Страница 31 из 125
Глава 15 «Посмотрим, кто кого перебесит!»
Я хотела начать утро спокойно: чашка крепкого кофе, тихий завтрак и пара минут уединения. Но сначала нарвалась на рыжую, инфантильную болтливую дуру, которая, словно назойливая муха, прильнула ко мне с чередой обвинений, и, когда я уже думала, что хуже не может быть, появился он — мистер «не подходи, иначе взорвусь».
А его контраст с кажущейся мягкостью в семейном кругу и наглым, властным поведением в стенах общаги вызывал во мне отвращение и неописуемое раздражает.
Как дала бы сковородой по башке, чтобы грохнулся, провалялся в отключке часик и очнулся ангелом. Но не допрыгну.
— А почему бы и не сходить нам…
Беззастенчиво предложил Денис, настолько нелепо, что я готова была посчитать его слова издевательством.
Я считаю себя молодой, красивой и в меру умной девушкой, поэтому не удивительно, что я могу быть симпатична Денису. И возможно его приглашение искреннее и с желанием помочь мне развеяться, но… не в такой же ситуации.
«Как можно не увидеть, что я на взводе? Вот и на какой ответ ты рассчитываешь сейчас?»
— Да? — нагло усмехается Ян и грубо хватает меня за локоть.
Его хватка настолько крепкая, что мне не выбраться. А его мятное дыхание обжигает ухо.
— Своего? — его голос почти шепчет угрозой. — Ты всего лишь его глупая и упрямая тетка, которая, как будто в безумии, стремится его угробить. Сестра бы одобрила?
По телу словно пропускают мощный разряд тока, и я вздрагиваю. Яйцо выпадает на плитку и бьется у наших ног. А его слова звенят в голове.
— Откуда ты это знаешь⁈ — я настойчиво требую ответ от Яна.
А он смотрит на меня с вызовом, смотрит так, будто теперь я должна упасть ему в ноги и молить не открывать рот. Смотрит, как король моей жизни, тот, кто теперь имеет права указывать мне, раз узнал секрет, который я бы предпочла всеми способами скрыть.
Я глупая тетка — он прав.
И Максимка должен быть не со мной, я умоляла органы опеки отдать мне его, и не отправлять в дом малютки. Я прошла несколько кругов ада, чтобы мою кандидатуру одобрили: молодая, студентка, без опыта, без работы, без жилья.
Я чудом выгрызла его. С условием — не одной жалобы, не одного косяка с моей стороны.
И я уже нарушила, ведь по условиям должна была жить вместе с бабушкой Максимки, но жить с этой «артисткой» было невозможно.
Для нас с Максимкой проще, чтобы меня считали его мамой — меньше вопросов, меньше подозрения.
Но Ян узнал правду.
«Чертов, придурок…»
— Расскажу. Когда поем. — выпрямился он, убирая руки в карманы. — Так что шевелись. И убери здесь. — он кивнул на разбившееся яйцо. — Дэн, погнали в комнату.
— А ну стоять! — я хватаю его двумя руками выше локтя.
Ян с усмешкой опускает взгляд и дергает бровями. Мое хватка для него ничего не значит.
— Гадюка, время зря теряешь. Я чертовски зол, когда голоден. Хочешь на грубость нарваться? — его глаза будто стали темнее. — Готовь, давай. — слегка дергает рукой, и я не в силах удержать. — Дэн!
— Уже иду! — Денис за три шага оказывается у двери. — Мир, мне без желтка.
Они уходят, оставив меня одну.
«Будет вам завтрак. Особенно вкусный.»
Бежать следом бессмысленно. Я приступила к готовке. Каждому по три яйца, по полпачки бекона, и… в одну из тарелок щедрая порция соли, столько, чтобы челюсть свело.
«Ты запомнишь этот завтрак!»
У меня же аппетит пропал.
В столице я несколько месяцев подрабатывала официанткой, поэтому умело беру сразу две тарелки на одну руку. Заглядываю к себе, Максимка мирно сопит среди подушек. Студенты во всю собираются на занятия и шныряют по коридору, с любопытством косясь на меня, когда я стучу в комнату Яна.
— Завтрак. — через силу улыбаюсь.
— Ну, заходи. — Ян шире открывает дверь, окидывая меня взглядом.
И я впервые переступаю порог их мужской обители, ожидая увидеть разбросанные носки столетней давности, горы одежды и беспорядок, который они гордо именуют «организованностью».
Но… у них чище, чем у меня. Все на своих местах, не считая полотенце, оставленного на спинке стула. Даже пыли визуально нет. И ремонт свежий.
— Завтрак! — ставлю тарелки на стол.
— О, спасибо! — Денис тут же забирает тарелку на кровать.
— Ну, теперь поговорим? — вновь впиваюсь взглядом в Яна.
— Сначала попробуй. — он слегка двигает свою тарелку. — Вдруг отравишь.
— Да ты че, Яныч, вкусно! — жуя нахваливает Дэн.
— Боже, ты слишком большого самомнения о себе, Ян! — уверенно беру вилку и накалываю приличный кусок, делая вдох. — И не тебе говорить мне о глупости и упрямстве!
С этими словами я беру кусочек в рот, делая вид, что жую, и глотаю его, пытаясь сохранить лицо. Но слезы готовы проступить, а еще хочется выплюнуть и запить.
Ян усмехается, забирает вилку и накалывает такой же кусок. Я с предвкушением жду.
— Гхм… Стерва! — нахальная маска спадает, он в панике хватает лист бумаги и выплевывает в него яйцо, высунув язык и скривившись. — Бл*ть! — Ян хватает из-под стола баклажку и пьет прямо с горла.
Похоже ему попался особенный кусочек.
Денис пытается не засмеяться в голос и не подавиться действительно вкусной яичницей, наблюдая за нами.
— Что такое, Ян, не вкусно? — с улыбкой хлопаю ресницами. — Лучше поговори со мной по-хорошему, пока вся твоя жизнь не превратилась в соль! — мгновенно меняюсь в лице. — За мной иди!
Хватаю его за футболку, стараясь вырвать хоть крупицу контроля, и тяну за собой, готовясь применить всю свою силу, но он идет и так. Нехотя. Лениво. Но идет. Дэн — лишние уши, поэтому затаскиваю его в свою комнату и прижимаю спиной к закрывшейся двери.
— Откуда ты знаешь? — давлю ему ладонью в грудь и шиплю, реально как змея.
Ян смеется, бесшумно, но я ощущаю вибрацию под ладонью.
— Я наблюдательный.
— Не ври мне!
Мы шепчем, чтобы не разбудить Максимку, мы оба понимаем, что резкость может разбудить его.
Улыбка сползает с его лица, он делает глубокий вдох и становится серьезным, натягивает свою любимую маску льда и безразличия.
— Я повторяю еще раз, Ян…
— Слышал твои душевные речи у койки сестры.
— Что? — я услышала, но мозг не сразу принял.
А вот воспоминания заработали. Палата. Черные кроссовки. Мои извинения и молчание в ответ.
— Ты был за ширмой…
— Ага. Был. — его голос с каждым словом все грубее. — И все слышал. И я был в ахере, Мира. — он опускает взгляд. — Бл*ть, из всех возможных соседей, появилась именно ты. И он.