Страница 894 из 968
– Скажи им… – всхлипнула девочка.
Напряжение немного спало, и Руби наконец заговорила.
– Все случилось четвертого мая, – начала она. – Два года назад, вообще-то. Наверное, это какой-то знак. Мама пошла навестить родителей. Четверг. По четвергам я ходила на виолончель, но занятие отменили.
– Так что мы пошли вдвоем. – Лула вышла на середину комнаты. – Когда это произошло с бабушкой, мы должны были стоять у автоматов с напитками, только у нас не хватило мелочи.
Она запнулась и тяжело вздохнула.
– Мы вернулись. Я предложила Руби подкрасться незаметно. Просто чтобы пошутить. Чтобы удивить ее.
– Что вы увидели? – спросила Вэнс.
– Мы… – выдавила Руби. – Я… я очень тихо открыла дверь, и мама нас не услышала, она была…
Девочки переглянулись.
– У бабушки на лице лежала подушка, – сказала Лула. – Мама не обернулась.
– А потом я закрыла дверь, потому что… А что я должна была сделать? – Руби села на пол, совершенно опустошенная. – Мы с Лулой подождали в коридоре.
Лула посмотрела на Джорджа, ее блестящие кошачьи ушки сверкали в солнечном свете.
– А потом бабушка умерла, – закончила она. – Так что, может, насчет мамы мы и не уверены, но смерть бабушки – точно убийство.
– Вы сказали маме о том, что увидели, когда вернулись? – спросила Вэнс.
– Позже, – прошептала Руби. – На похоронах.
– На поминках, – уточнила Лула.
– Она умоляла нас никому не рассказывать. – Руби пожала плечами. – Представляете? Кандидат в сенат США убила собственную мать.
– Ты молодец, – похвалила Вэнс полным сочувствия голосом. – Это тяжело, а ты молодец. Вы рассказали кому-нибудь еще?
– Тетя Гретхен знает, – призналась Лула. – Она меня спрашивала. Я ничего не утверждала, хотя она и так была в курсе.
Сев в машину, Вэнс выругалась.
– Нам придется позвонить в полицию Миннеаполиса насчет бабушки. Подкинем работы следственной группе. И нужно как можно скорее поговорить с тетей Гретхен.
В сознании Джорджа всплыл образ Сары, склонившейся над содрогающейся пожилой женщиной, пальцы с остервенением сжимают подушку, а ее мать хватает воздух сквозь хлопок и гусиный пух.
Каково это – на самом деле убить человека?
Как-то раз он случайно попал в белку на стрельбище: стрела пригвоздила ее к земле совсем рядом с мишенью. Кровь сочилась изо рта, и мех быстро стал красным. Джордж надеялся, что Генри О’Нил умер так же быстро.
– Как поступают с делом об убийстве, когда и жертва, и преступник мертвы?
– На усмотрение окружного прокурора. – Вэнс пожала плечами. – Думаю, никто не станет выдвигать обвинения о сокрытии.
Она выехала на дорогу и опустила на глаза солнцезащитные очки.
– Семья же. Они вправе не свидетельствовать против близких.
Джордж до сих пор чувствовал руки Лулы на груди, то отчаяние, что испытывали дети перед тем, как сказать правду. Руби и Лула два года носили в себе тайну убийства их бабушки – они видели все своими глазами.
Вернувшись в офис, Джордж оставил Вэнс разбираться с убийством, а сам занялся пропавшим ожерельем. Чтобы получить деньги, Габриэлле нужно его продать. Он проверил все обычные сайты – ничего.
«Мы были у Кэмпбеллов, – написал он Саре. – Руби ничего не говорила о бабушке?» Ответ Сары пришел мгновенно. Он взглянул на часы: половина третьего. Должно быть, она не занята.
«Кажется, нет. Про бабушку мы не говорили. Надо спросить?»
«Не стоит», – ответил Джордж.
«Может, выпьем после моего последнего клиента? – спросила Сара. – Я освобожусь в 19:18».
Он усмехнулся, глядя на телефон. И написал:
«Раньше 19:19 не выйдет».
«Увидимся в “Блоке”?»
«Договорились».
А пока он посидит в офисе, покопается в файлах о бабушке, просмотрит расшифровки первых допросов Кейдена Кэмпбелла и Гретхен Джонс.
Присутствовали детективы: Элли Фэйриси и Марк Шмидт
18 апреля 2023 года
Элли Фэйриси: Спасибо, что нашли время. Я знаю, вы глубоко переживаете случившееся.
Кейден Кэмпбелл: Просто поверить не могу. Будто все это сон.
ЭФ: Обычная реакция на насильственную смерть. Мне очень, очень жаль. Мы сейчас уточним некоторые детали, чтобы продолжить расследование. Вы согласны?
КК: Что угодно, лишь бы помочь.
ЭФ: Девочки с няней. Им комфортно?
КК: Они обожают нашу няню.
ЭФ: Давайте уточним, были ли у Сары враги. Ваша жена с кем-нибудь ссорилась? Получала угрозы?
КК: Нет. На работе случались разногласия, но это в порядке вещей. В целом Сару очень любили. Она легко сходилась с людьми.
ЭФ: Нам известно, что она рассматривала возможность выдвижения в Сенат.
КК: Идея была, скажем так, в разработке. Сара вела переговоры с партийными деятелями. До выборов – полтора года, и мы еще не договорились…
ЭФ: Вы поддерживали ее кандидатуру в Сенат?
КК: Что? Какое это имеет значение…
ЭФ: Нам важно понимать общую ситуацию.
КК: Конечно поддерживал. Весь наш брак, по сути, строился вокруг ее карьеры.
ЭФ: Некоторые мужья на такое обижаются.
КК: Обижаются? Нет, я не обижался. Я за права женщин. У меня две дочери! Просто…
ЭФ: Что?
КК: Просто я думал, что у нас девочки-подростки и… может, все то, что несет в себе политика, в нашей жизни не нужно. Вся эта шумиха. Но это не имеет никакого отношения к прошлой ночи. Совершенно. Я толком с ней об этом даже не говорил.
ЭФ: Вы что-нибудь скрывали от жены, мистер Кэмпбелл?
КК: Что? Нет! Я не то имел в виду.
ЭФ: Чего конкретно вы боялись? У кого-то из вас был роман? Финансовые проблемы? Я слышала, что в университете Вирджинии возникли какие-то вопросы. Вас попросили уйти?
КК: Так Гретхен сказала? Ну разумеется. Она не знает всей истории. Сара знала. У нас все было в порядке.
ЭФ: Понимаю, что вопросы довольно личные, мистер Кэмпбелл, однако они критически важны.
КК: Мы ничего не скрывали… я, во всяком случае.
ЭФ: Вероятно, будут всплывать разные подробности, журналисты уже копают. Вы можете поделиться с нами.