Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 149 из 218

Бьёрн Болтун, который все это время сдерживался из последних сил, наконец выдохнул:

— Ну слава богам, а то я уже думал, что лопну. Такая трогательная сцена, а я молчу. Вы знаете, как это трудно — молчать? Вот мой дядя, пусть ему славно пируется в Вальхалле…

— Бьёрн, — сказали все хором.

— Молчу, молчу, — покладисто ответил он.

Однако, через две секунды Болтун, не удержавшись, добавил:

— Но если вы не возражаете, я скажу тост. За любовь! За то, чтобы у всех нашлось такое же счастье, как у этих двоих! И за новых родичей наших ульфхеднаров и ярла!

— За любовь! За родичей! — подхватили воины и выпили воды.

Но напиток этот показался им слаще меда, потому что пили его за счастье.

* * *

На следующий день, когда Ратибор и его люди готовились к отплытию, Бьёрн Болтун подошел к нему с важным видом.

— Ярл, — сказал он. — У меня к тебе дело.

— Говори.

— У нас теперь много драккаров, — Бьёрн начал загибать пальцы, считая. — Твои два, моя «Ласточка» и три трофейных, в том числе большой «Говорун». А людей — всего ничего. Нам нужно пополнить хирд новыми гребцами.

— Ты сможешь набрать хирдманов в Роскилле?

— А то! Здесь полно хороших парней, которые мечтают о приключениях. И девок, которые мечтают о хороших парнях. И стариков, которые мечтают о том, чтобы их оставили в покое. Я уже поговорил с некоторыми.

— С кем?

Бьёрн гордо выпрямился.

— Во-первых, со своим племянником, Хальфданом. Парень здоровый, как дуб, и тупой, как тот же дуб, но веслом машет отлично. Во-вторых, с сыном рыбака Торкелем — он ходил со мной в прошлый поход, и мы там три корабля отбили у пиратов. В-третьих, с Оддом Косым — знаешь, такой, с лицом, похожим на задницу? Он хоть и страшный, но стреляет из лука так, что птица на лету падает.

— Это все?

— Нет. Еще двое — братья из Скулкельды. Их ярл обидел, они хотят отомстить. Я сказал, что ты поможешь, если они будут хорошо служить.

— Я помогу? — удивился Ратибор. — А ты не слишком много на себя берешь, хольд? Сам ко мне только напросился и уже командовать начал?

— Ярл, ты против, что ли⁈ Я же тебе приглянулся, это видно всем! — Бьёрн положил руку Ратибору на плечо. — Мы теперь почти родственники. Я тебе жизнь спас, ты мне — кошелек набил. Мы вместе горы перешли, вместе головы рубили. Я имею право говорить от твоего имени. Если, конечно, ты не против.

Ратибор задумался. С одной стороны, наглость Бьёрна переходила все границы. С другой — без команды трофейные корабли действительно оставались бесполезной грудой досок.

— Сколько человек ты уже насобирал? — спросил он.

— Два десятка, это пока что, — Бьёрн просиял. — Восемнадцать гребцов, все воины отменные, один болтун — это я, и один повар, который умеет готовить так, что пальчики оближешь. Его зовут Гуннар, он толстый, веселый и не очень хорошо умеет драться. Но на кухне он — бог.

— Повар — это хорошо, — признал Ратибор. — А кто будет кормчими на этих кораблях?

— Я — на «Говоруне», — сказал Бьёрн без тени сомнения. — Кто же еще? Ты меня уже знаешь, как свои пять пальцев. И команду я, считай, себе подобрал. Все по-честному. На второй дядю своего позову, он — кормчий не хуже меня…

— Погоди-ка, а кто тогда в Вальхалле у тебя все время пирует?

— Это не тот дядя, который пирует, это другой…

— Ты будешь командовать драккаром? — Аудульф, услышавший разговор, расхохотался. — Ты же кривоногий коротышка, который не может заткнуться даже во сне!

— А ты, волчара, молчи, — сделал вид, что обиделся, Бьёрн. — Зато я плаваю лучше тебя, стреляю лучше тебя, и языком работаю так, что любого врага заболтаю до смерти. Командир должен не только мечом махать, но и головой думать. А у меня с головой все в порядке, если не считать того, что иногда из нее вылетают лишние слова.

— Лишние — это мягко сказано, — хмыкнул Аудульф.

— Ладно, Бьёрн, — решил Ратибор. — Быть тебе командиром «Говоруна», но с двумя условиями.

— С какими? — насторожился Бьёрн.

— Ты будешь докладывать мне каждый день о состоянии корабля, о настроении команды и о любых подозрительных событиях. Это первое. И ты найдешь еще хирдманов на другие корабли. Это второе. Но проверять их будем мы с Аудульфом и Беляем.

— Докладывать? Набрать еще? — Бьёрн просиял. — Да я с удовольствием! Я буду докладывать так подробно, что ты будешь знать, кто, когда и сколько раз ходил по нужде. Я наберу лучших хирдманов! Я буду…

— Бьёрн! — рявкнули все.

— Молчу, молчу. Но докладывать буду. И хирдманов найду. Обещаю.

И он сдержал слово. Неизвестно где, но Бьёрн отыскал еще пять десятков искателей приключений всех мастей — и данов, и фризов, и еще кого там только не было. И воины, и бонды, и купцы. Ратибора устроили пока что все — гребцы были и правда нужны, а потом он присмотрится к каждому и решит, кого оставить в хирде, а кого прогнать. А доклады Бьёрна стали легендой в отряде: они длились часами, содержали массу отступлений о погоде, о рыбе, о девушках, о том, как его дядя ходил в поход на свеев, и о том, почему в Роскилле самое лучшее пиво. Ратибор слушал, стиснув зубы, но не перебивал. Потому что Бьёрн Болтун, при всей его болтовне, был лучшим кормчим, лучшим проводником и, черт возьми, отличным другом, который только мог повстречаться на его пути.

Утром, когда солнце только показалось из-за горизонта, корабли покинули гавань Роскилле. На корме «Кречета» стояли Ратибор, Аудульф, Беляй и Йонаш, который не выпускал руки Сигрид. Рядом со взрослыми, задрав нос, замер Олаф с ножом в руке. За ними следом шли еще три драккара.

Замыкал флотилию «Говорун». На его корме важно восседал Бьёрн Болтун.

Он не говорил — он вещал.

— Отчаливай! Левый борт — суши весла! Правый — греби! Полный вперед! Эй, Хальфдан, не дрыхни на руме! А ты, Торкель, держи парус, не то я тебя за борт выкину, и будешь ты плавать вместе с рыбами, а рыбы, знаешь, очень любят лакомиться человечиной, особенно свежей, особенно если человек не мылся три дня, а ты, между прочим, не мылся…

— Бьёрн! — раздался дружный вопль с «Кречета».

— Молчу! — отозвался Бьёрн.

Но молчал он ровно три секунды, а потом заговорил снова, потому что молчать он не умел. Да и зачем, если есть о чем поговорить, есть кому рассказать и есть куда плыть?

А впереди был новый поход, новые земли, новые приключения. И новая сага, которую Бьёрн Болтун обязательно расскажет. Если, конечно, его кто-нибудь будет слушать.