Страница 35 из 43
35. Полина
Я смотрю на Громова-старшего, на его ледяные глаза, в которых нет ни капли человечности, только сухой расчет и жажда власти. И в этот момент я понимаю, какую страшную цену платит Максим за свой успех. Он живет в этом террариуме всю свою жизнь.
— Значит, бульдозеры? — тихо спрашиваю я, выходя из-за спины Максима. Мой голос не дрожит, хотя внутри все сжимается от ужаса. — Двойная сумма? Знаете, Марк Эдуардович… Ваши миллионы не помогут вам купить то, что действительно имеет ценность. Вы можете закатать эту ферму в асфальт, можете выиграть свой суд. Но человека из своего сына вы сделать так и не смогли. Он стал им сам. Вопреки вам.
— Полина, замолчи, — резко оборачивается ко мне Максим, но в его взгляде — не злость, а дикий, первобытный страх за меня.
— Нет, Максим, я не буду молчать, — я упрямо вздергиваю подбородок, глядя на троицу столичных визитеров. — Ваше пари, Максим Владимирович, окончено. Я не хочу быть причиной, по которой ты потеряешь свою компанию и поссоришься с отцом. Забирайте свою землю. Мне не нужны ваши грязные миллионы.
Я протягиваю руку, выхватываю из рук Громова-старшего пухлую папку, беру со стола маркер и, не глядя, размашисто ставлю свою подпись на последней странице договора.
— Держите, — я швыряю папку прямо в грудь опешившему отцу Максима. — Вы победили. Можете строить свою парковку. А теперь — вон с моей фермы. Все трое.
Я разворачиваюсь и, сдерживая подступающие к горлу слезы, быстро убегаю в дом, громко хлопнув дверью.