Страница 18 из 20
Между тем именно это нас всех и ожидает, по всей видимости.
– Благодарю, – выдавила она наконец.
Медленной походкой Вуайя прошла по широкому центральному проходу, а затем скрылась среди лабиринта полок. Во всепоглощающей тишине постепенно угасло эхо ее тяжелых, неспешных шагов.
Несколько долгих минут Сона стояла неподвижно, разглядывая обветшавшие шкафы, возносящиеся на много метров ввысь, подобно горным вершинам Арада. Кажется, вот уже целую вечность ее повседневная жизнь проникнута запахами, ставшими символами судьбы и неотвратимости.
Алистер Серенато. Имя, сорвавшееся с ее губ, не относилось к самым распространенным в королевстве.
Кружевница посмотрела по сторонам. Она была одна. Никого, кто мог бы следить за ней. Никого, кто увидел бы запретный поступок. Раз уж судьба Сольвары в ее руках, небольшое отступление от правил не навредит, не так ли?
Будущее Соны изменилось, когда она встретилась взглядом с этим юношей. И он же появился в предсказании, где ей надлежало убить короля. Это не могло быть совпадением. В глубине души девушка чувствовала: причастность Музыканта к этому событию очевидна. Возможно ли, чтобы его прибытие в Атриум и полученное предсказание были как-то связаны с тенью, что она видела в ту ночь, когда гналась за Илеа? А вдруг это видение не было обычной галлюцинацией? Она должна была всё разузнать, понять, как и почему этот человек оказался участником того поступка, который ей предстояло совершить. А потому Кружевнице следовало прочесть ноты его судьбы.
Сона пробежалась по аллеям в поисках буквы «С». Расположение архивов было лишено логики: имя Лирилиан могло соседствовать с Арпеджион. Полок было так много, что у девушки сердце кровью обливалось от отчаяния.
С каждой секундой, которую отмерял ее внутренний метроном, тревога росла. Она не поверит в правдивость собственного предсказания, пока не узнает подробности. Сама Хранительница Вуайя сказала: «Судьбы не остаются неизменными». Будущее Соны еще возможно изменить, и нужно сделать это немедленно.
Девушка перебегала от полки к полке, не отрывая глаз от букв алфавита. Быстрые и шумные шаги сотрясали воздух и тревожили партитуры, которые терпеть не могли сквозняки. Сухие листы бумаги неодобрительно шелестели ей вслед.
Серенато Алистер. Наконец-то она нашла. Всего три человека носили такую же фамилию и имя. Выбрать нужного будет несложно.
Сона протянула руку к предсказаниям, и тут же ее охватили сомнения. Чтобы прочесть пророчество, достаточно сыграть мелодию. Но никогда раньше она не делала ничего подобного, поскольку не имела на это разрешения. Любой Смертный был способен сыграть по нотам, но исключительным правом читать судьбы обладали только Настоятельницы и Хранительница Вуайя. Что же делать, если будущее короля и всей Сольвары сейчас зависели от этой мелодии?
Преодолев внутренние колебания, Кружевница схватила бумаги.
Она бросилась обратно в центральную часть Мелодиума, не обращая внимания на мелкие оплошности: поскользнувшись несколько раз, она уронила какие-то листы с полок, встретившихся по пути, и вызвала новый круговорот воздуха, заставив партитуры глухо ворчать. Вскоре бесконечные аллеи сошлись в единой точке – на широкой площадке, увенчанной арфой. Ее золотистые струны подрагивали от ветерка. Сона медленно приблизилась и протянула руку вперед. Никогда ей не доводилось прикасаться к этому инструменту. Он как будто хранил следы присутствия Хранительницы. Девушка надеялась, что арфа не разразится жалобным плачем от ее прикосновения.
Вся во власти сомнений, Кружевница расположила ноты судьбы на пюпитре и села на небольшой табурет. Она прикоснулась к струнам, и те не выразили своего неудовольствия, когда ее пальцы осторожно начали их перебирать. Постепенно ее душа открывала магию инструмента, соединялась с ней.
Сона погрузилась в чтение предсказания первого Алистера.
Ее окатила волна ужаса.
Старик лет шестидесяти мирно спит в своей хижине, когда грохот сотрясает его дверь. Он не успевает подняться, как оконное стекло рядом с ним разбивается и осколки впиваются прямо в тело. Он истекает кровью и погибает.
– Ничего себе… – прошептала она.
Не успев отдышаться и всё еще видя кровь перед глазами, Сона заиграла другую партию. Земля как будто ушла у нее из-под ног.
Молодой фермер возделывает землю жарким летом. Пот льется у него со лба под нещадными лучами солнца, а вокруг поют цикады и щебечут птицы.
Некоторые предсказания обладали поистине волшебным размахом. Они переносили в далекие закоулки Сольвары, края, которые Соне, возможно, не суждено посетить никогда.
Между тем созерцать чужую судьбу и погружаться в пучину видений было небезопасно, и девушка убедилась в этом на собственном горьком опыте. Голова у нее кружилась, а чувства, которые испытывали Смертные, пускали корни в ее душе. Она с трудом восстановила дыхание и принялась за последнее пророчество.
Мужчина зрелых лет сидит у камина с книгой в руке. Его веки тяжелеют и дыхание замедляется. Потрескивание дров и запах дыма убаюкивают его. Книга выскальзывает из ослабевших рук, падает прямо в языки пламени и мгновенно загорается. Его тело всё больше погружается в дрему, вот уже рука опускается с подлокотника и касается горящих углей. Крик ужаса вырывается из его груди.
Кружевница, задыхаясь, резко отстранилась от арфы. Казалось, каждый сантиметр ее кожи был опален пламенем. Понадобилось несколько минут, чтобы этот всепоглощающий внутренний огонь утих.
И это всё? Овал лица, цвет глаз и само их выражение… Ни один из них нисколько не был похож на того Алистера, которого она встретила! Но ведь у него не было ни малейшей причины называться вымышленным именем. Зачем он солгал и предстал под чужой личиной?
Сердце Соны колотилось, а со лба стекали капли холодного пота. Никто не может избежать божественной власти Соль. Для каждого человека в этом королевстве имелось записанное предсказание, ну или хотя бы кружево Мелодии будущего, сплетенное Кружевницей. Никто не может быть исключением из этого правила.
– Что же я буду делать?..
Теперь девушка была убеждена: в Мелодиуме нет никакого предсказания касательно того Алистера, которого она встретила. Отсутствие у этого человека судьбы было чем-то совершенно невероятным.