Хозяин серебряного леса

Прошло мгновение, другое, и колдун встряхнул головой и опять глубоко вздохнул, приходя в себя.

Наверное, решил, что почудилось.

Хоть бы так решил.

И вдруг я поняла, что боюсь не того, что колдун поймает меня в своей комнате. Вернее, этого, но совсем по другой причине. Не потому что мне помешают бежать. А потому что… потому что мне будет стыдно.

Тем временем колдун отдышался, ногой нащупал штаны на полу и долго возил ими по полу, пытаясь затереть следы своей страсти. Потом он тяжело шагнул, опираясь ладонью на столешницу, добрался до кресла и уселся в него, откинув голову и положив руки на серебряные подлокотники. Широкая грудь, видневшаяся в распахнувшейся рубашке, мерно поднималась и опускалась.

Я продолжала стоять, не смея шелохнуться. И думала о том, что рубашка на колдуне потрёпанная и кое-где рваная. Такие не носят даже нищеброды в нашем городе. И штаны не лучше. Одежда пастухов по сравнению с этими обносками - королевский наряд. А про сапоги и говорить нечего. Даже мои лучше.

Луна чуть передвинулась, и тень от решётки на полу сдвинулась тоже и стала косой. Только тогда я осмелилась сделать шаг, и ещё один… Но не к выходу, а к каминной полке.

Опять встала на серебряную книгу, положила ключ на полку. Потом положила книгу на стол, откуда взяла. И на цыпочках вышла из комнаты колдуна, вернувшись в свою комнату.

Долго стояла у порога, прислонившись к косяку, вспоминая увиденное. И губы дрожали, и сердце странно дрожало, и мысли всё равно были рыбками.

Почему он так поступил? Почему не тронул меня? Мужчины не любят терпеть, это я уже уяснила. А этот… Может, это тот самый? Добрый? За которого Афла советовала хвататься обеими руками, иначе второй раз может не повезти?

Наконец, я оторвалась от косяка, подняла с пола подушку и одеяло, улеглась на постель, укрылась, и почти сразу уснула, успев подумать, что не закрылась изнутри, и что подушка пахнет лесным мхом, металлом и дождём.

Проснулась я поздно утром, когда солнце вовсю светило в окно. Я потянулась, задела полог над кроватью, и сразу же на меня опустилось облако пыли.

Трижды чихнув, я выбралась из постели, поправила порванную рубашку, пару раз шмыгнула носом и решительно вышла из комнаты.

В доме колдуна было тихо.

Подумав, я осторожно заглянула в хозяйскую спальню.

Постель была пуста, кресло тоже, штанов на полу не было. Сапог, впрочем, тоже.

Зайдя в комнату, я открыла сундук у стены, переворошила простыни и нашла чистую мужскую рубашку.

Она была не из простого полотна, а шёлковая. У Мюслы была шелковая рубашка. Её подарил Мюсле какой-то проезжий торговец, которому она очень уж годила. Мюсла хвасталась подарком и надевала рубашку лишь по большим праздникам. Но та рубашка не шла ни в какое сравнение с этой. Эту кожа почти не чувствовала – ткань протекала, как вода. Правда, сразу зацепилась за мои шершавые от работы пальцы.

Я переоделась тут же – сбросила разрезанную старую рубашку, натянула новую и заправила её под юбку, а потом подошла к зеркалу.

Серебряная поверхность отразила мою перепачканную физиономию и мою шёлковую обновку – слишком большую, конечно же, рукава свисали почти до колен. Подвернув рукава, я покрутилась перед зеркалом ещё – больше из любопытства, потому что в трактире у Торстена зеркало было только у хозяйки Бергит, и его она выдавала «дочкам» по субботам. Афла один раз разрешила мне тоже посмотреться.

Выдра…

Нет, я совсем не похожа на водяную крысу. Больше… на лису. Лисы ведь рыжие. А у выдр шкурка лишь отливает рыжиной. И то не у всех.

Мне припомнился страшный конец Торстена и его жены.

Жалко ли мне их?

Наверное, нет.

А вот что будет с «дочками»? На каждой – рабский браслет, а ключи от них прятал Толстый Торстен. Как-то сейчас решится судьба Мюслы, Афлы и Ингросы?

Впрочем, я им в любом случае ничем не могла помочь. Только помолиться за них перед сном. Но очень сомневаюсь, что небеса слышат молитвы таких, как я. Если они даже не услышали молитв принцессы Трунгвы и забрали у неё мужа…

Я пригладила волосы, чтобы не так топорщились, и вышла из спальни колдуна, направившись на первый этаж. В комнату старика Килби заглядывать не стала и не собиралась.

На первом этаже тоже было тихо, в печи горел огонь, а входная дверь была приоткрыта.

Ух ты, я уже не пленница, получается.

Спустившись по лестнице, я прошла к той двери, что вчера указывал Килби. Ну да, нужник – нужная вещь. Особенно по утрам.

Зашла я, правда, не сразу. Сначала прислушалась. Хозяина без штанов я уже видела, но повстречаться с Килби в таком же наряде мне совсем не хотелось.

За дверью тоже было тихо, и я приоткрыла дверь и заглянула внутрь.

В трактире Торстена нужник находился на улице и был не комнатой, а деревянным домиком, а тут…

Я вошла, хлопая глазами от удивления.

Наверное, этот дом строили для короля…

Потому что я никогда не видела, чтобы такое вонючее заведение было таким красивым и чистым.

Везде камень, серебро, даже стульчик с дыркой был серебряным, а над ним висел на серебряной цепочке серебряный камешек. Для чего он?

Цепочка уходила куда-то вверх, под каменный низкий потолок, и я не утерпела – дёрнула её.

Послышался шум хлынувшей воды откуда-то сверху, но я зря испуганно отпрыгнула, потому что ничего на меня не полилось, зато внутри стульчика зашумело.

Ничего себе! Тут даже чистить не надо! Всё само смывается!..

Быстренько закрыв дверь, я сделала все утренние дела и отправилась искать воду, чтобы умыться. Хоть хозяин и слепой, а до слуги мне дела нет, но приятнее быть чистой, а не замарашкой. К тому же, надо привести в порядок комнату, где я теперь буду жить.

На запястье, где я столько времени носила рабский браслет, кожа была не такой тёмной, как на руках. Я потёрла запястье и улыбнулась. Не знаю, для чего я колдуну, но вряд ли здесь мне будет хуже, чем в трактире.

Осмотрев первый этаж, я нашла дверь в кладовую, где лежали хлеб и мясо – солёное и вяленые окорока, подвешенные под потолком, а в другом конце кухни обнаружила яму, выложенную каменными плитами, полную прозрачной воды. Поверхность воды колыхалась, и было видно, что она проточная. Но откуда текла вода и куда вытекала – я так и не поняла.

Впрочем, зачем понимать, как всё устроено в доме колдуна?

Вода была холодной, но я с удовольствием умылась. Хорошо бы выкупаться… Колдун что-то говорил про ванну?..

И тут я услышала его голос. Голос колдуна. Он что-то говорил, и даже смеялся.