Страница 22 из 69
Глава 4.
Человек бросил трубку на аппарат и громко выругался.
«Как она смогла выкрутиться? Она должна сейчас сидеть в тюрьме, а не у себя на кухне! Все так хорошо продумано, в чем прокол?»
Человек схватил тарелку, со всей силы кинул ее в стену и стукнул кулаком по столу, не зная, куда выплеснуть кипевшую в нем бессильную, душащую злобу.
– Спокойно! Я что– нибудь придумаю, обязательно! Это только начало! Ты у меня легким испугом не отделаешься!
Он стал быстро ходить из угла в угол, пытаясь успокоиться.
«Надо гнуть эту линию. Если ее не посадили, значит, у нее есть алиби. Но как? Она же целыми днями дома одна сидит! Не важно как! Значит, в полиции думают, что ее специально подставляют. Надо разыграть все так, чтобы они убедились, что это она хочет убить бывшего жениха, а все улики и свое алиби состряпала для отвода глаз от нее же! Правильно! Перевернуть все наоборот!»
Человек расслабился, улыбнулся и щелкнул пальцами от удовольствия.
«Это даже интересно! Я обязательно придумаю, как все устроить. Так даже лучше!»
***
Итан, уставший от целого дня беготни, разговоров, голодный как волк и не менее злой, чем этот хищник, держа в руках коробку с бутербродами и банку с кофе, ввалился в кабинет.
Команда Ролана с ним во главе, присутствовала в кабинете Итана полном сборе.
– И как старому дяде Итану прокормить такую ораву ищущих истину людей? – ворчал он. – Лизи, прими пищу телесную!
Лизи Салливан забрала у него коробку и банку кофе. Итан плюхнулся на небольшой диванчик, стоявший в углу, и вытянул ноги.
– Ну что, господа сыщики, приступим к совещанию? – предложил Ролан.
В кабинете находились его «орлики», как он их называл, всем боевым составом. Старшей по званию после Ролана была Лизи Салливан – лейтенант, затем шел сержант Томас Соукс и самый младший – младший сержант Колин Дино, прозванный среди своих Дин.
Когда он только пришел работать в команду, Лизи взвалила на него кучу работы, и он возмутился не по– детски:
– Что я, верблюд, столько сделать?
– До верблюда ты еще не дорос, – ответила Лизи Салливан. – Даже до коня не дотянул. Пока ты просто конек Дин
[15]
[Лизи имела ввиду сказку про волшебного конька Дина, помогавшего главному герою. Мы знаем эту историю как Гонёк-Горбунок.]
! Так и привязалось к нему это имя, хотя он уже давно показал себя замечательным оперативником и обижался первое время на конька. Ролан его успокаивал:
– Ну ладно, вот станешь лейтенантом, мы тебя «конем» будем звать!
Томас Соукс был тихим и спокойным, лишних слов не говорил, но, если чувствовал, что идет по правильному следу, вцеплялся намертво и с упорством бульдога раскручивал дело.
– Давай, Салли, начнем с тебя, – предложил Ролан, кивнув на Лизи Салливан.
Лизи уже успела выложить бутерброды, выставить на письменный стол начальника чашки, сахар, и щелкнула по нагревающему артефакту чайника. Дальше по принятой традиции начиналось самообслуживание.
Лизи открыла свои записи, просмотрела их и приступила к изложению:
– Ну что, господа, не все спокойно в этой компании! Девять месяцев назад наш пострадавший передал часть своей доли, точнее, двадцать процентов от нее, что приблизительно составляет двадцать миллионов золотых в активах, то есть не в наличных деньгах, своему партнеру Ричарду Дервону. Соглашение сие было заверено нотариусом и до сведения третьего партнера, а также бухгалтера и коллектива не было доведено!
– Уже интересно! – сказал Ролан.
– Это только начало! – успокоила его Лизи. – В течение этих девяти месяцев были переданы проценты и, соответственно, доля участия в предприятии еще дважды, каждый раз по двадцать процентов от его оставшихся денег. Причем последний договор об этом был подписан за день до того, как его выгнала невеста.
– Салли, – нежно попросил Ролан, – поясни для нас, дураков, что мы имеем в конечных цифрах.
– А в цифрах мы имеем, что Ричард Дервон, на данный момент является хозяином предприятия и имеет основной, решающий голос, так как у него чуть больше пятидесяти процентов участия, что составляет около ста двадцати одного миллиона золотом. А его «друг» и соратник Альберт Виброу, соответственно, шестнадцать с половиной процентов, что составляет чуть меньше сорока миллионов.
– Здорово! И на чем он его поймал? – спросил Итан. – Я в тебе не сомневаюсь – ты, конечно, узнала.
– Я господина Дервона легонечко так приперла к стенке и объяснила, что если он не расскажет чистосердечно, естественно, то я его арестую, как основного подозреваемого. Он немного потрепыхался, потребовал своих юристов, но все– таки сдался и со слезами на глазах поведал банальную до изжоги историю.
– Лизи! – вмешался Ролан. – Опять незаконные действия!
– Так на благое ж дело, – покаянно, тоном провинившейся школьницы, ответила Лизи.
– Я вам дам, на «благое дело»! – так, для порядку, шумнул Ролан, погрозив пальчиком. – Давай, излагай дальше!