Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 131 из 218

— Он самый. Зовут его… да никто его по имени не зовет, все Камбалой и кличут. Он тут все ходы-выходы знает. С кем надо договорится, что надо найдет, кого надо сведет. За мзду, конечно. Но мзда его не запредельная, и слов на ветер он не бросает.

— И где его искать?

Торир усмехнулся в усы:

— А ты думаешь, чего я к пиву не притрагивался вчера? Заранее подумал, что проводник нам понадобится. Я с Камбалой говорил уже. Он обещал помочь. Сегодня вечером, в кабаке «Скользкий угорь» у вас встреча. Камбала сказал, что пришлет туда человека, который нам нужен. Есть у него проводник на примете, местный, хоть и мелкий, да удалой. Болтун, говорит, страшный, но свое дело знает туго.

— Болтун? — переспросил Аудульф. — Это нам не подходит. Нам воин нужен, а не трепач.

Тут он резко замолчал и задумался.

— А не тот ли это Болтун, которого нам в Висбю Зигфрид советовал? Кормчий, что знает дорогу в Альвхейм! Как там его — Бьёрн, да?

— Да, Бьёрн. Вот и поглядим, — пожал плечами Торир. — Я вчера об этом как-то и не вспомнил. А Камбала зря советовать не станет — он за свои советы головой отвечает. Если порекомендует — значит, человек стоящий. Что касается болтунов — то кто его знает, сколько их тут, в Роскилле? Может он и есть тот, о ком Зигфрид говорил.

— Вечером так вечером, — решил Ратибор. — Значит, до вечера отдыхаем, запасы проверяем и пополняем, оружие готовим. Аудульф, проследи, чтобы наши люди не расслаблялись. В любой момент можем выйти в море.

— Сделаю, — кивнул Аудульф.

Беляй молча смотрел на фьорд. Серые волны лениво набегали на берег, кричали чайки, очень далеко виднелись очертания шхер — тех самых, где, возможно, прятался сейчас человек, убивший его последних родичей.

— Вечером, — повторил Беляй. — В «Скользком угре».

— Ты как? — осторожно спросил Ратибор.

— Нормально, — Беляй повернулся к другу, и в глазах его действительно было спокойствие. Холодное, как лед, за которым прячется глубокое, черное течение. — Все нормально. Я готов.

— Вот и славно, — Торир хлопнул Беляя по плечу. — А пока — пойдем-ка перекусим. У меня от этих разговоров кишки к хребту присохли.

И они пошли вдоль берега — трое воинов и старый хирдман, каждый со своей думой, но с одной общей целью. А впереди был вечер, кабак с веселым названием и встреча с человеком, который должен был стать их глазами и ушами в этих негостеприимных, но таких важных для них водах.