Страница 5 из 197
Пять дней назад Малика Джасада явилась в облике Сильвии, деревенской ученицы.
Пять дней назад Арин душил султаншу Вайду до тех пор, пока у той в глазах не полопались сосуды. Еще секунда — и правительница Лукуба была бы мертва.
Контроль. Для других он был опорой. Чем-то незыблемым, на что можно опереться, за чем можно спрятаться, когда давление становится невыносимым.
Для Арина контроль был обрывом.
Один неверный шаг — и всё, что делало его самим собой, разобьется о скалы внизу. Один неверный шаг — и из его останков восстанет зверь. Арин всю жизнь боролся за то, чтобы оставаться на безопасной стороне. Чтобы отводить взгляд от искушения, которое ждало сразу за краем его самообладания.
Между губами верховного советника запенилась белая слюна. Родан с грохотом рухнул со стула, ударившись головой о ножку стола. Его тело забилось в частых судорогах. На штанах в паху расползлось мокрое пятно.
— Мой народ не пострадает от новой войны, пока такие, как вы, разгуливают на свободе в самом сердце Цитадели. Пока я жив, придворные Низала должны каждый день доказывать, что достойны своего места. Власть, скопленная там, где ей не место, — это власть, взятая взаймы. И я намерен взыскать этот долг.
В дикой природе свирепость была залогом выживания. Зверь брал лишь то, что ему нужно, и тогда, когда нужно, не требуя большего. Но за стенами королевского двора Низала свирепость была искусством. Подобно пекарю, отмеряющему ингредиенты для идеального блюда, Арин просчитывал каждый свой шаг. Он выжидал. Собирал информацию.
И когда он бил, он бил наповал.