Страница 56 из 73
Глава 17
Глава 17
Всё выглядело чинно и благородно.
Однако если бы не необходимость держать «масочку», то по толпе собравшихся родичей наверняка бы гуляли шепотки:
— Это он, да?
— Точно он?
— Что происходит-то?
Однако обстановка не располагала к открытому обмену мнениями. Слишком много глаз наблюдали за каждым. Соседи оценивали друг друга. Присматривались к своим людям серьёзные игроки, определяющие политику клана. Всплывали на чистую воду ранее скрытые альянсы:
— Вот отчего человек Валерыча ныне рядом с ведущим экономистом казначейства встал?
— Что связывает заместителя главного юриста с человеком сумрачной и тяжеловесной фигуры — КаКардинала?
— Почему вдруг люди Валета и Строгого встали единым строем?
Каждый сбор клановой элиты — как срез жизни клана, его подводных течений и противоречий. А сегодня пришли многие. Молодой наследник бросил вызов человеку без чинов, но с огромным влиянием — Дмитрию Яковлевичу.
Сразу после публикации обещания раскрыть доказательства преступлений Кардинала, многие всерьёз задумались: кто вообще такой Павел Анатольевич и… Картинка не сложилась ни у кого. Мальчишку же, кажется, негодным к радению о будущем клана признали. Тогда откуда взялся «РитРос» и почему один из главных аналитиков Волконских вошёл в новую Ветвь на правах вассала. И ведь речь о «Ледяной с**е», про чей ужасный характер по этажам легенды ходили… Кажется, молодой человек на службе государевой подвизается и даже воеводой в не самом простом для разума понимающего регионе числится. Но откуда тогда слухи о его связях с банковским Домом Соколовых?.. В общем, непонятно. Но очень интересно. Хотя бы потому что у Павла Анатольевича духу хватило бросить вызов самому Кардиналу. А ещё он умер. Не далее как позавчера. Но стоит здесь и сейчас в ожидании, когда распахнутся двери зала Совета и всех пригласят занять свои места.
— Здравствуйте, родичи, — негромко произнёс молодой человек и застыл возле стены.
Рядом с ним встала его сестра, демонстрируя ледяное спокойствие и отсутствие интереса к кому бы то ни было.
Несколько человек склонили головы в ответ. Но большинство предпочло жест молодого клановца «не заметить». Мало ли как сегодняшний Трибунал закончится. Никому не хотелось демонстрировать расположение проигравшей стороне. Кардинал ведь и припомнить может. Его самого ещё нет. Но свита уже тут. И помощник Дмитрия Яковлевича наверняка подмечает настроения собравшихся.
В общем, никто особо не рвался ставить на тёмную лошадку.
Двери распахнулись.
— Прошу всех пройти в зал, — громко объявил сухопарый строгий старик в тёмном костюме — вот уже полвека занимавший должность главного секретаря Совета.
Толпа колыхнулась. Однако во всём движении был виден строгий порядок. Первыми заходили те, кто в клане занимал низшее место в «пищевой цепочке». Люди посерьёзнее не шелохнулись. Зачем спешить, если место им уже занято? Элита же клана вообще ещё пила чай в комнатах отдыха. Им предстояло войти, когда все уже рассядутся.
— Многовато народу, — констатировала негромко Светлана.
— Всем интересно, как меня мокнут в грязь лицом, — едва слышно хмыкнул Павел, поправляя воротник сорочки.
На лице его эмоции не отразились. Сегодня Шуту предстояло побыть «правильным клановцем». Ну… почти. Однако впечатление — важно. Особенно первое. Слушание же открытое.
— Пока не спешим, — продолжил Павел, бросив взгляд на покинувшего одну из комнат отдыха оппонента.
Ему Шут отправил едва заметную ухмылку, благо большая часть родичей уже прошли в зал. Кардинал нахмурился. Но ничего не сказал. Уставился перед собой, натянув на лицо «масочку».
«А где будущее боевое ядро?» — заинтересовался Волконский. Он не заметил, чтобы бойцы просочились в зал вместе с родичами. Хотя, казалось бы, смешаться с толпой профессионалу будет проще.
Однако Кардинал, похоже, придумал что-то другое. Во всяком случае, клановец краем глаза наблюдал, как Кондрат Риммович о чём-то договаривается с гвардейцами. Судя по мимике, те сначала отказывали. Но затем, когда подошёл старший караула, дело пошло не то чтобы бодрее, но во всяком случае, продуктивнее.
— Договорились, — шепнула на ухо брату Светлана.
Павел кивнул. Отвечать не стал.
— Пошли, что ли, — предложил он.
Обычно фигурам уровня сестрёнки не составляет труда найти свободное место во время подобных сборищ. Но сегодня собралось очень много людей.
— Подождём, — отмахнулась сестра.
Павел лишь плечами пожал. Ему-то в любом случае место гарантировано. В первом, чтоб его, ряду!
— … Тридцать пять пунктов обвинения… — продолжил зачитывать речь Анатолий Георгиевич, взявший на себя роль спикера на этом совещании.
Решение спорное. С одной стороны, минус один гарантированный голос «за» в пользу Павла. С другой же, заместитель Главы мог модерировать «толковище» в выгодном ключе без нарушения правил. Вернее, отец Павла как раз таки и следил за тем, чтобы никто не отступал от регламента. Этого, по всем расчётам, должно было быть достаточно, чтобы «сковырнуть» Дмитрия Яковлевича.
— … Организацию убийства члена клана и гвардейцев силового обеспечения, покушения на членов Первой Фамилии, сотрудников службы безопасности здания, подкуп, шантаж, попытки похищения, создание параллельной силовой структуры в стенах Дома, подрыв обороноспособности клана…
Анатолий Георгиевич перечислял лишь основные обвинения, которые касались судьбы всего клана. На самом деле их было куда больше. В массиве доказательств Павлу пришлось разделить тридцать пять пунктов на несколько глав:
— преступления против клана Волконских;
— преступления против империи;
— преступления против личности;
— преступления против родичей;
— должностные преступления;
— косвенные обвинения (по совокупности).
— … С полным списком можно ознакомиться в розданных вам материалах.
По залу Совета пронёсся лёгкий шорох. Многие с интересом вчитывались в подробности прегрешений Дмитрия Яковлевича… Большая часть которых вообще никого из собравшихся не интересовала. Трибунал не суд. Какое дело родичам до пунктов «терроризм» или «сношения с запрещённой на территории империи организации 'Свобода воли». А вот убийство родичей и подрыв обороноспособности клана — очень серьёзные обвинения.