Страница 60 из 88
Глава 18. Возвращение прошлого
Глава 18. Возвращение прошлого
– Но я не хочу быть королевой! – сказала я Рейву, когда Герсимия ушла, наградив меня на прощание тяжёлым взглядом.
– Просто доверься мне, – сказал Рейв и поцеловал.
Так, словно не было на свете ничего более важного, чем я и наши с ним поцелуи.
И конечно, я доверилась. Потому что мне было безразлично – что делать, кем становиться, где жить, если рядом будет мой принц. Мой Рейв. А я буду рядом с ним.
День мы пробездельничали, валяясь в постели, вечером снова приняли ванну, и не надо было ходить к колодцу, черпать воду из котла, а потом вычерпывать воду из ванны – всё сделали слуги.
Обед и ужин были ещё вкуснее завтрака, и мне не надо было стоять возле жаркой печки, следить, чтобы не пригорело и чтобы доварилось… Впервые весь день принадлежал мне и Рейву, и единственное, что меня огорчало – что ни отец, ни брат не пришли поприветствовать моего любимого.
Я хотела заговорить об этом, но передумала. У Рейва было такое спокойное, умиротворённое лицо… Будто он, наконец-то, совершил настоящий подвиг. И мне не хотелось огорчать его, напоминая, какие его родственнички гады и трусы.
Уснули мы поздно, а проснуться пришлось рано. В соседней комнате я услышала острожное покашливание и сразу подскочила. Рейв обнимал меня, уткнувшись лицом в мои волосы, и я, не разжимая его рук, тихо спросила:
– Кто там?
– Это Шверина, – послышалось в ответ. – Её величество ждёт вас.
– Ещё же совсем темно, – зевнула я, поглядев в окно. – Зачем так рано?
– Потому что королева должна вставать рано, – послышался ледяной голос мачехи Рейва. – Вставай, умывайся и идём со мной.
– Ой, – проворчала я, ещё раз зевнула и пошевелила Рейва, чтобы просыпался. – Там твоя мачеха, – сказала я ему, когда он с трудом приоткрыл глаза. – Пришла делать из меня королеву. Может, ну её? Какая из меня королева?
– Нет-нет, вставай! – Рейв тут же проснулся, и, не отпуская моей руки, вылез из постели.
– Выйдите, дамы! Будьте так добры! – попросила я тоже ледяным тоном. – Сначала мне надо одеть принца. Серебряные штаны нам ни к чему.
Тут же раздались быстрые шаги, стукнула дверь, и я, ещё раз зевнув, тоже выбралась из тёплой и мягкой постели.
Королевская жизнь… Да кто в это поверит? В то, что королевы встают рано?..
Но вот Рейв был одет, умыт и причёсан, я тоже привела себя в порядок, по просьбе Рейва сунула ему в руки свой скомканный чулок, который тут же стал серебряным, и мы вышли из покоев в коридор, где нас ждали красная Шверина и бледная от злости Герсимия.
– Идём, – велела она, кивнув мне, и пошла по коридору.
– Куда-то идём, – сказала я принцу, взяла его под руку и повела за королевой.
Рейв держал серебряный комочек в ладонях, и я не совсем понимала, зачем он ему нужен.
Мы пришли в небольшую комнату, всю убранную коврами, с большим стрельчатым окном, возле которого стоял туалетный столик с зеркалом, шкатулками, пуховками, баночками и скляночками.
Сейчас меня будут причёсывать и украшать драгоценностями?
Я не была уверена, что хочу этого прямо сейчас, но тут королева Герсимия указала мне на расписную ширму и велела уйти туда. Вместе с Рейвом. Спрятаться.
– Зачем? – спросила я.
Принцу прятаться в собственном замке? Бред какой-то.
– Слушайся её, – сказал Рейв, и я нехотя увела его за ширму.
Раздался звон колокольчика, и кто-то зашёл в комнату.
– Лорд Баннет, – услышали мы голос королевы, – доброе утро. Докладывайте.
– Доброе утро, ваше величество, – отозвался густой мужской голос. – Согласно проверке, которую мы устроили в Мерсингтонском монастыре…
Дальше последовал рассказ, что в этом самом монастыре монахини подделывают вексели. У меня глаза вытаращились от таких новостей. Ничего себе, что бывает!.. Вот ведь!..
– Виновных наказать без всякой жалости, – сказала королева, выслушав этого самого лорда Баннета. – Имущество монастыря обратить в пользу пострадавших.
– Имущества не хватит, ваше величество, – деликатно сказал лорд. – Там долгов на две тысячи золотом, монастырское имущество оценивается едва на тысячу.
Королева Герсимия несколько мгновений молчала, а потом решительно произнесла:
– Займёшь в Лигурийском монастыре от моего имени. Под десять процентов на год. За год обяжи новую настоятельницу Мерсингтонского монастыря выплатить долг. Проценты выплати с моей ренты.
– Слушаюсь, ваше величество, – ответил он.
– Идите, – велела королева. – Следующего я позову. Пусть ждёт.
– Слушаюсь, доброго дня вам, ваше величество…
Дверь хлопнула, и тут же королева хлопнула дважды в ладоши.
Вдруг рядом с нами открылась потайная дверь, и оттуда вышел маленький кривоногий человек. Он ничуть не удивился, увидев нас, а сказал, не заходя в комнату:
– Звали, ваше величество?
– Проверь, как ведёт счета лорд Баннет, – раздался голос королевы. – Уточни, какие на самом деле убытки причинили монахини из Мерсингтонского монастыря. И сколько Баннет займёт в Лигурийском монастыре. Потом доложишь.
– Слушаюсь, – буркнул кривоногий и исчез в потайном ходу.
Мы простояли часа два, пока королева принимала одного за другим лордов и леди, которые докладывали ей о каких-то происшествиях – со всего королевства, судя по названиям деревень, сёл и городов. Кого-то королева хвалила, с кем-то была резка, кого-то просила перепроверить другого.
Наконец, приём закончился.
В окно уже лился утренний свет, когда Герсимия разрешила нам выйти.
Мы с Рейвом вышли, и она спросила у меня:
– Ты поняла, почему королеве надо вставать рано?
– Ну-у… – протянула я, глядя на губы Рейва и думая, что сейчас лучше было бы поцеловаться, а потом позавтракать.
– Королева прежде всего должна узнать, что произошло в ее стране, – Герсимия перехватила мой взгляд и презрительно покривилась. – Пусть об этом доложат верные люди. Но и их работу ты должна проверять. Поручай это другим слугам, втайне от первых, чтобы контролировать и тех, и других. Старайся всё держать под личным контролем. Иначе однажды утром проснёшься в спальне, полной солдат с мечами наголо. И хорошо, если после этого тебя отправят в монастырь, а не убьют в собственной постели.