Страница 39 из 129
Мне достались меч Вистана, оказавшийся очень неплохого качества, парочка саксов, столько же топоров и три копья средней длины. Еще имелись три ножика, но за оружие их тут не считали, хоть я только что и доказал обратное. В глаз-то такие ножи входят, как к себе домой. Было три комплекта простеньких доспехов. Два из них — уровня «ополченец», а третий, принадлежавший Вистану, все же получше — уже уровня «керл». В одной из сумок, что я нашел в телеге, оказался даже железный шлем. Обычный круглый горшок. Тоже Вистану принадлежал, я уверен. Потому что в других мешках лежали дешевые кожаные шапки с металлическими заклепками.
Денег при моих похитителях было немного — около сотни монет на троих. В основном, в кошеле Вистана. Но это я уже зажрался, привык, что у меня всегда серебра достаточно. На эти деньги, вообще-то, все трое могли год жить и никакой нужды не знать. Наверное, им заплатили аванс за доставку моей тушки.
Кроме прочего, в телеге лежал небольшой, на несколько дней, запас провизии, посуда и разные бытовые мелочи, необходимые в походе. Телега с клячей и два боевых коня завершали картину моей победы.
Поскольку при похищении меня выдернули из постели, одет я был только в исподнее. Чтобы скрыть этакий конфуз, я оделся в самую приличную одежду из трофеев. Чью, как вы думаете? Конечно, Вистана.
Вскоре, разбирая вещи, находящиеся в телеге, я отыскал мешок со своей рясой и остальными причиндалами прелата Луки. И цепь с крестом там лежала, и четки, и даже перстень легата. Не посмели похитители присвоить их себе, хотя драгоценные изделия и имели высокую материальную ценность. А за одежды мои отдельное им спасибо, пригодятся. Но переодеваться я пока не стал. Мало ли кого встречу в пути, не стоит раньше времени раскрывать свою принадлежность к церкви. Тем более что, когда Вистан с товарищами и мной на привязи не прибудут к месту назначения, нас наверняка объявят в розыск. И искать станут именно священника. Посему повременим с переодеванием. Продолжу лучше обыск дальше.
В подкладке куртки Вистана я и обнаружил зашитые бумаги, про которые сын рива рассказывал сыну свинопаса. Распоров шов, я вытащил из подкладки свиток, и при свете костра прочел его. Свиток этот оказался аналогом охранной грамоты. В бумаге говорилось, что предъявитель действует по приказу некоего архиепископского видама
43
Фергуса.
Ну все, вляпался Паулин! Теперь ему за своего светского представителя ответить по полной придется. Жаль только, что я порешил всех троих похитителей, свидетелей не оставил. Но ничего не поделаешь, выбирать не приходилось. Тут либо я, либо они.
Осталось только выяснить, где этот самый Фергус находится. Подозреваю, что именно к нему меня и везли трое неудачников, которых я порешил. Или пусть Бентон выясняет, ему же, в конце концов, король поручил мою безопасность, а элдормен облажался. В очередной раз, надо сказать. А мне домой пора. Тьфу, в поместье Бентона. Не прямо сейчас, конечно — куда же я на ночь глядя поеду. Я ведь и дороги-то не знаю. Хотя, примерное направление известно. Но об этом я подумаю завтра. Надо еще покушать, не наелся я одной порцией, что-то маловато мне выделил Пайс, упокой, Господи, его черную душу. Есть у этих горе-похитителей еще чего-нибудь пожрать?
Я не поленился сходить за водой к ручью, и снова поставил на костер котелок. Сварю еще похлебки. Побольше, чтобы и на завтра хватило. Пока закипало, я покормил лошадей овсом, обнаруженным в телеге. Глухонемой не успел сделать этого. Потом спутал коняшкам ноги, чтобы не сбежали ночью, и уселся у костра ужинать.