Страница 9 из 88
Глава 3. Новый хозяин
Глава 3. Новый хозяин
Зрение немного прояснилось. Не отпуская ножку стола, я оглянулась и увидела колдуна.
Он стоял у входной двери, держа в руке серебряную трость, а какой-то мрачный старик держал трость за другой конец.
Старик был одет в бархатную куртку с золотыми пуговицами, в высокую шляпу с петушиным пером, а на широком кожаном ремне висел кинжал с узорчатой рукояткой.
По сравнению со стариком колдун выглядел оборванец оборванцем, но старик быстро глянул туда-сюда, и торопливо доложил колдуну:
- Здесь шесть человек. Мужчины. Один, по-видимому, хозяин, пятеро – гости. Ещё девчонка. Рыжая. Волосы длинные, рост около пяти футов, но не уверен. Лежит на полу, только что получила плюху.
- П-п-помог-гите!.. – выдохнула я.
- Заикается, - добавил старик с непонятным удовлетворением.
- Это я слышу, - сказал колдун. – Кто хозяин этой девушки?
- Я хозяин, - отозвался Торстен, не слишком уверенно.
- На эту ночь я её купил, - тоже спокойно ответил гость, которому Торстен меня продал. – Если тебе она тоже понравилась, дождись следующей ночи.
- Н-не ра-а-абыня! – крикнула я. – П-п-принесла с-серебро!..
- Хозяин, - позвал колдун, глядя в стену невидящим взглядом, - девушка говорит, что принесла тебе серебро из серебряного леса.
Горожане ахнули, забыв о пиве, и подались вперёд, жадно слушая. Такие же сдавленные ахи-охи донеслись со второго этажа – видимо, «дочки» далеко не ушли и благополучно подслушивали.
- Она мало принесла! – быстро нашёлся Толстый Торстен. – Этого не долг не хватит!
- Какой у неё долг? – спросил колдун. – Я заплачу за неё.
Заплатит? Но у него с собой не было ни сумки, ни кошелька… Сердце сначала подпрыгнуло, радостно и с надеждой, а потом сжалось от страха и разочарования. Чем платить-то будет?.. И хорошо ли, если колдун из серебряного леса купит меня? То есть не купит… Перекупит мой долг… Я ведь не рабыня…
- Платите сто марок, и будем в расчёте, - заявил Торстен.
Сто?! Я должна всего пятнадцать!
- В-в-врёт! – крикнула я. – П-п-п…
- А ты откуда знаешь, сколько должна? – возмутился Торстен. – Ты всё равно ничего не помнишь! Так что помалкивай, грязнуха!
- Успокойся, - сказал колдун, и я сразу поняла, что он говорит это мне. – Сто – так сто. Килби, - позвал он снова, - что тут есть?
Что есть? Что он ищет-то? Мы все уставились на колдуна, затаив дыхание. Из кухни выглянула хозяйка Бергит и тут же спряталась за косяк, подглядывая одним глазом.
- Всё как в обычном трактире, - ответил старик, - лавки, столы, метла в углу, котёл.
- Подойдём к столу, - велел колдун, и старик тут же пошёл к столу, за которым сидели горожане с пивом.
- Вон отсюда! – шикнул старик на посетителей, и те рванули прочь, опрокинув лавку и позабыв пивные кружки, где ещё шапкой стояла пена. – Вот стол, господин, - старик постучал концом серебряной палки по столу.
Во все глаза мы смотрели, как колдун медленно подходит к столу, протягивает руку, слепо шаря перед собой рукой, но вот его пальцы коснулись столешницы, и случилось чудо – деревянный щелястый стол, который я каждый день скребла ножом и тёрла тряпкой, засиял серебром. Старое дерево превратилось в огромный серебряный слиток! Только пена продолжала стекать по глиняным бокам пивных кружек.
Тут ахнули не только «дочки» и посетители – ахнула и я, и Толстый Торстен, а хозяйка Бергит ещё и взвизгнула, выскочив из кухни и раскинув руки, словно хотела схватить стол и тащить его прятать в хлебный ларь.
Хозяин трактира вытер полотенцем вспотевший лоб, бросился вперёд, бросился назад, а колдун тем временем так же спокойно произнёс:
- Надеюсь, этого хватит. Сними с девушки рабский браслет.
- Сейчас… С-сейчас… - Торстен сам начал заикаться. – Ключ только найду…
Колдун кивнул в никуда, и позвал меня:
- Девушка, как только браслет снимут, подойди ко мне.
Ответить я не смогла, потому что раскрыв рот таращилась на сияющий светлым белым огнём серебряный стол. Господи, святые мощи! Так колдун мог превратить именя в серебряную болванку там, в лесу? Одним прикосновением?.. И никакого дождя бы не понадобилось… Только вот зачем колдуну понадобилась я?..
Пока все оторопело молчали, Толстый Торстен сделал шаг к лестнице, чтобы сходить за ключом, но путь ему преградила хозяйка Бергит.
- Этого мало за долг! – сказала она, и голос её дрогнул.
Нет, не от страха. Я за шесть лет ни разу не видела, чтобы хозяйка Бергит боялась. А вот как дрожит её голос от жадности – слышала каждый день. Вот и сейчас она дёрнула мужа за рукав, останавливая, и сказала громче:
- Девчонка потеряла моё ведро. А это было хорошее ведро. И ещё она грозила мне и мужу ножом. Стол… это слишком мало. Нужно больше.
- В-ведро б-было с-старое! – возразила я. – И я-я п-принесла з-зайца…
- Молчи! – цыкнула она на меня.
- Значит, мало? – переспросил колдун, разворачиваясь на голос хозяйки.
- Мало, - отрезала она.
- У тебя есть дети, добрая женщина? – спросил колдун.
Это лишний раз доказывало, что колдун – слепой. Назвать Бергит «доброй женщиной» мог либо незрячий, либо дурак.
- Есть, сын, - хмуро отозвалась хозяйка.
- Он здесь? – продолжал спрашивать колдун.
– Он сейчас чистит овин, - вмешался в разговор Торстен. – Но сын тут ни при чём. Жена права, от девчонки были одни убытки и…
- Позови мне своего сына, - перебил его колдун, и говорил он обманчиво мягко. – Хочу поздороваться с ним за руку, - и он протянул вперёд ладонь. – Или могу поздороваться с тобой, добрый человек, - продолжал он. – Тогда твоей жене хватит серебра на всю оставшуюся жизнь.
Толстый Торстен шарахнулся, да и хозяйка Бергит заметно присмирела.
- Сейчас найду ключ, - прошипел Торстен и ушёл по лестнице, стараясь не поворачиваться к слепому спиной.
Когда он ушёл, трое постояльцев потихоньку ожили.
- Так это ты держишь в страхе всю округу? – спросил тот, который заплатил за меня золотой.
- Я никому не причиняю зла, - ответил колдун спокойно.
Никому? Ну, если не считать тех несчастных, что стоят статуями в его лесу… Но об этом я решила благоразумно промолчать. Всё равно не смогу связно поведать о серебряных людях и животных. Да и пока не сняли браслет, лучше помалкивать. А когда снимут… Тогда надо будет бежать со всех ног. Потому что никто не знает, для чего колдун так расщедрился ради меня. Может, в его лесу как раз не хватает статуи служанки из трактира.