Страница 105 из 125
Он посмотрел на меня с такой благодарностью, что у меня внутри все сжалось. Ему не нужно было ничего объяснять. Он понял. Кивнул, встал и потянулся за курткой и на этот раз почти не суетясь.
— Спасибо, что пришла. — сказал он тихо.
— Доедешь напиши. — сказала я. — Передавай всем привет.
Он кивнул, коротко глянул на Яна, и почти выбежал из кофейни. Колокольчик над дверью звякнул, и наступила тишина.
Я развернулась и вышла следом. На улицу. В холод. Не оборачиваясь.
Ян догнал меня у машины. Открыл дверь, пропустил вперед. Я села, бросила пакет на колени и уставилась в лобовое стекло. Руки дрожали, но не от холода. От злости.
Он сел за руль. Завел двигатель. Тронулся.
Я молчала. Считала до десяти. До двадцати. Не помогало.
— Ты понимаешь, что ты только что сделал? — спросила я, не поворачивая головы.
— Пил кофе. — ответил Ян ровно.
— Пил кофе. — я усмехнулась горько. — Да. Ты пил кофе. И одновременно уничтожал человека. Не сказав ни слова. Не сделав ничего. Просто сидел. И этого хватило.
— Я ничего ему не сделал, — он пожал плечами. — даже руку пожал.
— Ты его взглядом в порошок стер! — я наконец повернулась, и меня понесло. — Ты смотрел на него, как на… как на таракана! Как будто он пустое место! Ты не сказал ни слова, но было слышно, как он ломается. Ты видел, как он поперхнулся? Как ударился плечом? Как у него руки тряслись⁈ Он мой друг, Ян! Друг! А ты его раздавил. Просто раздавил. Потому что тебе не понравилось, что он вообще существует!
— Мне не понравилось, как он на тебя смотрит. — голос Яна стал ниже, но он не повышал тона. — Как он тебе руки жмет. Как он хотел тебя обнять. Я все видел, мелкая. И я не собираюсь извиняться за то, что просто находился рядом.
— Просто находился рядом! — я чуть не задохнулась. — Да от тебя за версту несло «она моя, а ты никто»! Ты занял половину диванчика, ты положил руку мне на плечо, ты…
— Я тебя не касался без твоего согласия, — отрезал он. — ты не убрала руку. Ты не попросила меня отсесть. Ты вообще не возражала.
— Потому что я не хотела устраивать сцену при Антоне! — выкрикнула я. — Потому что мне было стыдно! Не за тебя, а за него! За то, что он сидел и дрожал, как заяц, а я ничего не могла с этим сделать! Ты не ударил его. Ты не пригрозил ему. Ты сделал хуже. Ты показал ему, что он никто. И он это принял. Ты видел его глаза? Он поверил тебе, Ян! Он поверил, что он ничего не стоит!
Я замолчала. В груди кипело, в горле стоял комок. Я отвернулась к окну, чтобы он не видел, как у меня дрожат губы. Не из-за Антона даже. Из-за несправедливости. Из-за того, что этот невозможный, жестокий человек всегда добивался своего, и умудрялся выйти сухим из воды.
— Знаешь что? — сказала я тихо. — В следующий раз, когда я скажу, что иду на встречу с другом, ты останешься дома. Или я уйду. Одно из двух.
— В следующий раз? — в его голосе появилась опасная нотка.
И внутри меня словно что-то щелкнуло от его вопроса. Но я не смогла разобрать что.
— Да, Ян. Я общительный человек. И в следующий раз, ты дома.
— Ну, ладно. — он снова пожал плечами.
А в следующий миг Ян дернул руль вправо. Машина вильнула, резко сбросила скорость и остановилась у обочины. Он заглушил двигатель. И повернулся ко мне.
— Что такое? — непонимающе осмотрелась я.
Он мгновенно наклонился и поцеловал меня.
Резко. Глубоко. Так, что я не успела ни возразить, ни оттолкнуть. Его рука легла на мой затылок, пальцы запутались в волосах, притягивая меня ближе. Другая на мою щеку, большой палец прошелся по скуле, успокаивая, удерживая. И я… растаяла.
Я забыла про Антона. Про кофейню. Про все. Остались только его губы, его запах, его тепло. Он целовал меня не извиняясь, не прося прощения. Он целовал меня так, как будто говорил: «Ты моя. И ты это знаешь. И все остальное — неважно».
И я отвечала. И мое сердце тоже.
Но… этот щелчок, он будто бы оставил свой след.