Страница 21 из 43
21. Полина
Мой идеальный план по измору московского босса трещит по всем швам. Вместо того чтобы ныть, жаловаться на мозоли и проситься домой, Максим Владимирович Громов умудрился за полдня превратить мой старый, захламлённый склад в передовой логистический центр. Все ящики выстроены по ранжиру, подписаны его аккуратным, чётким почерком, а в моем блокноте красуется идеальная таблица остатков.
Я сижу на перевёрнутом деревянном ящике, кручу в руках маркер и с удивлением признаю: Громов чертовски эффективен. И, признаться, чертовски привлекателен, когда хмурится, сверяя списки.
— Ну всё, логист года, перерыв, — объявляю я, поднимаясь. — Пошли обедать, а то…
Договорить я не успеваю. Со стороны улицы доносится яростный, заливистый лай нашего пса Полкана, а затем — грохот закрывающейся калитки и стук каблуков по деревянному настилу.
— Полиииина! — раздаётся зычный, победный крик бабы Глаши. — Полинка, дочка, встречай гостей! Я к вам со сватовством!
Я роняю маркер. Максим удивленно приподнимает бровь.
— Со сватовством? Это по вашей части или по моей?
— О господи, — я хватаюсь за голову. — Бежим. Пока она не разнесла дом.
Мы выскакиваем со склада и застываем на крыльце. Посреди двора стоит баба Глаша в своем самом лучшем, парадном платке с люрексом. В одной руке она держит огромное блюдо, накрытое вышитым полотенцем (судя по запаху — там гора её фирменных пирогов), а во второй… под локоть держит своего внука Димку. Того самого, чьи растянутые треники сейчас красуются на генеральном директоре холдинга «Вектор».
Димка — бледный, худенький студент-первокурсник в очках — выглядит так, будто его ведут на казнь, а не на сватовство. Он испуганно косится на Полкана, который преданно крутится возле ног Максима.
— Вот! — торжественно провозглашает баба Глаша, выставляя Димку вперед, как главный приз на капитал-шоу «Поле чудес». — Привела! Димитрий мой, из самого города на выходные приехал. Умный, на программиста учится! Не то что некоторые городские перекупщики! Полинка, глянь, какой орёл! Сама судьба вам вместе быть, и ферма при мужике останется!
Я чувствую, как земля уходит у меня из-под ног. Я медленно перевожу взгляд на Максима. Громов стоит, скрестив руки на груди, на его лице медленно расплывается самая ехидная, победоносная и опасная улыбка из всех, что я видела. Он переводит взгляд на тощие лодыжки Димки, потом на свои внушительные плечи, обтянутые футболкой «Пивозавр», и делает шаг вперед.