливо признали его критической угрозой безопасности всей питерской сети. Они замерли перед мерцающим ЭЛТ-экраном, окруженные хаосом бумажных распечаток логов, ожидая, когда неосязаемый Илья сделает следующий невозможный шаг и намертво захлопнет на себе челюсти программного капкана.