Кружевница мелодий

В тревожной тишине потянулись томительные секунды, когда девушка слышала лишь биение своего сердца. В Мелодиуме царила умиротворенность, которую невозможно было встретить ни в одном другом месте. Полутьма скрадывала очертания предметов. Лишь редкие солнечные лучи пытались пробиться сквозь витражные стекла купола. Сона всегда чувствовала собственную незначительность, когда ей изредка случалось оказаться в этом огромном зале посреди бесконечных безукоризненно симметричных рядов с полками. Здесь хранились все предсказания, сотканные Кружевницами и запечатленные на бумаге, за многие годы и десятилетия.

Где-то за спиной скрипнула плитка, но эхо помешало Соне определить, откуда раздался звук. Она несколько раз оглянулась по сторонам, прежде чем заметила темный силуэт. Пока тень приближалась, девушка почувствовала, как по рукам и спине побежали мурашки. Кружевницы редко попадали сюда. Многие из них пытались проникнуть в это помещение, чтобы воочию увидеть собственные предсказания, но Настоятельницы это строго пресекали.

– Сона.

Строгий как никогда голос Хранительницы прозвучал в зале наподобие священной мелодии.

– Подойди ко мне, – велела она.

Ее черное облачение сливалось с темным цветом окружающей обстановки. Но зеленые глаза излучали доброжелательность и уважение. Пожалуй, она была единственной в Атриуме, кто демонстрировал подобное отношение.

Дрожащей рукой Вуайя подала Соне знак следовать за ней. Подвернутые рукава одеяния открывали бледную кожу, испещренную множеством вен. Никто из Сестер не знал истинного возраста Хранительницы. А Илеа однажды сказала, что она подобна молодой душе, томящейся в теле старухи.

Сона шла за ней в глубь Мелодиума, туда, где она никогда раньше не бывала, где хранились свитки старых партитур, завернутые одна в другую.

Время от времени в зале раздавалось шуршание бумаги, как будто ноты, заключенные на этих белых листах, приходили в движение, умоляли сыграть их.

– Как ты себя сейчас чувствуешь?

Ни слова про испачканное платье? А что насчет ее бледного вида и испуга, плещущегося в глазах? И вновь перед внутренним взором девушки пронеслись образы ее будущей судьбы, явленные незадолго до этого. Усилием воли Сона, у которой было тяжело на сердце, прогнала их.

– П-простите?

Вуайя не отличалась склонностью к разговорам, и Кружевницам редко выпадала возможность встретиться с ней. Она была слишком занята своими многочисленными обязанностями.

– Я предполагаю, что приезд Маэстро и скорое прибытие самого короля заставляет воспитанниц нервничать, не так ли?

Сона не знала, что ответить. Она была принуждена к этой беседе, в то время как ей хотелось убежать отсюда как можно дальше, извергнуть то, что было у нее на душе. Больше всего на свете девушка мечтала пробудиться от этого кошмара. Но каждая секунда тянулась невероятно медленно, как будто время задумало продлить ее мучения.

– Правда ли, что ты забыла отдать одно из предсказаний Настоятельницам? Мать Иванна нашла его в твоей спальне.

Всё это время свиток, исписанный золотыми чернилами, был в руке у Хранительницы. Она протянула его Соне. Едва увидев первые аккорды, девушка узнала партитуру. Это была мелодия, которую она соткала в ночь, когда Илеа сыграла с ней очередную шутку. Как Кружевница могла забыть отдать ноты Настоятельницам? Это было совсем не похоже на нее.

– Эстина Тон… – произнесла Вуайя отстраненным голосом, как будто знала, о ком идет речь. – Этой женщине повезло, что мы нашли пророчество касательно ее будущего. Я позабочусь о том, чтобы сохранить его вместе с остальными.

Слова Хранительницы не удивили Сону; в конце концов, та знала каждого из Смертных в этом королевстве, как и тайну их будущего.

– Известно ли тебе, сколько судеб хранится здесь?

Вот вопрос, который никогда не приходил в голову девушке. Бесконечные ряды хранилища вздымались так высоко, что она бы подумала, что здесь их не меньше миллиона.

– Нет, – ответила Сона тихим голосом. – Сотни тысяч?

Воздух вокруг напряженно вибрировал, как будто листы нот что-то шептали.

– Невозможно утверждать с уверенностью, – лукаво ответила Хранительница. – Думаю, ты знаешь, что не все судьбы остаются неизменными. Для некоторых жителей Сольвары существуют десятки предсказаний, для других – всего три или четыре. Новое пророчество необязательно отменяет предыдущее. Я бы сказала, оно скорее уточняет тот путь, который предстоит пройти тому или иному Смертному. Такова одна из величайших тайн Соль. Мне всегда казалось, что я знаю твое будущее, Сона. Между тобой и музыкальными инструментами – особая связь, я заметила это еще в тот миг, когда пришла за тобой в дом твоего отца. Они относятся к тебе с доверием, понимают твои добрые намерения, а потому я убеждена, что однажды тебе предстоит занять мое место Хранительницы.

Сона почувствовала резкую боль в желудке. У нее перехватило дыхание, но внешне она ничем не выдала себя, и лишь опустившиеся плечи указывали на недомогание. Могла ли она мечтать о лучшей доле в стенах Атриума? Дар Кружевницы иссякнет через шесть лет, и девушка еще не задумывалась всерьез, что ее ждет дальше. Стать Настоятельницей? Вести обычную жизнь за пределами святилища? Между тем Соль всё решила за нее…

– Я надеюсь, впредь ты постараешься быть менее рассеянной и будешь отдавать мне все полученные предсказания.

Сона кивнула, кусая губы. В полутьме она вновь обвела завороженным взглядом огромный зал, где царила молчаливая гармония. В редких лучах солнца, пробивавшихся сквозь сумеречную завесу, плавно кружились пылинки, а их отблеск ложился на свернутые листы партитур, подсвечивая золотистые нити сотканных Мелодий.

– Мне пора отправляться навстречу гостям, – сказала Хранительница, бросив взгляд на девушку. – Хотя лично я предпочла бы остаться здесь, ибо великолепие этого зала не перестает меня восхищать. Я не буду провожать тебя к выходу, но прошу не слишком увлекаться созерцанием. Возможно, мое отношение более мягкое, но Настоятельницы полагают, что Кружевницам следует как можно меньше бывать в Мелодиуме. В конце концов, ваша миссия – это ткать предсказания. Остальное – уже моя задача.

– Хранительница Вуайя, – окликнула девушка, когда та уже повернулась к ней спиной.

Но она тут же передумала. Нет, Хранительнице не следует ничего знать. Ее долг – предупредить обо всем короля, и тогда все усомнятся в верности Соны по отношению к королевству и Атриуму. Для этого и нужны предсказания: следить за настроениями жителей, не допустить новой войны.