Кровавый сад

Тома промолчала. Влад же как-то терпел бесконечные истерики Ады. Прогнав мысли о Владе и его подружке, Тома наклонилась к петуньям, которые они с Изи вчера полили водой из озера. Точно – цветы за ночь не то что высохли, они попросту сгнили, превратились в вонючий компост, поджаривающийся на солнце. Зато другие два яруса, кажется, были в полном порядке. Правда, им явно не хватало воды, а цистерна обещала прибыть только после обеда, как и вчера, без шланга для полива.

– Как думаешь, реально где-нибудь купить рассаду петуний? – поинтересовалась Изи, вырывая из каменной земли мертвые цветы.

– В августе? – невесело усмехнулась Тома. – Вряд ли. Интересно, что с ними случилось? Неужели они погибли из-за озерной воды?

Изольда только пожала плечами. Тома замялась, но все-таки решилась спросить:

– Как нога?

– Какая нога? – недоуменно переспросила Изи. Потом будто опомнилась и задрала штанину. Увидев продольные фиолетовые синяки, удивленно присвистнула.

– Может, тебе в больницу? – осторожно предложила Тамара, зная, что подруга, которая ненавидела даже упоминание о медицинских процедурах, откажется.

– Подумаешь, синяк. – Изи опустила штанину. – Пройдет. Пошли дальше. Что там у нас?

Следующим в плане работ значилось очередное обвязывание лентами старых яблонь. Местные как будто каждый вечер ждали, когда стемнеет, чтобы пробраться в парк и срезать все обозначения. И это длилось изо дня в день: каждое утро благоустроители помечали больные деревья, а ночью все ленты исчезали.

– Что, опять вяжете?! – грозно спросила дама с собачкой, проходя мимо Изи и Томы. – Пилить будете?

– Не будем, – пообещала Изи, завязывая ленту на кривой, явно больной старой яблоне с почерневшими листьями и лишайником по всему стволу.

Пометив дерево, подруги двинулись дальше. Вокруг разливался приторный, сладковатый запах гниющих яблок – все газоны были усеяны упавшими и теперь преющими на жаре плодами парковых деревьев.

Дама с собачкой двигалась параллельно, будто запоминая, на какие деревья Изи и Тома будут повязывать ленты. Ее питомец сходил в туалет на газон, но женщина не позволила благоустроительницам возмутиться – мигом достала пакетик, собрала отходы пищеварения своей собаки и отнесла в специальную урну.

– Культура, – выразительно повела бровями Изи, переступая кедами по раздавленным в повидло яблокам, над которыми кружили жирные черные мухи.

На одну из скамеек с ногами забралась девчонка лет двенадцати и тыкала пальцами в смартфон. Причем она села на корточки так, что локти едва не касались лавки, а колени торчали в районе ушей. Девочка так увлеченно смотрела в экран, что того и гляди зашипит: «Моя прелес-с-сть». Вот вам и культура.

Тамара повязала ленточку на очередное покосившееся дерево. Странно – под подошвами хлюпали не только размягченные гнилые плоды, но как будто еще и земля. Везде почва от жары затвердела, как камень, а под деревьями грунт был рыхлым, пористым, так что даже ноги проваливались.

Вытаскивая стопы из липкой жижи и отмахиваясь от назойливых жужжащих мух, Тома топталась у яблони, пока Изи с другой стороны завязывала на стволе ленту. И тут под ногу попало что-то твердое и скользкое, так что Тамара потеряла равновесие и шлепнулась прямо в преющий яблочный кисель.

– Буэ-э, – протянула Изи, морщась.

Девушка не могла не согласиться, но цензурных слов для выражения недовольства не нашлось, поэтому пришлось заставить себя промолчать и кое-как подняться на ноги. Изи протянула Томе влажную салфетку, чтобы вытереть руки. Проклиная собственную неуклюжесть и надеясь, что никто не заснял ее полет на камеру, Тома оттирала с рук вонючую субстанцию, как вдруг заметила в свалке давленых фруктов нечто занятное.

– Ты куда? – с отвращением спросила Изи, когда Тома шагнула обратно к месту своего фиаско.

Тома присмотрелась. Действительно, в массе гнилых давленых яблок, кишащих червями и личинками мух, лежало что-то ржавое, вроде тонкой трубы. Видимо, именно об нее и споткнулась Тома. Проводки какие-то, еще доска торчит.

Схватившись за выступ, Тома резко дернула находку вверх, но та застряла. Кое-как Тома вытащила из гнилья проржавевший перепачканный электросамокат. Выглядел он так, будто сначала попал под грузовик, а потом пролежал в преющей земле, сдобренной гнилыми фруктами, не меньше года. Хотя овальный логотип с буквой «Д» внутри неплохо просматривался.

– Странно, – тихо произнесла Тома, рассматривая искореженную штуковину. – Это вроде «Доброкат». Такие только этим летом появились. А выглядит так, будто лежит здесь давно. И как он тут оказался?

– Сама-то как думаешь? – фыркнула Изи. – От этих психов чего угодно можно ожидать. Пошли, вечером Яре сдадим. Или выкинем. А может, это Кровавая барыня? Бу-у! – Подруга замахала перед Томой руками с растопыренными пальцами.

– Она самая, – отмахнулась девушка. – Украла у кого-то самокат, решила прокатиться, но влетела в яблоню. Разозлилась и закопала его, да?

– Нет, – решительно заявила Изольда. – Самокат она не украла, а взяла в аренду в приложении. Цивилизация!

– Может, она на нем кого-то сбила? – вяло пошутила Тома.

– Ага, а потом голову отрезала, на руль насадила и гоняла тут, – хохотнула Изи.

– Фу, гадость, – с отвращением поморщилась Тома, в красках представив страшилку.

– Ничего не гадость. Говорят, она своим крепостным головы отрубала за каждый мелкий проступок и на колья насаживала. А дом у нее был как раз где-то тут. Так, может, это ее призрак здесь веселится? Разъезжает по ночам на самокате. Хотя тут и без нее нечисти хватает.

Изи засмеялась, а Тома лишь фыркнула в ответ. Про Кровавую барыню, кажется, слышали абсолютно все жители Добромыслова. И хотя достоверных сведений о ней не сохранилось, дети в лагерях, студенты, бабки на скамейках и сетевые хомячки в ее существование верили и без устали пересказывали друг другу истории одна другой хлеще.

Подруги отнесли ржавый самокат на площадку с клумбой и устроили за доской объявлений под навесом. Тома достала бутылку с водой, но только сделала глоток, как взгляд наткнулся на свежеприклеенный листок. Ориентировка призывала всех обратить внимание на фотографии двух подростков, пропавших на днях в окрестностях парка. Всем, кто встретит мальчишек, полагалось сообщить об этом волонтерам или полиции.

Тома присмотрелась. Точно. Она ведь только вчера видела эту хамоватую парочку. И как раз на электросамокате, который, кажется, нашелся несколько минут назад.