Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 109 из 145

Глава 34. Живой полл

Тяжелый синий бархат плавно скользнул сквозь пыльные ветви кустарника. Илья переступил границу густой древесной тени и вышел на открытое пространство. Яркие, безжалостные лучи петербургского солнца ударили по золотой вышивке на рукавах, заставляя силуэты хищных зверей вспыхнуть ослепительным металлом. Свита в серых, испачканных землей занавесках с шорохом вывалилась следом, выстраиваясь неровным полукругом за спиной своего лорда.

Главная поляна парка напоминала растревоженный человеческий муравейник. Воздух здесь был вязким, пропитанным сизым табачным дымом, запахом жженого мяса и кислого перегара. Десятки людей в бесформенных одеждах хаотично перемещались, размахивали руками и спорили до хрипоты. Над вытоптанной травой висел плотный, непрерывный акустический купол, сотканный из звона стекла, фальшивых гитарных аккордов и агрессивного смеха.

Илья остановился у самого края сухой асфальтовой дорожки, опоясывающей поляну. Он замер, выпрямив спину до состояния идеальной струны. Королевская осанка, вбитая веками дворцового этикета, делала его фигуру чужеродным, невозможным монолитом на фоне сутулых спин землян.

Звуковая волна отреагировала на вторжение с небольшой задержкой. Ближайшие к краю поляны люди прервали разговор на полуслове. Они повернули головы, окинули взглядом высокую фигуру в расшитом камзоле и оцепенели. Тишина начала распространяться концентрическими кругами, словно брошенный в воду тяжелый камень. Замолкали компании на бревнах. Обрывались яростные споры о протоколах передачи данных. Гитарист сбился с ритма, глухо ударив ладонью по струнам, и в парке стало слышно, как гудят трансформаторы вдали. Десятки людей обернулись к незваному гостю.

Принц хладнокровно проигнорировал направленные на него взгляды. Он прислушался, отделяя ближние голоса от дальнего гула парка. Человеческая речь рассыпалась вокруг него обрывками, и Илья выхватывал из этого шума последние произнесенные слова.

Слева, у кучи рюкзаков, повисло слово «отлучить». Справа, со стороны центральной деревянной скамейки, кто-то сказал про «упавшую ноду».

Илья мысленно сопоставил перехваченные термины с лексической базой, которую скрупулезно собирал из электронных писем Ольги. Совпадение оказалось стопроцентным. Вывод сформировался мгновенно: локация верна. Он прибыл в центр сбора местной техно-магической гильдии.

Илья мысленно обратился к той структуре, которую земные обитатели называли сетью. В его восприятии это была не упорядоченная система телефонных кабелей, а грубая, почти варварская форма магии, где заклинания передавались через оглушительный скрежет аппаратов, именуемых модемами. Он помнил, как придворный маг Арантир описывал процесс: магический жучок не нуждался в проводах, он просто материализовал нужные символы прямо на вращающихся магнитных дисках их предводителя, игнорируя физические преграды.

Для этих же людей каждый переданный байт был результатом тяжелой борьбы с сопротивлением материалов, обрывами линий связи и шумами на аналоговых телефонных станциях. Они поклонялись протоколам и правилам маршрутизации так же истово, как эльфийские жрецы поклонялись древним циклам луны. Услышанные слова окончательно подтвердили его гипотезу. Эти сутулые юноши в потертых одеждах были истинными хранителями здешней техномагии — шумной, требующей постоянного ремонта, но невероятно живой.

В его родном, Высоком мире заклинание либо работало идеально, либо не существовало вовсе. Здесь же магия постоянно «падала», «висла» и требовала физического вмешательства «сисопа». Илья испытывал странное, смешанное чувство. Это было похоже на снисходительное уважение бессмертного к существам, которые умудрились построить функционирующий механизм передачи мыслей из пластика, меди и абсолютного упрямства.

Абсурдность собственного облика в этом царстве выцветшего хлопка и грязного денима его не волновала. Илья отсек лишние размышления. Теперь — только одна задача: вычислить свою собеседницу среди этой пестрой, застывшей массы лиц.

Взгляд принца быстро переходил от лица к лицу. Он искал не просто внешнее сходство, а знакомую внутреннюю собранность: уверенность в резких суждениях, усталую меланхолию, одиночество, которое в письмах пряталось за иронией. Блондинка с сигаретой — слишком вызывающая. Девушка в короткой юбке у дерева — слишком расслабленная. Ольга должна была держаться иначе.

Люди вокруг начали выходить из первичного ступора. Их позы менялись: плечи напрягались, подбородки опускались ниже, в глазах зарождалось подозрение. Илья сделал еще один медленный, размеренный шаг в самый центр поляны, уводя за собой свою странную, вооруженную палками свиту.

* * *

Абсолютную тишину разорвал резкий звук утраченного контроля.

В глубине толпы пальцы одного из опешивших фидошников самопроизвольно разжались. Тяжелая стеклянная тара, покрытая крупными каплями холодного конденсата, устремилась вниз. Темно-коричневое, пузатое стекло ловило солнечные блики. Бумажная этикетка, украшенная характерными синими волнами и золотистыми шрифтами, на секунду мелькнула в воздухе.

Бутылка пива «Балтика» выскользнула из ослабевших пальцев, глухо ударилась об асфальт и покатилась к бордюру. Из горлышка толчками хлынула желтая пена, оставляя на пыли липкую дорожку. Этот бытовой, нелепый звук оказался громче крика: рядом стоящие люди сразу поняли, что кто-то действительно испугался.

Илья даже не моргнул. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Резкий звук не был для него угрозой: на войне он слышал, как ломаются кости деревьев и лопаются каменные плиты под осадными чарами. Принц продолжал искать Ольгу, будто упавшая бутылка была частью общего земного шума.

В самом эпицентре Главной поляны, на продавленной деревянной скамейке, сидел Алексей. Широкие ладони сисопа мертвой хваткой сжимали края пухлой картонной папки «Дело». Пальцы побелели от напряжения, вдавливая толстый картон в крышку старого ноутбука.

Алексей смотрел на вошедшего немигающим взглядом. Все его распечатки, таблицы маршрутизации и привычные правила связи вдруг перестали складываться в одну понятную картину.