Страница 80 из 93
Звук прорвался даже сюда.
Я закрыла уши ладонями.
Не помогло.
Аплодисменты были внутри головы.
Через несколько минут дверь ангара открылась.
Сначала вышли техники.
Потом Илья.
Он увидел нас сразу.
Остановился.
Даня поднялся.
— Не надо, — сказала я.
Он остался рядом.
Илья подошёл.
Вблизи лицо было бледным, на висках выступил пот. После сцены он дышал тяжело, но глаза смотрели ясно.
— Ты слышала? — спросил он.
— Да.
— Я назвал авторство.
— Слышала.
— Не использовал запись.
— Спасибо.
Он посмотрел внимательнее.
— Тебе плохо.
Я сразу напряглась.
— Мне нормально.
— Нет.
— Илья.
— Ты бледная. Руки дрожат.
Я спрятала ладони в рукава.
— Я только что слушала нашу песню.
— Тебе нельзя было приходить.
— Я сама решила.
— Даня должен был остановить.
— Не впутывай его.
Илья посмотрел на Даню.
— Ты видишь её состояние?
— Вижу, — ответил тот.
— И ничего не делаешь?
— Она не просила.
Илья усмехнулся.
— Прекрасно. Она сейчас не понимает, что просить.
Я встала.
— Хватит.
— Лер, нужно отменить выход.
— Нет.
— Ты задыхаешься.
— Я разговариваю.
— Пока.
Он подошёл ближе.
— Где организатор? Нужно сказать сейчас, пока они могут передвинуть программу.
— Не нужно.
Илья оглянулся, увидел девушку с рацией у двери.
— Подождите! — позвал он.
Я шагнула перед ним.
— Не смей.
Организатор всё равно повернулась.
— Что случилось?
— Лере плохо. Нужно снять её выступление.
— Я не просила, — сказала я.
Девушка посмотрела на меня.
— Вы хотите отменить сет?
— Нет.
— Она не может сейчас решить, — сказал Илья. — У неё начинается приступ.
Даня всё ещё молчал.
Я ненавидела и любила его за это одновременно.
Он не спорил за меня.
Не говорил организатору, что всё нормально.
Просто стоял так близко, чтобы я видела.
— Лера, вам нужен врач? — спросила девушка.
— Нет.
— Тихая комната?
— Возможно.
— Мы можем отвести вас в медицинский блок.
— Не надо, — вмешался Илья. — Ей нужно домой.
Он взял меня за запястья.
Резко.
Привычно.
Будто хотел проверить пульс или заставить посмотреть на него.
Тело отреагировало раньше мысли.
Воздух исчез.
— Не трогай меня.
— Лера, успокойся.
— Отпусти.
— Посмотри на меня. Вдох.
— Отпусти!
Я вырвала руки.
Даня сделал полшага, но остановился.
Илья поднял ладони.
— Хорошо. Не трогаю.
— Уходи.
— Я не могу оставить тебя так.
— Можешь.
— Ты сейчас повторяешь то же, что перед срывом.
— Какой ещё срыв?
— Ты тоже говорила, что справишься. Вышла. Потом сидела на полу и не могла дышать.
Организатор смотрела между нами.
За дверью снова раздались крики толпы. На сцену выходил следующий артист.
— Это другое выступление, — сказала я.
— Сцена больше.
— Знаю.
— Людей в десять раз больше.
— Знаю.
— Ты только что хотела уйти.
Я резко посмотрела на Даню.
Он не выдал.
Илья просто угадал.
Потому что знал меня.
— Хотела, — сказала я. — Передумала.
— За минуту?
— Да.
— Это не решение. Это паника.
— Паника не отменяет решение.
— Ты не слышишь себя.
— Я слышу.
— Нет. Ты пытаешься доказать мне и всем, что можешь.
— Возможно.
— И сломаешься ради доказательства.
— Возможно.
— Тогда зачем?
Я не знала.
Не могла объяснить так, чтобы он понял.
Потому что я тоже не была уверена, где заканчивается желание петь и начинается желание не позволить ему оказаться правым.
Илья увидел сомнение.
Подошёл снова, но теперь не касался.
— Лер, послушай. Отмени сегодня. Выступишь через месяц. На маленькой площадке. Без этого цирка.
— Ты опять составляешь план.
— Потому что сейчас нужен план.
— Мне нужен человек, который уйдёт, когда я прошу.
— Я любил тебя пять лет.
— Это не даёт права оставаться.
— А ему даёт?
Он кивнул на Даню.
— Даня здесь, потому что я попросила.
— Ты попросила не исчезать, потому что не можешь одна.
Фраза попала точно.
Я посмотрела на Даню.
Он не отвёл взгляд.
— Возможно, — сказала я.
— Вот. Ты снова нашла человека, который будет держать тебя.
— Он меня не держит.
— Пока.
— Илья, уходи.
— Я пытаюсь помочь.
— Я не просила.
— Потому что сейчас не способна понять, что тебе нужно.
Слова были прежними.
Тон прежним.
Даже выражение лица. Не злость. Не желание победить.
Уверенность человека, который знает лучше.
Организатор подошла ближе.
— Лера, мне нужно получить ответ лично от вас. До выхода тридцать восемь минут. Вы выступаете?
Я открыла рот.
Не смогла сказать.
Грудь сжалась сильнее.
Шум сцены, рации, шаги, голос Ильи — всё смешалось.
Тридцать восемь минут.
Пять песен.
Несколько тысяч людей.
Телефоны.
Главная сцена.
Я представила первый шаг.
Лестницу.
Микрофон.
Свет, который включится мягче, потому что я сама попросила.
Первую строку.
Она не пришла.
В голове была пустота.
— Видите? — сказал Илья. — Она даже ответить не может.
Организатор нахмурилась.
— Я спрашиваю Леру.
— А я объясняю её состояние.
— Не надо, — сказала я.
Голос вышел тихим.
— Что? — спросила девушка.
— Не надо объяснять за меня.
Илья выдохнул.
— Лер…
— Уходи.
— Нет.
Даня наконец заговорил:
— Она сказала уйти.
Илья повернулся.
— А ты молчал всё это время, пока ей становилось хуже.
— Потому что она не просила говорить.
— Очень удобно. Если она сорвётся, ты скажешь, что уважал выбор.
Даня сжал челюсти.
— Это не твой разговор.
— Это был мой разговор пять лет.
— Был.
Одно слово.
Илья побледнел.
Я почувствовала, что сейчас они начнут спорить друг с другом, а я снова исчезну между их голосами.
— Оба замолчите.
Они замолчали.
Не сразу.
Но замолчали.