Страница 28 из 129
— Спасибо тебе, твоя милость! — радостно воскликнул он. — Давно я так не торговался! Ты заставил меня вспомнить о родном Дамаске и его знаменитом базаре! За это я подарю тебе прекрасный кинжал, в пару к великолепной сабле, что ты выбрал! Он сделан из той же дамасской стали. Пусть они служат твоей милости верой и правдой долгие годы!
Кинжал и вправду был хорош. С похожим узором, как и на сабле, он размером больше походил на скрамасакс — такой же длинный и прочный. Хотя, нет. Лучше, намного лучше. Я, вероятно, обрадовался бонусу больше, чем самой покупке.
— Мы еще увидимся с тобой, уважаемый Карим! — сказал я купцу на прощание. — Приходи вечером к риву Патси, который любезно приютил меня со спутниками. Поговорим с тобой за кружечкой чая!
— Обязательно приду, господин Лука! — уважительно произнес араб и поклонился мне.
Мы вышли на улицу, где я увидел своих хирдманов, сгрудившихся у лавки Карима. Они ждали нас с Редферном. Похоже, что парни времени даром не теряли. Рядом с ними, смущенно переминаясь с ноги на ногу и испуганно зыркая по сторонам, стояли восемь девчонок примерно лет восемнадцати-двадцати с виду, одетых в некрашеные шерстяные платья. Купили, значит, все же себе рабынь.
— Купили женщин? Хорошо, — констатировал я. — Теперь идите вместе с ними и приобретите им нормальную теплую одежду, обувь и все необходимое, что может понадобиться женщинам!
Викинги разинули рты.
— Что? Не знали, что рабыням тоже нужна теплая одежда, чтобы не умереть от холода? И что обувь нужна, чтобы не отморозить ноги, тоже не знали⁈ — с усмешкой воскликнул я. И добавил уже по-русски. — Любите кататься — любите и саночки возить!
— Твоя милость, это на каком языке ты сейчас говорил? — тут же полюбопытствовал Редферн.
— Так говорят в Гардарике, — проворчал Асмунд. — И означают эти слова, что мы купили телегу, а колеса к ней придется докупать отдельно. У нас слишком умный хевдинг…
— Ты, как я погляжу, Асмунд, тоже не дурак, раз понял меня с полуслова! — ответил я. — Да еще и славянский язык разумеешь.
— Да, разумею! Я там бывал, в Гардарике. Разве я не говорил об этом, хевдинг? Э-э-э, прости, твоя милость!
— Не говорил. Потом расскажешь подробности. Это для меня очень интересно!
— Конечно, твоя милость! Но что нам делать сейчас? И правда идти покупать то, что ты сказал?
— А ты подумал, что я шучу? Сам как думаешь — когда похолодает, ночью, в лесу, например, как девки выживут? Вот то-то же! Идите! Вам, кстати, для них еще дом покупать придется у Линдисфарна.
— Сами построим! — пробурчали Бьерн и остальные, сообразившие, к каким тратам приведет их хотелка.
Я рассмеялся.
— Пойдем-ка, Редферн, приглядим за грозными норманнами, чтобы они исполнили мои указания в точности! Знаю я, какие они жадины. Иначе придется лечить от простуды с лихоманкой несчастных, ни в чем не виноватых девушек.
Пришлось хирдманам экипировать своих новоприобретенных рабынь по полной программе. Я, посмеиваясь, строго следил за тем, чтобы они не вздумали сэкономить.
— Телегу для них дополнительную с лошадью не забудьте! — ехидно заметил Редферн.
— Я тебе глаз подобью! — пообещал Асмунд парню.
Беззлобно, впрочем. И рассмеялся.
Остальные викинги тоже заржали, как кони, распугав прохожих.
— Редферн прав! — отсмеявшись со всеми, подтвердил я. — Нам предстоит много попутешествовать, поэтому проблемы в пути мне не нужны. Не на себе же вы девок возить будете. И вообще, мы в ответе за тех, кого прикупили, тьфу-ты, приручили!
А свою старую кольчугу и меч со скрамасаксом я подарил Редферну с приказом носить постоянно. И попросил Асмунда начать усиленно тренировать парня. Мне нужны крепкие бойцы, а не балласт.
Вечером состоялась очередная пирушка в доме рива Патси, на которой мы договорились, что рив завтра же утром отправится к королю Энреду. Пусть постарается обработать своего родственника для нашего общего блага. Путешествие долгое, поэтому, чем быстрее он поедет, тем лучше.
С Каримом я тоже поболтал — купец пришел, как и обещал. Расстались мы с арабом почти друзьями.
Сами мы, с епископом Эгбертом и всей нашей компанией, вернулись в монастырь, посетив по пути две оставшиеся необобранными деревеньки. Там епископ Эгберт получил налог в виде продовольствия и, довольный, приказал двигать к дому.
В сам монастырь вернулись только мы с Редферном. Викингам я разрешил остаться в рыбацком селении на берегу, где они решили построить для женщин домик. Заодно, местных запугают, чтобы не вздумали лезть к рабыням.
— Три дня вам на все! — приказал я. — Потом вернетесь в монастырь и продолжите охранять меня.
— От кого, твоя милость? — улыбнулся Асмунд. — От этих черных ворон, что ли?
— Я, вообще-то, один из них, если ты забыл, хольд!
— Нет, хевдинг! Они воро́ны, а ты — Черный Ворон! Такой же мудрый и всезнающий, как Хугин и Мунин
36
одновременно! И настоящий воин! Вот! Точно! Я знаю, какое теперь у тебя будет имя — Храфн
37
!
Я пожал плечами.
— А что, неплохо! Пусть будет Храфн!