Страница 24 из 184
При этих словах она затянула пояс поверх кольчуги, ловко прицепила к нему ножны с небольшим узким мечом и схватила лук с колчаном, полным стрел. На ногах Белки Кречет заметил короткие кожаные сапожки. И когда она их надеть успела? Он даже не уследил. Какая шустрая девица! И впрямь — Белка!
— Готовы действовать? — спросил Ратибор.
— Готовы! — ответил за всех Дрозд. — Я прикрывать буду, а вы впереди бегите! И спасибо тебе, Ратибор!
— Хорошо, потом поблагодаришь. Белка, поведешь нас, раз знаешь, где ладья стоит.
— Здесь совсем рядом речка, — подтвердила боевая девица. — По ней в Днепр выйдем, а там и до Смоленска недалеко. Тебе же ведь туда нужно, Ратибор?
— Туда, — не стал отпираться Кречет. — А ты откуда знаешь?
— Жрецы со стариком седым болтали, а я слышала, что жертвы из Смоленска они привели. Это про вас.
«Ох и интересная девица! Все-то она видела и все-то она слышала!» — подумал Ратибор. — «Нужно будет поподробнее поговорить с ней, непростая она. Но это потом, позже. Сейчас скорее бежать следует, пока их не хватились. Или хватились уже? Ну-ка, в окошко гляну!»
Ратибор вернулся в горницу и выглянул в мутное оконце, затянутое бычьим пузырем.
Да, хватились их. Только сюда пока никто не догадался проверять идти. Вон, факелы где-то в районе ворот мечутся, да и крики слышны. Пора валить, причем как можно быстрее. Только в сундук возле ложа главного чернобожца заглянуть еще следует. Лишним не будет.
Ратибор откинул крышку сундука, подсветил, чтобы разглядеть содержимое, и радостно цокнул языком. В сундуке, как он и надеялся, лежали несколько кошелей с монетами. Кречет схватил наплечную сумку, валявшуюся там же, в сундуке, сунул в нее четыре туго набитых кошеля и повесил через плечо. Пора и честь знать!
Беглецы, задув светильники, тихонько вышли наружу и, обогнув дом, почти на цыпочках, подобрались к частоколу. Помогая друг другу, они взлетели на него и приземлились уже с наружной стороны.
— Туда! — шепнула Белка и резво припустила бегом.
Мужчины не отставали, следуя за бойкой девицей по пятам.
Вскоре беглецы оказались у неширокой речки. Возле берега покачивались на привязи торговый кнорр и изящная снекка на пять румов. Насколько Кречет умел разбираться в кораблях, именно эти были явно скандинавской постройки. Никак уж не местной и даже не киевской.
— Это, что ли, твоя ладья? — спросил Ратибор у Белки, ехидно прищурившись. — Из Киева, говоришь?
— А чем не ладья? — девица хихикнула, пожала плечами и тут же сменила тему. — Кнорр взять не сможем, так хоть снекку уведем! Помогите отвязать, я пока проверю, как там с запасами.
Белка ловко пробежала по веслу, уткнувшемуся в песок с борта снекки.
«Еще пара характерных штришков!» — отметил Кречет. — «Ну и девица! И похоже, что она скрывает происхождение. Не верю я, что отец ее — варяг из Киева. Она, скорее, нурманнского происхождения — вон, как по веслам бегает. Да еще и не простолюдинка, судя по владению оружием и заметной ловкости. Загадка… Ну ничего, попозже разгадаю!»
Снекку быстро отвязали и запрыгнули на борт.
— Борщок, давай к кормилу! Сможешь? — спросил Ратибор.
— Смогу, — не очень уверенно пролепетал отрок.
— Не нужно! — вмешалась Белка. — К кормилу я встану. Я умею, отец учил. А парень пусть на носу сидит, камни и мели высматривает.
— Ты и корабль вести обучена? — уже открыто усмехнулся Ратибор. — Ну, хорошо, пусть так. Борщок, лезь на носовую фигуру и смотри вперед. Только в воду не свались!
Дрозд погрозил брату кулаком.
— Смотри у меня!
Так и отчалили. Скорость, правда, совсем невысокая была, ведь всего лишь одна пара весел работала. Но это не беда. Снекка легкая, маневренная, выгребут и двумя веслами. Главное, что вырвались.
Ратибор, поглядев назад, на еле видневшиеся в темноте очертания удаляющегося пляжика с одиноким кнорром, мысленно пообещал себе вернуться сюда и наказать обнаглевших жрецов.
— Ратибор! Позволь поблагодарить тебя! — неожиданно обратился к Кречету Дрозд. — Спас ты нас с братом от смерти жуткой! Мы тебе теперь обязаны жизнью!
— Да ладно, вы парни толковые, не мог же я вас там бросить! — даже немного смутился Ратибор.
— Я ведь тебя на верную смерть вез, с Морозом этим, чтоб ему в Ирии пусто было! Прости нас!
— А меня ты вообще дважды уже спас! — влез в разговор и младший брат Борщок. — Спасибо тебе и за свободу, и за лечение! Помер бы я без тебя!
— Да не помер бы ты! По крайней мере, не так скоро, — улыбнулся Кречет. — Не страшные раны-то у тебя были!
— Но как же так⁈ — недоуменно спросил отрок. — А жар и холод⁈ Я же ведь чувствовал, что мне худо!
— У страха глаза велики! — усмехнулся Ратибор. — Нет, если бы раны я тебе не обработал, может через день-два они бы нагноились, потом почернели и запахли дурно — тогда беда! Но это вряд ли, не страшные они были, говорю же!
— Так почему тогда мне так плохо было? — удивленно захлюпал носом Борщок.
— Психология это называется, если по-гречески, учение о душе. Но это неважно, ни к чему тебе эта информация! — снова ухмыльнулся Кречет. — Я тебя запугал, наговорил всякого, а ты поверил и сам себя убедил, что тебе плохо становится. От страха все беды.
— Научишь меня не боятся? — спросил Борщок очень серьезным голосом. — Возьми меня отроком в дружину свою, Ратибор Белый Кречет!
— А как же старший брат твой? Ты его спросил?
— Я сам тебя о том же просить хотел! — вмешался вертевший весло и внимательно прислушивавшийся Дрозд. — Прими нас обоих к себе! Я хороший воин, ты видел. Пригожусь! А молодой научится.
— И беспрекословно слушаться меня будете? — уточнил Ратибор.
— Клятву, как надо, дадим! Как отца родного почитать будем! — хором отозвались братья.
— Хорошо. Пока на испытательный срок приняты. Обо всех условиях с моими сынками-ульфхеднарами, Беляем и Аудульфом, договариваться будете. Как в Полоцк вернемся, так клятву принесете торжественную, перед всей дружиной.
— Согласны! — снова в один голос отозвались Дрозд с Борщом и радостно закивали.
Белка не мешала разговору, стоя у руля, но явно очень внимательно слушала мужчин.
Довольно скоро речушка вывела их к Днепру, широкому и полноводному. Снекку вырулили на середину реки и решили, что можно и отдохнуть. Оставив пока что на кормиле Белку, с наказом разбудить следующего дежурного через пару часов, мужчины улеглись спать. Так, поочередно сменяясь, они и плыли всю ночь.
Глава 8