Лесной Кот

Иво, как наш отрядный снайпер-инструктор, вместе с Молчаном определили каждому лучнику свою позицию и расставили всех по местам лично. Первую линию заняли семеро лучших стрелков: я, Иво, Молчан, Рулаф, Варяжко, Понятко и Вышень, высокого роста тощий парень с длинными руками, которого особенно хвалил Иво на тренировках.

В следующую линию за нами выставили всех остальных отроков. Их задачей было обеспечить плотность огня и наблюдение за драккаром — вдруг кто-то из раненых найдет в себе силы ввязаться в бой — это же викинги, боевые машины, от которых можно ожидать всякого. По рассказам, даже смертельно раненые викинги могли еще некоторое время биться или стрелять из лука.

Мы выжидали, когда все враги соберутся вокруг костров и начнут ужинать. Проверили, как тетивы натянуты на луки, воткнули перед собой по несколько стрел в землю, чтобы не тратить время, доставая их из колчанов.

Наконец, викинги уселись со своими шлемами-котелками и начали работать ложками с бешеной скоростью, как будто не ели неделю, жадно чавкая горячим варевом.

Прозвучал сигнал к атаке — наш командир Молчан дважды крякнул уткой.

Двадцать одна стрела взвилась в небо.

Сразу шестеро викингов повалились на землю, корчась в предсмертных судорогах. Но, как обычно и бывает, любой хороший план не может предусмотреть все. Викинги были действительно матерыми, многие успели среагировать на щелчок ударившей тетивы и, похватав свои щиты, спрятаться за ними практически полностью, сбившись в одну группу. Цели теперь приходилось выискивать. Хорошо, что наши отроки создавали хаос своей стрельбой, по большей части не принося никакого урона викингам, но хотя бы вынуждая их не высовываться из-за щитов.

Вот еще один дан выпал из-за своего укрытия, пораженный в лодыжку меткими выстрелом Иво. Его тут же нашпиговали, как ежа, стрелами, наши отроки.

Ждать дальше не было смысла. Так можно стрелы пускать, пока они не кончатся, а толку никакого. Нужно было что-то срочно придумывать, иначе наша победа отдалялась от нас все дальше и дальше. Наконец, Молчан отдал команду к наступлению и мы, разделившись на две группы, побежали навстречу врагу, охватывая их сбившийся в кучу отряд с двух сторон.

Не знаю, почему викинги не захотели держать строй и встретить нас единым отрядом, надежно укрытым щитами, но произошло то, что было нам только на руку. Даны разрушили построение и ринулись на нас, заревев, как бешеные медведи.

Первым на меня вылетел широченный, как бочка, детина в очковом шлеме, и рубанул меня сбоку своим мечом. Я парировал, подставив свой клинок плоскостью лезвия под удар, и меч викинга не выдержал, лопнув пополам. Викинг тут же прикрылся щитом, но я полоснул наотмашь по его верхней кромке и отсек от него приличный кусок вместе с частью шлема и верхушкой черепа. Выражение «пораскинул мозгами» в натуральном виде!

Следующий противник, сцепившийся со мной, был одноглазый кормчий. Левой рукой он прикрывался щитом, а правой размахивал грозным оружием — хогспьетом, копьем с длинным тяжелым наконечником, которым можно и колоть, и рубить.

Нырнув кувырком под его удар, так, что широкое листовидное лезвие просвистело над моей головой, я кольнул мечом в приоткрывшуюся под щитом правую голень одноглазого, оказался за его спиной и, завершая атаку, полоснул его еще и под левое колено. Одноглазый взвыл и рухнул на песок. Конечно, обе ноги разрублены, теперь особо не повоюешь!

Быстро оглядевшись, я понял, что картина боя не так радостна, как хотелось бы. Несколько наших отроков уже лежали на песке, остальные были плотно связаны боем и отступали. Молчан отбивался сразу от двоих викингов — высокого ярла и коренастого дана в длинной кольчуге, и, похоже, был уже ранен, Рулафа не было видно, Иво с Варяжкой рубились с тремя викингами.

Помог, как всегда, счастливый случай. Уж не знаю, чем там лечили викингов — может быть отваром мухоморов или еще каких галлюциногенов, но, услышав, что на берегу идет бой, кто-то из раненых с корабля приподнялся и ему привиделись армады наступающих кораблей, о чем он истошно заорал, вытянув руку в сторону моря.

Такое заявление ярл пропустить не смог и, наверное, от страха потерять корабль, проорал команду отступать на борт драгоценного драккара.

— Хельги! Не дай им уйти! — заорал Молчан из последних сил, медленно оседая на песок. — Гридь! Все за Хельги!

— Все за мной! На борт! — я пробежал по веслу и, оттолкнувшись от борта, приземлился на лежащее между скамьями тело. От неожиданного приземления на мягкую тушку я чуть было не упал, пошатнулся и, сохраняя равновесие, отклонился в сторону, что чудом спасло меня от пролетевшего в каких-то сантиметрах от моего туловища копья.

Пырнув на всякий случай лежащее подо мной тело, я вскочил на скамью и успел принять удар меча длинного ярла, метившего мне в голову. Кольнул его в ответ в плечо, но тот смог увернуться, так что мой клинок только проскрежетал по кольчуге, не принеся урона.

Вокруг, на палубе, шел ожесточенный бой, слышался звон железа, отовсюду раздавались крики дерущихся и стоны раненых, но в уже почти полной темноте, разбавляемой совсем немного кострами на пляже, толком было не разглядеть, кто с кем рубится и кто кого побеждает. Да и не до этого сейчас. Ярл был очень опытным противником, невнимательность может стоить мне жизни. Я сиганул на соседнюю скамью, затем спрыгнул с нее на палубу, со всей дури пнул сапогом в лицо поднимающегося на ноги раненого викинга и выхватил из его ослабевшей руки меч. Так-то лучше, с двумя мечами повеселее будет!

Заработав двумя руками, словно мельница, я наносил удары, которые мой длинный противник еле успевал отбивать, медленно отступая к борту драккара. По верху левой, по низу правой, опять по низу левой.

Наконец, я достал его самым кончиком меча, брызнули железные кольца кольчуги, правая рука ярла безжизненно повисла, но он успел перебросить меч в левую и атаковал, осыпая меня проклятиями сквозь сжатые зубы. Я резко присел под удар и выбросил обе руки вперед, нанизав его на лезвия, как на вертел, и тут же выдернул мечи обратно. Ярл медленно опустился на колени, несколько секунд покачался из стороны в сторону, кашляя, хрипя и разбрызгивая кровь по палубе, и рухнул лицом вперед.

Бой на корабле продолжался, число противников увеличилось, так как в бой вступили раненые викинги, лежавшие на палубе. Я вертелся, как будто в безумном танце, раздавая удары направо и налево, словно бабочка, машущая крыльями.