Страница 11 из 184
Обременять себя товарами для торговли не стали, ничего такого редкого, чего в Смоленске нет, в Полоцке не имеется. Лучше оттуда обратно привезут нужных и дефицитных здесь вещей.
А вот Мамли загрузился основательно. Все зерно, которое привез в Полоцк на баржах, купец удачно распродал. Как продал и сами баржи. И обратно вез все то, что было ценно в его родной Плиске — меха, естественно, да рыбью кость. Ну, и некоторое количество оружия и доспехов, как местного производства, так и европейского. Так что караван получился приличный — пара десятков телег, да крытых кибиток еще с десяток. Булгарин планировал добраться до Киева, а там уже приобрести несколько корабликов и дальше идти по воде. Охрану он собирался нанять там же. Если Ратибор в Смоленске ему кого-то дельного не присоветует.
Первые пара дней пути прошли спокойно. В этот раз до Смоленска предстояло идти дней десять — тяжело груженый поезд купца Мамли был слишком неторопливым. Поэтому первую ночь спали под открытым небом. К вечеру следующего дня караван, наконец, достиг знакомой уже Ратибору деревеньки, жителей которой он спас от разграбления свеями ярла Трюггви Волосатого почти год назад. В прошлый свой поход в Смоленск Ратибор проходил мимо этого небольшого, но довольно зажиточного поселения, стоящего на берегу реки, как раз в тот момент, когда викинги занимались грабежом. Ну, и разбили они воинство ярла Трюггви в пух и прах. Серьезная битва была, но Ратибор, благодаря смекалке, силе и меткости своих воев, одолел северных разбойников. И снекку Трюггви, свой первый собственный корабль, в качестве трофея получил.
А вообще, деревня имела большую популярность у проезжающих. Гостеприимством жителей пользовались многие путешественники. И те, что по реке мимо шли, и те, что по дороге. Удобное место занимала деревенька, за счет чего являлась довольно зажиточной.
Встречать караван вышел староста деревни. Ратибор узнал его сразу же — старик совсем не изменился.
— Здравствуй, Ждан! — поприветствовал его Кречет, не слезая с коня. — Примешь старых друзей на постой?
Староста прищурился, пытаясь вспомнить, что это за блистательный витязь его, простого смерда, по имени называет. И, вспомнив, расплылся в широкой доброй улыбке.
— Вспомнил меня? — улыбнулся в ответ Ратибор.
— А как же, господин! Неужели ж я своего спасителя забыть могу⁈ Помню! В лучшей избе прикажу постелить! И накормлю от пуза лучшими яствами!
Старик тут же засуетился, кликнул помощников, чтобы распорядиться о приготовлении ужина и места для ночлега.
— О наших лошадях пускай тоже позаботятся! — спрыгивая с коня распорядился Ратибор. — А купцы распрягут и обиходят сами, у них свои холопы имеются.
К Ратибору со старостой как раз подошел Мамли.
— Познакомься, Ждан! Это мой друг — почтенный купец Мамли! — представил булгарина Кречет. — Мы вместе идем до Смоленска.
— Всем места хватит, господин! Тем более твоим друзьям! Сейчас и ужин будет готов. Проходите пока ко мне на двор, умойтесь с дороги. Там и столы поставим! — пригласил Ждан и тут же засеменил впереди, показывая дорогу.
В его дворе и вправду уже установили длинные столы — отесанные с одной стороны толстые бревна, уложенные на крепкие козлы. Лавки выглядели поприличнее — широкие доски, уложенные на коренастые чурбаки.
Женщины суетились, бегая в дом и обратно, и таская блюда с различными кушаньями. Тут же, во дворе, несколько холопов насадили на вертел свиную тушу и раскочегаривали под ней костер. Чьи-то мелкие детишки быстро и ловко ощипывали нескольких гусей, уток и пару десятков перепелок и рябчиков.
Ратибор отвел старосту в уголок.
— Ждан! Спасибо за гостеприимство! Вот, возьми за постой и угощение! — протянул Кречет мешочек с серебром.
— Что ты, господин! Как можно⁈ Не возьму! — начал отнекиваться староста. — Я же для тебя по-дружески стараюсь!
— Бери! Мы сожрем много, а тебе всю деревню зимой кормить! Что я, что купец — люди не бедные, так что бери и не спорь! Как друг тебя прошу!
Староста покачал головой, но благодарно кивнул и кошель принял.
— Идем за стол, добрый друг Ратибор! Я угощу тебя пивом, что сварила моя жена. Это лучшее пиво во всей округе!
Пиршество было в полном разгаре, когда прибежал мальчишка, карауливший у причала на реке.
— Там ладья с насадом подходят! Вроде, полоцкие!
— На постой хотят напроситься! — пояснил Ждан. — У нас многие, что водой идут, останавливаются по дороге в Полоцк. Правда, место сегодня только в хлеву, да на конюшне осталось. Ну, чай не князья плывут, и там переночуют. Пойду, гляну на них!
Ратибор кивнул, особо не обращая внимания на болтовню старосты, и с энтузиазмом занялся обгладыванием жареной гусиной ножки. И пиву должное внимание отдать не забыл — не обманул хозяин, действительно очень вкусное пиво.
Вскоре Ждан вернулся.
— Скоро пристанут. Полоцкие купцы идут, большая ладья и насад, — сообщил он.
Пир продолжился.
На вошедших во двор людей поначалу никто особого внимания даже не обратил — здесь и так сновали туда-сюда местные, таская припасы. Но вошедшие отличались от обычных деревенских жителей. Это были, во-первых, примерно с десяток нурманнов в полном боевом облачении, а, во-вторых, еще с десяток людей, напоминавших по внешнему виду торговцев в походе. Вроде и не воины, но при оружии, а некоторые даже в доспехах. Зашли и встали толпой, разглядывая пирующих людей Ратибора и Мамли.
Вперед всех выдвинулись двое. Один — типичный нурманн, здоровенный бородач в длинной, до колена, кольчуге и круглом шлеме с очками, сдвинутом сейчас на затылок. На поясе — качественной работы меч с наборной рукоятью из серебра и меди. Потертые кожаные штаны и грубые мозоли на ладонях говорили о том, что драккар — его дом родной. Серьезный товарищ, сразу видно — хищник.
Второй, что стоял рядом с нурманном, тоже выглядел не рядовым. Одежда из ярких дорогих тканей, широкий пояс, так густо усеянный серебряными накладками, что кожи под ними не видно, красивый плащ с золотой фибулой. Меч на поясе тоже имелся, с украшенными серебром и медью ножнами. На голове круглая меховая шапка. За боярина можно принять легко. Правда, взгляд немного подводит — не настолько уверенный, как у нурманна, а скорее настороженный, внимательно изучающий окружающих.
Торговец заговорил первым:
— Эй! Мы хотим переночевать здесь. Нам нужен ужин и хорошее место для ночлега!