Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 61 из 121

Пока шли, повстречали довольно много снующих туда-сюда корабликов, лодок и купеческих насадов. Судоходство на реке было достаточно оживленным. Сохраняя взятый темп, периодически меняя гребцов, вскоре драккар успешно пришвартовался к одному из свободных причалов пограничной деревеньки. Дальше, в четверти дня пути отсюда, начинались земли не то селонов, не то земгалов — в подробности конунг не вдавался, им не нужно было идти так далеко. Нужный конунгу приток Западной Двины, или, Даугавы, маленькая, неприметная речушка, находился буквально за ближайшим изгибом.

Заплатив причитающуюся за швартовку корабля пошлину стражникам, отиравшимся у берега, конунг, Трувор, Харальд и еще пятеро хускарлов сошли на берег и отправились искать местного сотника, чтобы испросить разрешение остановиться на ночь на постоялом дворе.

Далеко идти не пришлось — сотник сам вышел им навстречу из небольшой крепостицы, возвышавшейся на берегу. Причем вышел он не один, а с тремя десятками хорошо вооруженных воинов, облаченных в кольчуги и шлемы. Над частоколом крепостицы торчали головы еще нескольких десятков дружинников, занявших оборону по всем правилам. Не каждый день здесь нурманнские драккары останавливаются.

Отряд сотника грамотно распределился выше по широкой тропе, заняв ее всю в три ряда, и ощетинился копьями.

— Кто такие? Зачем пожаловали? — довольно грубо спросил вышедший вперед высокий воин с мечом у пояса.

— Молодец, щегол! С уважением дядьку Трувора встречаешь! — заявил дед, ухмыляясь. Затем дед Трувор неожиданно широко раскинул руки в стороны и заорал:

— Ну иди сюда, обниму тебя, Мировид! Смотри, какой важный стал! Сотник целый!

— Дядька Трувор⁈ Ты что ли⁈ Ух! — радостно воскликнул сотник Мировид. — А мне говорили, что помер ты!

— Не дождешься! — рассмеялся дед.

Сотник обнял старого варяга, похлопал по спине и плечам, оглядел внимательно, и крикнул своим:

— Это друг мой старый, варяг Трувор Мельница, пестуном моим был!

Дружинники заулыбались, некоторые опустили копья, расслабились немного.

Интересное прозвище Трувора, которое конунг слышал впервые, сильно его удивило. «Нужно потом спросить, откуда такое!» — отметил он про себя.

После приветствий и дружеских объятий Мировид спросил:

— С кем это ты пришел, дядька Трувор? Что за нурманны с тобой?

— Это не они со мной, а я с ними. Вот их хевдинг — Хайнар Быстрый Меч. Я у него проводником иду, по одному важному делу. Они — друзья мои! Примешь на постой на одну ночь нас, Мировид? Мы заплатим!

— Раз они друзья твои — то приму всех! И платы с тебя я не возьму!

Конунг вышел вперед.

— Мы заплатим, сотник! — твердо заявил он. — За гостеприимство я всегда плачу сполна! И не беспокойся — мы не причиним здесь никому вреда!

— Если бы не Трувор, хевдинг, я бы беспокоился. Но дядьке я верю, поэтому объявляю вас своими гостями! Вас проводят на постоялый двор. За драккар можешь не волноваться — причалы хорошо охраняются. После захода солнца жду тебя и твоих хольдов к себе на пир! Расскажете, что в мире творится!

Сотник увел дружинников обратно в крепость, а Хельги с остальными вернулся к причалам.

— Харальд, оставь пятерых хирдманов на корабле. Остальные будут ночевать с нами в харчевне, — скомандовал конунг. Полностью доверять Мировиду, несмотря на его слова об охране, Хельги не собирался. — Дядька Трувор! Веди нас! Разместимся и пойдем к сотнику — солнце уже почти село.

* * *

Драккар ярла Ингольфа Красавчика скользил по пятам Хайнара, отставая всего лишь на половину дневного перехода и постепенно нагоняя его. В саму деревню ярл решил не заходить — слишком много глаз там, которые потом смогут подтвердить, что они были здесь в одно время с этим хевдингом. Для стоянки ярл выбрал небольшую, но тихую и закрытую от посторонних взглядов заводь, заросшую высоким камышом, куда и свернул драккар. Ярл приказал снять мачту и теперь с реки их было совсем не видно.

Часть викингов, выставив дозорных, расположилась на берегу, разбив лагерь и занявшись приготовлением пищи, а сам Красавчик с пятью хирдманами, одевшись попроще и накинув плащи, скрывавшие ценные доспехи, отправился в деревню пешком через лес, чтобы провести разведку на местности. Деревня эта, как знал ярл, не раз бывавший в ней ранее, была достаточно оживленной. Там часто останавливались проходившие мимо купеческие караваны, чтобы отдохнуть, пополнить запасы и заплатить положенные пошлины. Имелся в деревне и небольшой рынок, пара харчевен и постоялых дворов, так что затеряться там небольшой группе викингов не представляло труда.

Сначала была у Ингольфа мысль напасть на хевдинга прямо в деревне, но он вспомнил, что местная дружина там достаточно сильная — десятков шесть-семь воинов, которыми командовал целый сотник по имени Мировид. И характер у этого сотника был крутым — любые беспорядки тот пресекал быстро и жестко. Не было никакого смысла устраивать драку с дружинниками. Только хирдманов терять, а выгоды в этом никакой. Лучше тихо проследить, куда отправится Хайнар, потом пойти за ним и выбрать удобный момент для нападения. Тем более, что не просто так этот непонятный хевдинг сюда приперся, наверняка дело какое-то у него есть, и, скорее всего, что прибыльное. Кормчий Гейр Вшивая Борода и хольд Сверр Весло, главные помощники и советники ярла, придерживались того же мнения.

С наступлением сумерек Ингольф с товарищами вышли из леса и огородами пробрались в деревню. Там они разделились на три группы и отправились побродить по поселению, чтобы осторожно разузнать о Хайнаре.

Пришвартованный у причала драккар хевдинга, который так понравился ему, ярл увидел сразу. Близко он подходить не стал, чтобы не вызвать ненужных подозрений. Издалека было видно, что корабль хорошо охраняется — по палубе ходили воины, рядом на берегу горели два костра, на которых викинги готовили себе пищу. Да и несколько местных дружинников несли службу неподалеку. Ярл с хирдманом развернулись и пошли в сторону рынка, где еще продолжалась какая-то торговля.

* * *

Приняли конунга Хельги и его людей хорошо. Когда они пришли во двор к сотнику, длинный стол уже был накрыт. Начался пир, во время которого все перезнакомились, были обсуждены последние новости, цены на товары и другие, не менее важные, вещи. Все, как полагается, во время дружеской попойки воинов.

Когда Мировид достиг той кондиции, когда можно уже было разговаривать по душам, конунг задал интересующий его вопрос: